Цитаты из книг автора «Александра Маринина»

верить можно только тому, кто не утратил родственных чувств.

смотрела? Почему сама об этом не подумала? И ведь что обидно, меня же всему этому учили. Правда, давно, почти двадцать лет назад, но учили ведь, что в первую очередь запоминается прическа, во вторую очередь – одежда, затем следует весь внешний облик целиком, фигура, рост, походка, и только потом черты лица. Неужели я нюх теряю

«Лишь самые умные и самые глупые не могут измениться». По глазам Киргана она поняла, что цитирование Конфуция ему изрядно поднадоело. Ничего, перетерпит. Все равно Марго Усольцева будет приводить слова своего любимого мудреца, даже если кто-то будет думать, что они не к месту. Практика показывает, что рано или поздно умные мысли достигают нужных ушей, надо только не лениться эти мысли озвучивать и не обращать внимания на то, что над тобой посмеиваются. Да и пусть посмеиваются. Потом сами же спасибо скажут.

Не зря же говорят, что обстоятельства бывают сильнее человека. Многие лукавят, опираясь на эту фразу, пытаются оправдать собственное бездействие или кривые поступки. На самом деле фраза мудрая: если обстоятельства сильнее, то нужно попытаться получить помощь, чтобы их преодолеть.

Тебя смущает, что мы тебе помогаем? Ленар, голубчик, попросить о помощи – не значит признать свою слабость. Просьба о помощи означает только одно: констатация того, что данные конкретные обстоятельства оказались сильнее имеющихся у человека сил и возможностей и без посторонней помощи ему не справиться. В этом нет ничего стыдного и зазорного.

Нередко кажется несокрушимым то, что, в сущности, легко уничтожить. – Как вы сказали? – вскинул глаза Кирган. – Это не я сказала, а Конфуций. Мудрый был дядька, жалко, что он не очень популярен сегодня.

как вы, у Конфуция есть продолжение той же мысли: «Но тот, кто в сорок-пятьдесят лет все еще не приобрел известности, уже не заслуживает уважения». Не обижайтесь, это ведь не я сказала, а Конфуций.

Вот вам напоследок еще один Конфуций, авось пригодится: «Благородный муж безмятежен и свободен, а низкий человек разочарован и скорбен».

Может быть, наше время все-таки не соответствует мыслям вашего любимого Конфуция? – недоверчиво спросил Виталий. – Два с половиной тысячелетия с чаши весов не скинешь, ушло времечко-то, а? – У-у, вот тут вы ошибаетесь кардинально. – Маргарита Михайловна уже не улыбалась, а открыто смеялась. – Конфуций намного более современен, чем вы даже можете себе представить. А уж вы-то, юрист, должны себе это представлять в полном объеме. – А при чем тут моя профессия? – удивился Кирган. – А при том. Даже право не давать показания против своих близких – это тоже из конфуцианства. – Да быть не может! – вырвалось у него. – А вы послушайте. Ученик в разговоре с Конфуцием сказал: «В нашей деревне был один прямолинейный парень; отец его угнал чужого барана, а сын явился в качестве доказчика, то есть обвинителя». Конфуций ответил: «В нашей деревне прямолинейные люди отличаются от этого: у нас отец прикрывает сына, сын прикрывает отца. В этом и есть прямота». Понимаете? У каждого человека есть право прямо и честно заявить: я не буду давать показания против близкого. Ну, и чем не современное правосудие?

Ну, с ходу мне поспорить будет трудновато, – признался он, – но я вам навскидку сразу отвечу, что, имея постоянно дело с преступниками, сохранить человеколюбие как-то проблематично, прямо скажем. Женщина снова улыбнулась. Вообще она все время улыбалась в отличие от ее серьезного и сосредоточенного спутника, и это почему-то очень нравилось Виталию Киргану. Нравилось помимо его воли. – Трудно, говорите? – повторила она следом за адвокатом. – Испытать трудности, а затем добиться успеха – в этом состоит человеколюбие.