Отзывы на книги автора «Александр Грин»

Всегда считал, что тоска, которая навалилась в один прекрасный день на капитана Грэя – это спермотоксикоз. Но, если это не так, то в произведении описаны обычные матросские забавы Грэя – водка и карты, но цензурой вырезаны портовые шлюхи. Цензура эта называется ханжеством автора. А еще я в детстве всегда считал, что Лонгрен должен винить в смерти жены самого себя, так как не смог обеспечить семью. Это его убивало, он постоянно об этом думал и повел себя как дешевка – обвинил во всем Меннерса и помог ему сдохнуть. Ему, несомненно, полегчало. Кроме того Меннерс пылал страстью к его жене – почему мы тогда не осуждаем многих других литературных героев, которые из-за этого совершали гораздо худшие проступки, чем в, данном случае, невинный отказ в кредите.

Личность капитана Грэя была бы примитивной и мажорской, если бы не природная тяга его ко всему брутальному. Он мог стать кем угодно, но выбрал суровые условия моря и обязательное уважение его мужского достоинства. Такое бывает – кто-то выбирает армию, чтобы командовать, среду погрубее, но, как правило, им приходится долго и мучительно служить и добиваться регалий. Грэю было намного проще – заплатил и стал капитаном. Автор в свою очередь тоже мог сделать Грэя кем угодно, но сделал его именно таким – частным случаем отпрыска богатого рода. И действительно – это более притягательно для разного рода провинциальных Ассолей. Это более романтично – вот она где, романтика-то спряталась.

И особенно радует следующее

– И ты тоже, дитя мое! – вынимая из воды мокрую драгоценность, сказал Грэй. – Вот, я пришел. Узнала ли ты меня?

Он ее удочерить решил или там что-то похуже?

Ассоль было уже пять лет, и отец начинал все мягче и мягче улыбаться, посматривая на ее нервное, доброе личико

С трудом себе могу представить подобное

До смешного нелепая идея. Если следовать логике Геннисона, нужно уничтожить все картины Филонова и Вазари, раз существует Ван Гог и Рембрандт! Да и в чём он критерий гениальности? На то оно и искусство, что б выражать чувства художника. И у каждого они разные, как неодинаково и наше восприятие произведений.

Как это "лучше" работать в такой сфере? Лучше можно только стену кирпичом выложить! Да яму выкопать глубже!
К тому же, если живописец излишне обеспокоен грядущей славой и обеспеченностью, то допустимо ли его вообще называть художником? Наверное, всё-таки вряд ли!