Глава 4. Рыба моей мечты

Неделя пролетела как один бесконечный, изматывающий день.

Я вставал с рассветом, ложился с закатом, и между этими двумя событиями вмещалось столько труда, сколько в моей прошлой жизни не было за месяц. Мы рубили деревья, таскали камни, строгали древки для копий, выделывали шкуру, сушили мясо, собирали коренья и ягоды. Я учился разжигать огонь с одного-двух ударов, различать съедобные растения от ядовитых, определять направление ветра по движению листьев и слышать лес так, как слышит его зверь — каждым нервом, каждой клеточкой тела.

Но было одно умение, которое никак мне не давалось.

Охота с копьем.

Арр брал меня с собой каждый раз, когда выслеживал добычу. Я старался изо всех сил, крался, замирал, бросал копье. Но проклятое древко летело не туда, вонзалось в землю в двух шагах от цели или, того хуже, ломалось при ударе. Олени, кабаны, даже мелкие косули — все они уходили от меня, провожая насмешливым фырканьем. Арр не ругался, только вздыхал и качал головой. Но от этого было еще обиднее.

— Плохо, — сказал он как-то вечером, сидя у костра и строгая очередной наконечник. — Совсем плохо. Руки не те.

Я промолчал. Руки у меня были те, но натренированы они были на клавиатуру, а не на метание копий. Мышцы помнили, как печатать отчеты, но совершенно забыли, как убивать.

Ила, кормившая младенца, подняла голову и что-то сказала мужу. Арр хмыкнул, посмотрел на меня, потом на реку, которая виднелась в просвете деревьев.

— Рыба, — сказал он. — Может, рыба? Ты ловить рыбу умеешь?

Я задумался. Рыбу я ловил в детстве, на даче, обычной удочкой. Но удочек здесь не было. Не было крючков, лески, поплавков. Здесь была только река, полная рыбы, и голые руки.

Арр показал, как ловят они. Заходили в воду, терпеливо стояли по пояс в ледяной воде, подолгу, и когда рыба подплывала слишком близко, били острогой — длинной заостренной палкой. Я попробовал. Простоял час в реке, окоченел так, что зуб на зуб не попадал, и не поймал ничего. Рыбы было много, она плескалась совсем рядом, нагло терлась о ноги, но стоило мне замахнуться — уходила, как тень.