Даже думать не хочется, что в тот момент у меня на лице было написано, раз её так проняло… А я так и завис, с нескрываемым удивлением уставившись на девчонку.
– Вот где ты ходишь, звёздочка моя? – попрекнул меня ворчливо старичок на ходу.– Наверное, не там, где надо, – пробормотала я всё так же ошалело, пытаясь затормозить.
– Ты… – едва слышно произносит Артём, когда приходит в себя.
Он болезненно морщится и слегка приподнимается выше.
– Я… – отвечаю с ласковой улыбкой.
Наверное, надо бы сказать гораздо больше, но, глядя в омут цвета бездонной синевы, любые слова кажутся ненужными, да и вообще малозначимыми.
– Ты… Стреляла в меня, – поправляет сам себя Рупасов. – Два раза.
– Что за привычка такая? – бурчу намеренно недовольно, сложив руки на груди, пока Тимур спускается по лестнице. – Чуть что, сразу хватать и тащить, куда вздумается?
В глазах цвета хвои вспыхивает лукавый блеск.
– Если я хочу что-либо, то просто беру это.
Вот… не удивлена ни разу даже!
– Это я уже заметила.
– Слушай, а ничего такой, этот Тимур Смоленский, – оценивает школьная подруга приближающегося к нам мужчину. – Высокий, стройный…
– Верблюд тоже высокий. И стройный, – отзываюсь я мрачно из-под лавки. – А ещё выносливый, – добавляю зачем-то.
Слушай, он – псих, ты – тоже неадекватная, – комментирует мои действия блондинка. – Смотрю, вы подходите друг другу! – нагло хохочет надо мной.
– Ага, – ворчу ответно. – Запиши нас на совместный курс к психиатру, мы там поженимся и в одной палате жить будем,