Отзывы на книги автора «Александр Грин»

Я довольно долго не хотел читать последний законченный роман Грина, чтобы оставить часть его творчества неизведанной. Хотелось, чтобы было что-то такое, что всегда можно будет взять и прочитать, но не хотелось ставить точку, закрывать для себя этого удивительного писателя. А потом что-то меня все же заставило прочитать «Дорогу никуда» (1930).

Бегущая по волнам (1928) все равно останется для меня вершиной его творчества, такой удивительной, притягательной, непонятной и зовущей перечитывать. В ней Грин подошел так плотно к завесе, отделяющей тонкий мир от повседневности, что каждый раз кажется, что вот он, в следующей строчке.

«Дорога никуда» гораздо более прозаичная, будничная, если можно так сказать. Она и гриновская, и другая, какая-то подчеркнуто реалистичная. Почему автор стал писать так? Что изменилось? Как он вообще писал в конце 20-х так, что внешний мир почти не чувствуется в его прозе? Никаких аллюзий и намеков, все по-прежнему в этой неизвестной недавно колонизованной стране, пресловутой Гринландии. Лисс, Покет и Зурбаган, простые рубленные характеры. И высокие чувства с такими же отношениями. Автор всегда пытался задать очень высокий стандарт для своих героев, он порой даже дидактичен, объявляя взаимовыручку и верность высшими ценностями. Безумно интересно – как читатели в начале 30-х воспринимали эту книгу? Что видели в ней? Осколок чего-то непонятного? Чуждого или нет?

В «Дороге никуда» автор показал, что умеет держать и взвинчивать темп, умеет накручивать напряжение (и быстро съезжать на тормозах). Можно сказать, что в известной степени основная интрига легонько напоминает мотив Золотой цепи (1925, которая всегда кажется мне невероятным русским вариантом «Великого Гэтсби», по иронии судьбы вышедшего в этом же 1925!). У Давенанта тоже есть свой зеленый огонек. Такие вещи меня неизменно трогают, так что-то похожее я сам пережил когда-то.

Неизведанного больше нет, но есть чувство, что я захочу эту книгу перечитать. Не совсем равноценная замена тайне.

Уже прошел месяц как я прочитала книгу, а я так и не придумала, что же мне указать в рецензии. Но все же попытаюсь. Наверно я не самую лучшую выбрала книгу для знакомства с автором, но что имеем, то имеем. По истории главный герой - Тома Гарвей влюбляется в незнакомку, которую встретил в порту, а именно Биче Сениэль. Далее цепочка непонятных событий таких как стремление попасть на корабль « Бегущая по волнам». Главный герой находясь в конфликте с капитаном, дерется с ним и его оставляют в шлюпке посреди моря. Однако главному герою повезло и его подбирает судно.
Думаю, что история пропитана аллюзиями на жизнь, но глубоко не копала. Думаю книга подойдет для неспешного размеренного чтения. К сожалению в данный момент времени я не оценила эту книгу. Возможно со временем к ней вернусь.

Всегда считал, что тоска, которая навалилась в один прекрасный день на капитана Грэя – это спермотоксикоз. Но, если это не так, то в произведении описаны обычные матросские забавы Грэя – водка и карты, но цензурой вырезаны портовые шлюхи. Цензура эта называется ханжеством автора. А еще я в детстве всегда считал, что Лонгрен должен винить в смерти жены самого себя, так как не смог обеспечить семью. Это его убивало, он постоянно об этом думал и повел себя как дешевка – обвинил во всем Меннерса и помог ему сдохнуть. Ему, несомненно, полегчало. Кроме того Меннерс пылал страстью к его жене – почему мы тогда не осуждаем многих других литературных героев, которые из-за этого совершали гораздо худшие проступки, чем в, данном случае, невинный отказ в кредите.

Личность капитана Грэя была бы примитивной и мажорской, если бы не природная тяга его ко всему брутальному. Он мог стать кем угодно, но выбрал суровые условия моря и обязательное уважение его мужского достоинства. Такое бывает – кто-то выбирает армию, чтобы командовать, среду погрубее, но, как правило, им приходится долго и мучительно служить и добиваться регалий. Грэю было намного проще – заплатил и стал капитаном. Автор в свою очередь тоже мог сделать Грэя кем угодно, но сделал его именно таким – частным случаем отпрыска богатого рода. И действительно – это более притягательно для разного рода провинциальных Ассолей. Это более романтично – вот она где, романтика-то спряталась.

И особенно радует следующее

– И ты тоже, дитя мое! – вынимая из воды мокрую драгоценность, сказал Грэй. – Вот, я пришел. Узнала ли ты меня?

Он ее удочерить решил или там что-то похуже?

Ассоль было уже пять лет, и отец начинал все мягче и мягче улыбаться, посматривая на ее нервное, доброе личико

С трудом себе могу представить подобное

Всегда считал, что тоска, которая навалилась в один прекрасный день на капитана Грэя – это спермотоксикоз. Но, если это не так, то в произведении описаны обычные матросские забавы Грэя – водка и карты, но цензурой вырезаны портовые шлюхи. Цензура эта называется ханжеством автора. А еще я в детстве всегда считал, что Лонгрен должен винить в смерти жены самого себя, так как не смог обеспечить семью. Это его убивало, он постоянно об этом думал и повел себя как дешевка – обвинил во всем Меннерса и помог ему сдохнуть. Ему, несомненно, полегчало. Кроме того Меннерс пылал страстью к его жене – почему мы тогда не осуждаем многих других литературных героев, которые из-за этого совершали гораздо худшие проступки, чем в, данном случае, невинный отказ в кредите.

Личность капитана Грэя была бы примитивной и мажорской, если бы не природная тяга его ко всему брутальному. Он мог стать кем угодно, но выбрал суровые условия моря и обязательное уважение его мужского достоинства. Такое бывает – кто-то выбирает армию, чтобы командовать, среду погрубее, но, как правило, им приходится долго и мучительно служить и добиваться регалий. Грэю было намного проще – заплатил и стал капитаном. Автор в свою очередь тоже мог сделать Грэя кем угодно, но сделал его именно таким – частным случаем отпрыска богатого рода. И действительно – это более притягательно для разного рода провинциальных Ассолей. Это более романтично – вот она где, романтика-то спряталась.

И особенно радует следующее

– И ты тоже, дитя мое! – вынимая из воды мокрую драгоценность, сказал Грэй. – Вот, я пришел. Узнала ли ты меня?

Он ее удочерить решил или там что-то похуже?

Ассоль было уже пять лет, и отец начинал все мягче и мягче улыбаться, посматривая на ее нервное, доброе личико

С трудом себе могу представить подобное

Всегда считал, что тоска, которая навалилась в один прекрасный день на капитана Грэя – это спермотоксикоз. Но, если это не так, то в произведении описаны обычные матросские забавы Грэя – водка и карты, но цензурой вырезаны портовые шлюхи. Цензура эта называется ханжеством автора. А еще я в детстве всегда считал, что Лонгрен должен винить в смерти жены самого себя, так как не смог обеспечить семью. Это его убивало, он постоянно об этом думал и повел себя как дешевка – обвинил во всем Меннерса и помог ему сдохнуть. Ему, несомненно, полегчало. Кроме того Меннерс пылал страстью к его жене – почему мы тогда не осуждаем многих других литературных героев, которые из-за этого совершали гораздо худшие проступки, чем в, данном случае, невинный отказ в кредите.

Личность капитана Грэя была бы примитивной и мажорской, если бы не природная тяга его ко всему брутальному. Он мог стать кем угодно, но выбрал суровые условия моря и обязательное уважение его мужского достоинства. Такое бывает – кто-то выбирает армию, чтобы командовать, среду погрубее, но, как правило, им приходится долго и мучительно служить и добиваться регалий. Грэю было намного проще – заплатил и стал капитаном. Автор в свою очередь тоже мог сделать Грэя кем угодно, но сделал его именно таким – частным случаем отпрыска богатого рода. И действительно – это более притягательно для разного рода провинциальных Ассолей. Это более романтично – вот она где, романтика-то спряталась.

И особенно радует следующее

– И ты тоже, дитя мое! – вынимая из воды мокрую драгоценность, сказал Грэй. – Вот, я пришел. Узнала ли ты меня?

Он ее удочерить решил или там что-то похуже?

Ассоль было уже пять лет, и отец начинал все мягче и мягче улыбаться, посматривая на ее нервное, доброе личико

С трудом себе могу представить подобное

Всегда считал, что тоска, которая навалилась в один прекрасный день на капитана Грэя – это спермотоксикоз. Но, если это не так, то в произведении описаны обычные матросские забавы Грэя – водка и карты, но цензурой вырезаны портовые шлюхи. Цензура эта называется ханжеством автора. А еще я в детстве всегда считал, что Лонгрен должен винить в смерти жены самого себя, так как не смог обеспечить семью. Это его убивало, он постоянно об этом думал и повел себя как дешевка – обвинил во всем Меннерса и помог ему сдохнуть. Ему, несомненно, полегчало. Кроме того Меннерс пылал страстью к его жене – почему мы тогда не осуждаем многих других литературных героев, которые из-за этого совершали гораздо худшие проступки, чем в, данном случае, невинный отказ в кредите.

Личность капитана Грэя была бы примитивной и мажорской, если бы не природная тяга его ко всему брутальному. Он мог стать кем угодно, но выбрал суровые условия моря и обязательное уважение его мужского достоинства. Такое бывает – кто-то выбирает армию, чтобы командовать, среду погрубее, но, как правило, им приходится долго и мучительно служить и добиваться регалий. Грэю было намного проще – заплатил и стал капитаном. Автор в свою очередь тоже мог сделать Грэя кем угодно, но сделал его именно таким – частным случаем отпрыска богатого рода. И действительно – это более притягательно для разного рода провинциальных Ассолей. Это более романтично – вот она где, романтика-то спряталась.

И особенно радует следующее

– И ты тоже, дитя мое! – вынимая из воды мокрую драгоценность, сказал Грэй. – Вот, я пришел. Узнала ли ты меня?

Он ее удочерить решил или там что-то похуже?

Ассоль было уже пять лет, и отец начинал все мягче и мягче улыбаться, посматривая на ее нервное, доброе личико

С трудом себе могу представить подобное

Всегда считал, что тоска, которая навалилась в один прекрасный день на капитана Грэя – это спермотоксикоз. Но, если это не так, то в произведении описаны обычные матросские забавы Грэя – водка и карты, но цензурой вырезаны портовые шлюхи. Цензура эта называется ханжеством автора. А еще я в детстве всегда считал, что Лонгрен должен винить в смерти жены самого себя, так как не смог обеспечить семью. Это его убивало, он постоянно об этом думал и повел себя как дешевка – обвинил во всем Меннерса и помог ему сдохнуть. Ему, несомненно, полегчало. Кроме того Меннерс пылал страстью к его жене – почему мы тогда не осуждаем многих других литературных героев, которые из-за этого совершали гораздо худшие проступки, чем в, данном случае, невинный отказ в кредите.

Личность капитана Грэя была бы примитивной и мажорской, если бы не природная тяга его ко всему брутальному. Он мог стать кем угодно, но выбрал суровые условия моря и обязательное уважение его мужского достоинства. Такое бывает – кто-то выбирает армию, чтобы командовать, среду погрубее, но, как правило, им приходится долго и мучительно служить и добиваться регалий. Грэю было намного проще – заплатил и стал капитаном. Автор в свою очередь тоже мог сделать Грэя кем угодно, но сделал его именно таким – частным случаем отпрыска богатого рода. И действительно – это более притягательно для разного рода провинциальных Ассолей. Это более романтично – вот она где, романтика-то спряталась.

И особенно радует следующее

– И ты тоже, дитя мое! – вынимая из воды мокрую драгоценность, сказал Грэй. – Вот, я пришел. Узнала ли ты меня?

Он ее удочерить решил или там что-то похуже?

Ассоль было уже пять лет, и отец начинал все мягче и мягче улыбаться, посматривая на ее нервное, доброе личико

С трудом себе могу представить подобное

Что хуже изменить и не признаться, или не изменить, но думать, что изменил, и признаться.

Интересный рассказ.

Написан в 1929 году. Но подобная история, как люблю говорить могла произойти в любое время.

Сюжет.

Главный герой Кай Брентган после, веселой пирушки, просыпается и ничего не помнит, а друзья его уверяют, что он провел ночь с девушкой легкого поведения. Все бы ничего, но его дома ждёт жена, а он не знает, как теперь смотреть ей в глаза.

Подробности постельных сцен.

Да, нет ничего хуже чем, такие друзья, что были у Кая Брентгана. С такими друзьями и врагов не надо.

Очень часто парней, который любят своих жен и не спешат им изменять, многие их друзья и знакомые не понимают. Это все равно, что дают выпивку на халяву, а ты не пьешь.

Вот главного героя рассказа Кая Брентгана, друзья считали "подкаблучником" и бесхребетным типом или как сказала ему девушка, что она называли его "Пресноводное". Им не нравилась, его жена Джесси. К которой он постоянно шёл домой.

В рассказе подымается интересная тема измен. Друзья устроили спор, и напоили своего друга, а потом затащили в публичный дом.

- Не знаю. Они задержались у наших маленьких гейш: Греты и Сандрильоны. Ты был очень мил с девушками.
- Послушай, - сказал Брентган, - я ничего не помню с момента, когда начал пить на пари в "Китайском принце". Подними занавес!
- Лучше я его опущу! - расхохотался Лей. - То, что ты называешь "занавесом", есть лишь полог кровати одной пикантной детки.
- Но это ты выдумал! - вскричал Брентган, помертвев и вскакивая.
- Неужели тебя могут расстроить такие пустяки?
- Не может быть! С кем?
- Я перепутал их имена, Кай. Тебя увела черненькая.
- Лей, ты солгал!
Лей побледнел, потом покраснел. Некоторое время он чувствовал себя отвратительно, но вкоренившееся презрение к верности и любви помогло ему заключить свой низкий поступок грязным намеком:
- Во всяком случае... риска не было. Уверяю тебя.

Почему то многие считают, что если девушку напоить, а потом подложить под мужика, то это изнасилование, а вот если тоже самое сделать с мужчиной, то это классная вещь.

Но чувствуют, себя они одинаково. Добровольное согласие, один из главных принципов, как считаю, должен быть.

Мы незнаем обманули его друзья, как начали читать, или сказали правду, это не важно, они в любом случае поступили с ним плохо.

Кай, не знал, мог ли он по пьяни переспать или нет, вроде не мог, но мало ли, а в друг.

Мне вспомнился, анекдот:

Просыпается мужик на следующий день после пьянки, голова раскалывается,
под глазом фингал красуется... Встает с кровати, а там тапки заботливо
подложены. Смотрит - все убрано в квартире, все блестит. Идет на кухню -
видит на столе стакан рассола, и завтрак приготовлен, рядом - записка.
"Пиво в холодильнике. Ушла на работу, любимый. Твоя жена." Ничего мужик
не понимает. Тут сын со школы возвращается.
- Что вчера было-то?
- Ты ночью пьяный приполз, с фингалом, и все вокруг облевал.
- Да я не об этом, откуда завтрак, пиво?..
- Ааа... Это мама с тебя грязные штаны снимала, а ты ей - "Отстань,
самка собаки(заменил подставьте нужное), я женат!"

Так должен был поступить и Кай. Настоящий мужик, в любом состоянии помнит, что он женат. И поэтому не сомневается. А если сомневаешься, значит, есть какие то подсознательные мыслишки.

Автор, показывает, что измена не происходит только на физическом уровне, а прежде всего рождается в голове.

Главный герой, должен был, сказать своим друзьям, что шутка получилась смешной. И поехать домой к жене. А он поехал, как говориться искать вчерашний день. Довел девушку из борделя до слёз.

Его охватила теплая, искренняя признательность к этой девушке с зачеркнутым будущим, которая поняла его состояние и не поддержала глупую травлю.

- От всего сердца благодарю вас! - сказал Брентган, снова беря ее руку и крепко сжимая узкие холодные пальцы. - Вы - благородное существо.

Я бы тоже ему потом влепил, если бы меня кто существом назвал. Но, в самом деле, что за дурак. А с другой стороны, вспомните прошлый мой отзыв, на рассказ Куприна, там шутка довела человека до психушки. И все говорили, что так оно и есть. Вот и он хотел понять, в своем ли он уме, поэтому и пошёл в публичный дом.

Раньше, мне не приходилось, читать рассказы автора. Да и большие произведения, кроме "Алых Парусов" не помню.

Но этот рассказ понравился, он не большой, но развивается поступательно. И показывает разные образы людей. Лживые друзья, и честная куртизанка. А так жена, которая по своему поняла измену мужа. А так же мужчина, которые нашел в себе силы признаться своей жене, что было прошлой ночью и что он ходил в публичный дом.

Думаю, что разные люди прочитают этот рассказ и у них будет свое представление, кто же прав, а кто не прав.

Мое мнение, такое, что друзья поступили плохо. Кай зря повелся. Но с другой стороны, если он раньше думал, про измену жене, значит уже не смог бы спокойно чувствовать себя рядом с ней, это бы его терзало. Но все проверив и узнав, он тем самым и изменил своей жене.

Она поехала, к своей подруге, и может быть, там отомстит ему, пофлиртовав с кем то или еще чего, женщины они такие.

Спасибо всем, кто прочитал.

Тот самый тип личности, который безумный ученый, неопрятный трудоголик, живущий работой и мыслями о работе, немножко бытовой кретин. Вся его жизнь подчинена некоему научному труду, который он пишет вот уже около 20 лет. Где-то вдалеке от него, у родственников, живет его маленькая дочь. Вроде бы он ее любит, но как может любить такой "научный" человек?

Вот мы и узнаем. Ведь дочь, уже достаточно взрослая, ей уже 14, приезжает к нему на каникулы. И видя весь кошмужас, что творится в доме отца, решает навести порядок. И научная рукопись, труд всей жизни...

А все-таки он выключил свет! Значит, правда, любит. Я бы на его месте, наверное, пошла с балкона спрыгнула. Или убила бы дитятю (нет).

Забавно. Иногда бывает говорит один, говорит, говорит о своей неземной любви и "подарю тебе вон ту звезду", а думаешь, ни фигаааа, как много слов, как мало чувств. А иногда сидит другой, такой угрюмый, злой, голодный, и вдруг как буркнет что-то исподлобья, но прижмет к себе, и чувствуешь - ведь блин, правда, любит. Иногда и один маленький поступок - о любви.

Бродяга и начальник тюрьмы

Начальник тюрьмы в Н. — городке, столь уединенном и малом, что он никак не мог позволить себе роскошь иметь большую тюрьму и важных преступников. Едва ли было хоть раз, что все сорок камер тюрьмы заняты постояльцами. Как правило, одновременно находилось в ней не более десяти арестантов; но не было блестящих имен. Ни Равашоль, ни Джек-Потрошитель, ни Картуш, ни Ринальдо Ринальдини — но мелкие воры и серые жулики да бродяги.

Таким образом, Пинкертон, начальник тюрьмы, возненавидевший свою громкую фамилию именно за ее блеск фальшивого бриллианта, вечно страдал желчью и напрасным честолюбием.

Это был, по-моему, пятый якобы готический рассказ Грина, который я слушала за последнее время. К этому моменту я уже поняла, что сборник собирался по каким-то принципам, которые мне все равно не понять, поэтому ожиданий было ровно нуль.

Первое впечатление — именно так выглядел бы хэппи энд "Мастера и Маргариты", если бы Булгаков не вводил бы Воланда и всю сатанинскую свиту, оставив только Мастера, Маргариту и книгу, но все равно хотел бы завершить повествование не на чем-то печальном. Поговорили по душам, обсудили что-то интересное и спокойно расстались, никаких там крестов, казней и вообще смертей.

Второе впечатление подсказало, что Иешуа никогда не был бы таким, как бродяга из этой истории. Не плохо, не хорошо, просто разные герои.

Третье всё также говорило о том, что это был хэппи энд, тем более здесь же это сработало, значит и там бы всё вышло, как надо.

Четвёртое впечатление сказало о том, что рассказ относится к той странной категории харизматичных историй и полон обаяния. Очень надеюсь, что эта идея была реализована в каком-нибудь романе или фильме, потому что эта идея достойна большего. Эта реализация тоже хороша, но и она выглядит так, будто это сцена откуда-то большего объема.

Пятое впечатление уже спустя какое-то время пришло к выводу, что юмор этой истории мне очень понравился — он легкий и незатейливый, идеально для этой истории.

В общем, если ищите что-то очень короткое и веселое, советую обратить внимание на этот рассказ