Цитаты из книг автора «Алексей Герасименко»

телевизоров, то в данном случае у производства телевизоров совсем другой бизнес-риск, совсем другая бета. Поэтому бету нашей автомобильной компании для оценки WACC такого проекта использовать ни в коем случае нельзя. Нам придется найти компании, занимающиеся производством телевизоров, и оценить бету проекта через них (по схеме, аналогичной кейсу Ameritrade). Находим бету проекта с учетом структуры капитала (βe). Находим безрисковую ставку и риск-премию рынка (уже обсуждали как). Находим стоимость собственного капитала (ke) для проекта с использованием модели САРМ по формуле: ke = rf + βe × rm. Находим ставку налога на прибыль (обычно официальная ставка налога на прибыль в стране, в которой будет реализован проект). Находим WACC по формуле Дисконтируем денежные потоки с помощью WACC. Радуемся, что сделали большое дело, и не забываем проводить анализ рисков и чувствительности проекта к изменению основных предположений (включая и ставку дисконтирования).

WACC — это основной метод вычисления ставки дисконтирования для любых инвестиционных проектов. Он верен и в случае с Ameritrade. Просто поскольку Ameritrade не использовала заемные средства (D=0), WACC Ameritrade был равен стоимости ее собственного капитала. Что надо сделать, чтобы посчитать WACC и использовать его? Последовательность шагов примерно следующая. Считаем денежные потоки проекта. Обратите внимание, что в калькуляции WACC уже учтен налоговый эффект процентных платежей, поэтому в расчете денежных потоков учитывать процентные платежи НЕ НУЖНО. Иначе вы два раза посчитаете одно и то же и завысите NPV. Определяем структуру капитала, которую будем использовать в расчете. Для проектов, не связанных с покупкой других компаний, чаще всего это будет целевая структура капитала нашей компании. Находим стоимость заемного капитала (kd). Чаще всего это будет ожидаемая стоимость кредитов нашей компании. Находим чистую бету проекта (βa). Обратите внимание, что бета компании, рассматривающей проект, и бета проекта — это не одно и то же. Бета всегда специфична для конкретного проекта, а не для компании, которая проект рассматривает. Поэтому для проекта важно найти правильные базовые компании для сравнения. Это может быть наша компания, но не обязательно. Например, если наша компания занимается производством легковых автомобилей и рассматривает проект организации производства нового легкового автомобиля, то ее бета будет подходить для проекта. Но если это проект организации производства, например

ставка дисконтирования — это тот минимальный процент, под который акционеры готовы дать деньги компании на проект.

Если в процессе подбора базовых компаний вы увидели, что их чистые беты существенно различаются, то это повод задуматься о том, правильно ли вы сделали выбор.

Бета Как вы уже знаете, риск компании, то есть ее бета, определяется бизнес-риском компании, то есть рискованностью той области бизнеса, в которой компания работает, а также ее структурой капитала.

В периоды кризисов все происходит в обратном порядке. Инвесторы начинают оценивать риски вложений в акции российских компаний как более высокие. Ставки дисконтирования растут — NPV модели (читай, прогноз курса акций) снижается. Инвестор продает акции. Вот вам и кризис на фондовом рынке.

В периоды подъема рынка, если посмотреть на оценку акций компаний и «заложенную» в ней риск-премию рынка, мы можем увидеть «подразумеваемую» премию гораздо ниже 8%. В периоды кризисов — наоборот, гораздо больше. Кстати, здесь кроется и объяснение кризисов и подъемов курсов акций на фондовых рынках. Например, чем был обусловлен подъем фондового рынка в России в 2003–2008 годах? Можно, конечно, говорить о высоких ценах на нефть, но в основе своей это была переоценка риска инвесторами. Что происходит, когда инвесторы начинают оценивать рискованность вложений в акции российских компаний как снижающуюся? Грамотные инвесторы при оценке компаний обычно строят DCF-модели. Компания ведь, по сути, один большой бизнес-проект, который можно оценить так же, как и любой другой инвестиционный проект. Так вот, построив модель, инвестор должен найти ставку дисконтирования для этой модели. В этом случае, если инвестор оценивает риски России и российских компаний как снизившиеся, он заложит в модель более низкую риск-премию. А чем ниже ставка дисконтирования, тем выше NPV и, соответственно, тем выше тот прогнозный курс акций, который получает инвестор (курс акций в глазах инвестора — это NPV компании, деленное на количество акций в обращении). В этом случае инвестор получит более высокий прогнозный курс акций и, соответственно, купит акции компании. Высокий спрос со стороны инвесторов в этом случае поднимет рыночную цену акций российской компании.

Поэтому для вычисления обычно приходится пользоваться исторической риск-премией с коррекцией на текущую рыночную ситуацию. Исторические данные дают нам некоторый выбор: от 8% (14% историческая среднегодовая доходность по акциям минус 6% историческая среднегодовая доходность по долгосрочным облигациям) по «более свежим» данным (1950–1996), до 7,2% — (12,7% – 5,5%) по наиболее полным историческим данным. Какую цифру брать? Здесь нет абсолютно точного рецепта. Каждый аналитик решает для себя самостоятельно. Я бы при оценке ориентировался на значение в районе 8%.

Логика при выборе следующая. Во-первых, надо брать текущую, а не историческую доходность. Историческая доходность включает в себя периоды низкой и высокой инфляции, низких и высоких процентных ставок и т.д. При определении ставки дисконтирования нас интересуют требования инвесторов, которые они предъявляют к компании в данный момент. Эти ожидания доходности будут основываться на текущих рыночных условиях. Во-вторых, для сравнения необходимо брать облигации, совпадающие по длительности с длительностью проекта, так как ожидания инвесторов по доходности различаются в зависимости от предполагаемого срока вложения денег.

Стоимость капитала Ameritrade складывается из трех компонентов формулы CAPM, о которых мы говорили выше: доходности безрисковых вложений; риск-премии рынка; бизнес-риска компании (беты).