Жар-Цвет

Вот ведь парадокс - наше сознание с течением времени становится всё более гибким и всё легче привыкает к новшествам, но одновременно оно же окостеневает в своём рацио и отвергает всё запредельное, мистическое, иное, то, что проще списать на сумасшествие, безумие, бред, горячку. Или это в самом деле сумасшествие, безумие и дальше по тексту? Было или не было? живая нечисть или больная фантазия? страшные силы или банальные нервы и "пора на воды, батенька"?.. Где же тут разобраться... Впрочем, Амфитеатров вовсе не ставит перед собой задачу убедить читателя в чём-то (хочешь - веришь, хочешь - нет; обе двери открыты), он собирает и увязывает легенды, суеверия, фантазии славян, а потом спускает всю эту нечисть с поводка - мёртвых красавиц и упырей, не заморских инкубов, а именно что отечественного производства, которые как-то и милее, и сильнее пробирают холодком по позвоночнику. Нет, желания скрыться под одеялом и стучать зубами не возникает, но пробирает сама близость всех этих представлений и преданий. Пожалуй, Амфитеатров переборщил с их количеством - слишком много разнородного, разнопланового собрано под одной крышей, слишком сумбурно переплетено, а вернее не_переплетено. Целостности роману всё-таки не хватает. И нотки жути. Слишком уж много прочитали и повидали герои, слишком рационально они настроены (граф Гичовский, в первую очередь; прекрасный, кстати говоря, образ), слишком много анализируют и слишком мало вслушиваются в скрип половиц, ожидая визита своей ночной красавицы.

Отдельный восторг - украинско-белорусские мотивы и отсылки к Речи Посполитой, несмотря на национальность автора. Волынское поместье во второй части не менее обаятельно, чем Корфу в первой.

В рамках расширения кругозора продолжаю знакомиться с малоизвестной классикой русской мистической литературы. Ведь как получается? Все знают "Вия" и "Семью вурдалаков", но при этом говорят, мол не было в России удобренной почвы для хоррора. А если копнуть глубже? Оказывается есть, еще как есть! Орест Сомов, например, или вот, Амфитеатров - писали прекрасные мистические истории на отечественном грунте, с нашим колоритом, в наших же реалиях.
Роман "Жар-цвет", по-сути никакой не роман, а сборник повестей, связанных между собой одним героем, авантюристом и мистиком, графом Гичовским. Причем в первой части романа, повести "Киммерийская болезнь", граф выступает, скорее, как герой второстепенный, и только к трагическому финалу выходит на передний план. Во второй части, представляющей из себя дневник графа, Гичовский играет уже главную роль. Ему на собственной шкуре предстоит узнать, чем грозит столкновение с мистическим, и раскаяться в собственном неверии.
Амфитеатров мастерски разыгрывает карту психоза. Сам дает научное объяснение любой чертовщине, и тут же разбивает его в пух и прах, потом снова дает объяснение, уже с учетом новых реалий, и вновь вдребезги! Что это? Терзала ли Дебрянского упырица Анна, или это болезнь на нервной почве истощила несчастного? Правда ли владела Лала темными силами, или была простой сумасшедшей, убедившей себя в собственной сверхъестественности? Был ли на самом деле призрак Зои, желающий восстать с помощью Жар-цветка папоротника, или все грезы, болезнь разума? Даже финал романа расплывчатый, позволяющий принять как рациональную, так и иррациональную точки зрения.
Я остановился на второй. Все же как здорово получилось у Амфитеатрова вплести в повествование культ матери Оби, древней реки, разделяющей мир живых и мир мертвых! Так легко пустил этот культ корни, не только в сибирской глубинке, но и среди шаманов черного континента, и за океаном. Читаешь и проникаешься.
Отдельно стоит отметить рассказы внутри романа. Публикация предка Гичовского в журнале, есть отличная готическая проза, а рассказ о статуе Христа, вызволенной из турецкого плена польскими ватажниками, не менее отличная приключенческая байка.
Жаль, чертовски жаль, что про Амфитеатрова знают так мало ценителей мистической литературы. Вот он, наш, русский хоррор. Именно так он и начинался, и именно таким он должен быть: самобытным, не заимствующим, а дающим поводы для заимствования. Чтобы даже на чужих берегах русского человека преследовала русская нечисть. Чтобы всяк понимал, что ваше вуду не более чем осколки поклонения Великой Матери Оби.

Кому ни рассказывала о романе, в ответ слышала: «Ну и псевдоним!» Нет, Амфитеатров — вполне себе настоящая фамилия. Хотя, учитывая тему романа, в этом легко усомниться.

Оккультный роман, опубликованный примерно тогда, когда вся богема помешалась на тарелочках и досках Уиджи, просто не мог не стать популярным.

Читается ли он сейчас легко? Нет. Местами его читать даже больно, особенно когда диалоги ни о чём превращаются в монологи о том же самом.

В чём, собственно, замес:
Два русских дворянина встречаются на острове Корфу, и один из них делится историей о призраке умершей девушки, который преследует его. Причём призрак ему достался по наследству от умершего товарища. Лично он девушку не знал, ничем её не обидел, но потусторонняя девица, неразборчивая и навязчивая, как японские призраки из серии фильмов «Проклятие», не даёт ему покоя. Визиты с того света наносят урон психическому здоровью героя (или, наоборот, его психическое нездоровье манит его на тот свет). Второй герой, как выясняется, тоже имеет семейные тайны, связанные с потусторонними силами. Да еще и дружественная ему семья, живущая неподалёку, погрязла в каком-то культе девственниц-сатанисток. Видимо, на Корфу было очень скучно, и все решили заняться хоть чем-то, да хоть оккультизмом.

Амфитеатров дурит читателя, смешивая реальность и вымысел, заставляя терзаться: столкнулись ли герои с настоящим сверхъестественным или это плод их сумасшествия? Роман о спиритизме, семейных проклятиях и древних культах. Концовка — мне зашла, очень логичная, что в таких случаях очень редко бывает.