Цитаты из книг автора «Алексей Конаков»

не на Достоевском, но на Ботвиннике, гораздо более рациональны, конструктивны, спокойны и трудолюбивы. Все это прекрасно, хотя россиянам прошлого, жившим накануне Кризиса, мы, вероятно, показались бы кем-то вроде механических кукол, или картонных манекенов, или персонажей плохо написанного романа.

Но все это – только самый верхний, самый очевидный слой изменений, вызванных учреждением новой культуры. Я подозреваю, что дело обстоит гораздо серьезнее. Помимо речи, шахматы трансформировали и наши способы мыслить, и наши способы чувствовать. Люди, воспитываемые

о ком-нибудь застывшем вдруг на месте – «как вкопанный»

о чем-то медленном – «как черепаха»

несложном наши предки говорили «одной левой»

сивой кобылы». Если вам что-то непонятно, вы пожалуетесь «не попадаю в квадрат», но еще ваш дедушка сказал бы «не врубаюсь» или «не догоняю».

Но следует понимать, что вследствие этого хода изменилась не только школьная программа, не только названия некоторых улиц, не только содержимое библиотек и книжных магазинов – сама наша речь стала другой. Легче всего это прослеживается в идиоматике. Сейчас, встретившись с какой-нибудь нелепостью, я скажу «бонклауд», а в начале XXI века выражались витиевато: «бред

ходе Кризиса Россия страшно депопулировала; погибшие на внешних фронтах и во внутренних конфликтах, эмигранты и беженцы, жертвы обрушившихся на страну гуманитарных катастроф – даже по самым консервативным оценкам с начала XXI века численность населения сократилась в три-четыре раза.

был твердо уверен, что знает почти все, – в реальности не зная практически ничего.

осознававших собственное невежество