Цитаты из книг автора «Александр Чудинов»

Вопрос о дальнейшей судьбе Людовика время от времени поднимался с самого начала работы Конвента, но так и не переходил в практическую плоскость, отчасти из-за опасения ответной реакции европейских монархов, отчасти из-за того, что жаждавшие крови короля монтаньяры сами были вынуждены отбиваться от нападок политических оппонентов.

ября Монса, 14 ноября — Брюсселя, а там и всех Австрийских Нидерландов

Дюмурье, который, отправив Келлермана преследовать герцога Брауншвейгского, решил воспользоваться благоприятным моментом для вторжения в Австрийские Нидерланды. 6 ноября 1792 года его войска натолкнулись на австрийский корпус эрцгерцога Альберта Саксен-Тешенского. Австрийцы имели в три раза меньше людей и в два раза меньше орудий, чем французы, но занимали хорошо укрепленные позиции на холмистой гряде возле деревни Жемапп. Слабо дисциплинированная и плохо обученная, но исполненная революционного энтузиазма, французская армия весь день атаковала австрийцев по всему фронту, неся большие потери. В конце концов исход сражения подтвердил хорошо известное в ту эпоху правило: «Бог на стороне больших батальонов». Подавляющее численное преимущество французов сыграло решающую роль, и выбитые со своих позиций австрийцы были вынуждены отступить. Результатом этой победы стал захват 7 но

Узнав об отходе основных сил пруссаков на восток, австрийцы 16 октября сняли осаду. Преследуя отступающих пруссаков, генерал Келлерман 16 октября вступил в Верден, а 21 октября — в Лонгви. В тот же день войска Рейнской армии, которыми командовал Адам-Филипп Кюстин, герой Семилетней войны и войны в Северной Америке, с наскока взяли одну из сильнейших крепостей Германии — Майнц

В те же дни на самом севере австрийская армия, наступавшая из Австрийских Нидерландов, осадила Лилль. Силы неприятеля были недостаточны для того, чтобы штурмом взять мощную Лилльскую цитадель, возведенную почти за сто лет до того гением военной инженерии Себастьяном де Вобаном. Не хватило солдат у них и для полной блокады крепости. Поэтому австрийский командующий решил принудить гарнизон к капитуляции путем массированной бомбардировки. Она началась 29 сентября и велась денно и нощно на протяжении семи суток. Всего по крепости было выпущено более 100 тысяч бомб и ядер, но ее защитники не сдали своих позиций. Ничего не добившись, неприятель 8 октября вынужден был снять осаду, что стало еще одной важной победой французов.

В сентябре 1792 года, понадеявшись на скорую победу Австрии и Пруссии, в войну вступил король Сардинии (Пьемонта). И, как выяснилось, напрасно. Пьемонтская армия оказалась совершенно не готова к военным действиям, и части генерала Анн-Пьера де Монтескью к 23 сентября без единого выстрела полностью оккупировали Савойю. 29 сентября столь же бескровно была захвачена Ницца

Неудачно для жирондистов складывались дела и вне парламента. К октябрю они проиграли борьбу за Якобинский клуб и вынуждены были покинуть его. Тем самым они, как и фельяны годом ранее, уступили конкурентам мощнейший инструмент воздействия на общественное мнение.

21 сентября Конвент упразднил монархию, а 22 сентября провозгласил Республику. То и другое жирондисты и монтаньяры сделали в полном единодушии. Однако идиллия продолжалась не более трех дней. После того как в Париж пришло известие о победе при Вальми и об отступлении армии герцога Брауншвейгского, борьба с внешней угрозой отошла на второй план, и «партии» сцепились в схватке за власть.

Вечером, так и не начав наступления, герцог Брауншвейгский отвел свои войска. Мотивы его решения до сих пор неясны. Согласно одной из версий, его подкупил Дантон, передав герцогу драгоценности французской королевы, несколькими днями ранее пропавшие из Парижа. По другой версии, Келлерману удалось повлиять на герцога через свои масонские связи. Предлагались и другие объяснения неожиданного отхода пруссаков, но ни одно из них не признано бесспорным. Несмотря на скромный военный итог (французы потеряли 300 человек, пруссаки — 180), «канонада при Вальми» получила большое политическое значение как первая в этой войне победа войск революционной Франции.

К удивлению немцев, французы, в отличие от предыдущих боев кампании, проявили стойкость и не побежали, как обычно делали, с первыми же выстрелами. Келлерман под артиллерийским огнем лично воодушевлял солдат, а они, подбадривая себя криком «Да здравствует нация!», изо всех сил старались держать строй, несмотря на потери от вражеских ядер.