В принципе я не предполагала, что когда-либо буду читать книгу Проханова. При всем уважении к образности его мышления, интеллектуальному багажу и публицистическому таланту, будучи знакомой с фрагментами прохановских текстов, я понимала, что это не моё. Но и на старуху случается рекламная кампания. После отмены публичных чтений и якобы изъятия с книжных полок (на маркетплейсах, впрочем, был и остается в полном доступе) я дрогнула и клюнула на сенсацию. О том, что это аллюзия на жизненный путь Евгения Пригожина, узнала уже по дороге.
Аллюзия на то и аллюзия, что читаешь ее не ради сюжетной новизны, а ради того, чтобы увидеть, кого и как из реальных персонажей изобразил автор. Конечно, не думаю, что Проханов на старости лет попадет в опалу, и да, эта шумиха действительно была просто удачным прогревом продаж, тем не менее, должна заметить, что в каких-то моментах Александр Андреевич действительно прогуливается по краю:
“Все пятнадцать Президентов начинали кашлять, повторяя манеру Президента Леонида Леонидовича Троевидова слегка покашливать.
— Так, хорошо. А теперь ручкой, ручкой махнём!
Все пятнадцать резко взмахивали левой рукой, повторяя характерную для Леонида Леонидовича Троевидова отмашку. — Теперь отдыхаем. В следующий раз покажу, как правильно целовать в живот выхухоль!”
Хотя в основном это, конечно, легкая сатира на российские политические реалии:
“Ты увидишь множество отважных джигитов, не забывших скачки по горным дорогам. Не пугайся, если они начнут стрелять в воздух и кидать ввысь папахи. Так они поступают, когда через сенат проходит очередной законопроект”.
В центре повествования — Михаил Соломонович Лемнер, московский еврей, в 90-е создавший частное охранное агентство, интегрированное с агентством эскорт-услуг. Он живет типичной жизнью «предпринимателя» такого рода до тех пор, пока на него не обращают внимание сильные мира сего, и с этого момента начинается восхождение Лемнера в чертоги российской власти, в котором все больше угадываются жизненные вехи основателя «Вагнера» (который в книге Проханова присутствует под названием «Пушкин»).
Лемнер сталкивается с тремя персонажами из кулуаров российской власти. Анатолий Ефремович Чулаки воплощает системных либералов и западников, Антон Ростиславович Светлов — силовой корпус. Иван Артакович Сюрлёнис — нечто вроде идеолога-технократа. Каждый из них предлагает свой путь развития России: Чулаки — западный, Светлов — «традиционные ценности», а вот Сюрлёнис тут наиболее сложный и неоднозначный персонаж, который пытается выстроить индивидуальную стезю России. В связи с чем у Проханова дано довольно-таки точное определение извечной дилеммы развития нашего государства:
“Россия из века в век шатается туда-сюда. То хочет зваться исконной, домом Богородицы, «Богом сданной». Торит по колдобинам свой «русский путь». То нарекает себя Европой, говорит по-французски, заставляет женщин под юбкой носить трусы. Выбирает «европейский путь». Это шатание дорого обходится русским. Все революции, гонения, сожжение книг, разрушение городов, усекновения глав, ниспровержение основ, оскудение умов, ожесточение сердец, осквернение святынь, опустошение житниц, обмеление рек, иссушение чувств, оскопление родов, обнуление знаний, обожествление зла. Всё это превращение России в мировое чудище, от которого мир хочет избавиться”.
Хочу заметить, что в потоке прохановского велеречия и громоздких метафор вот такие меткие и предельно ясные фрагменты оправдывают чтение в целом. В остальном же Проханов есть Проханов: в полной мере реализуется его склонность к напевности, превращению сюжета в былину, цветистости и многослойности метафор (иногда чрезмерной, потому что, например, сцена с мечущей в проруби икру Ксенией Сверчок вызывала почти физический приступ тошноты). Все это, конечно, сильно давит на голову при чтении, так что для овладения текстом пришлось проявить некоторые усилия и терпение.
Рекомендовать ли «Лемнера»? Пожалуй, да, если вас интересует, как литература реагирует на текущую политическую повестку и вы готовы продираться сквозь стилистические дебри ради нескольких точных попаданий. Если же ожидаете лёгкого чтения или просто «романа с ключом» — лучше ограничиться пересказами в рецензиях.