Папа сообщил, что в сторону дома двигались десятки белых монстров. Это значило, что целая группа точно нас учует, и оставаться было нельзя. Бежали мы долго. Ноги стали отваливаться, и папе пришлось взять меня на руки. Я так устала, что даже смогла уснуть у него на плече, не обращая внимания на взволнованные переговоры родителей. Проспала я недолго, ровно до того момента, когда крик мамы и резкая остановка отца, разбудили меня.

Распахнув глаза, я огляделась и заметила группу людей. Они были как мы. В хорошей одежде и кожа розоватая. Было так здорово увидеть кого-то живого и неопасного, отчего во мне разгорелся восторг и интерес.

Я опустилась на землю и хотела заговорить с новенькими людьми, но отец завел меня себе за спину.

– Кто вы и откуда? – раздался грубый голос мужчины напротив отца, и я поежилась.

Ледяной, грубый голос и его внешний вид не сочетались. Мужчина был крепким, сильным и красивым. Карие глаза и короткие тёмные волосы очень ему шли. У него была щетина, как у папы и пистолет. Я видела такой на обложке одной книги.

– Просто выжившие. К нашему дому двигалась стая холодных, и мы бежали. Это моя жена и дочь. Ничего ценного у нас нет, – сообщил отец, а я продолжала изучать каждого собравшегося здесь.

Пять мужчин, у всех оружие и почему-то совсем недобрые взгляды. Я не понимала, почему они не рады нам и нахмурившись, наблюдала.

– Жена и дочь это хорошо, да, парни? – усмехнулся тот же мужик. – Мы давно не встречали новых тел.

Даже мне было понятно, что что-то не так. Они не были рады нам и злобно скалились, как собаки.

– Дайте нам уйти. Моя жена больна, а дочь мала. Не нужно, – папа был очень напряжен, и я подхватила его состояние. Мама обняла меня и чуть нагнувшись прошептала.

– Беги.

Я знала, что нужно делать то, что говорят. Это было нашим правилом. Никаких вопросов. Кивнув, хотела выполнить указание, но замерла.

– Нам сойдет. У больной есть рот на крайний случай, а малышка подрастет. Мы никуда не спешим, – усмехнулся кареглазый.

– Если хотите пригласить нас в гости, то без папы мы не пойдем, – заявила я, взглянув на говорящего.

– Прости, малышка, но мужики не в нашем вкусе.

– Черт, ты посмотри, какая красотка. А волосы? – раздался голос ещё одного с слева.

– Да, она превратится в настоящий бриллиант, – странно посмотрев на меня, кареглазый навел пистолет на отца.

Я знала для чего нужно оружие и поняла, что папу они хотят убить, а нас забрать. Во мне вспыхнул гнев.

– Беги, Адена! – крик мамы и попытка подтолкнуть меня в сторону, не вырвали меня из омута, куда я стала погружаться. Наоборот, подстегнуло желание защитить родителей.

– Нет! Они не убьют папу, – твердо сообщила матери и подняла руки в сторону вооружённых мужчин.

– Она душевник! – кто-то успел выкрикнуть и раскрыть мой секрет.

Но им никто не поделится. Это строго запрещено. Так, мама говорила. Поэтому я всегда носила линзы на глазах, чтобы никто не узнал тайну.

Из моих ладошек вырвалось красное сияние и понеслось в сторону мужчин. Они закричали и раздались выстрелы, но я не отвлекалась. Мне нужно родителей. Я должна. Мама говорила, что у меня чудесный дар и он должен спасать людей. Чем я и занялась.

Сил было немного, но мне удалось заставить сдаться двух мужчин. Они упали, а от их обожженных тел исходил дымок. Опустив руки, так как силы иссякли, ощутила укол в области живота. Из меня торчала какая-то маленькая, неизвестная штучка. Раздались новые выстрелы и я, пошатнувшись, подняла взгляд на кареглазого. Он опустил пистолет, из которого только-что убил одного из своих друзей, а второй, что был направлен на меня, держал наготове.

– Не только прекрасна, но и сильна, – он улыбнулся мне, а я пыталась проморгаться, так как глаза почему-то слипались. Ужасно захотелось спать. – Ты станешь моим маленьким секретом, Адена, – произнеся мое имя так, что я покрылась мурашками, направился в мою сторону.

Я повернулась к родителям, но не нашла их. Ужасно испугалась и заплетающимися ногами сделала шаг, но споткнулась и упала. Подняв голову, наткнулась взглядом на лицо мамы. Она смотрела прямо на меня, а из места, где был ее глаз, струилась кровь. Перевела взгляд на отца. Тот тоже лежал, но с закрытыми глазами. Спит? Я протянула к нему руку и потрясла за бок, но он не реагировал. Отняла руку и заметила, что она вся покрыта кровью. Нет… они же не умерли?! Я не знала, как должны умирать, но знала, что когда у тебя идет кровь это плохо.

– Мама. Папа, – позвала хоть кого-то из них.

Я еле фокусировала взгляд на родителях. По щекам побежали слезы. Они…

– Ты убила их, крошка. Целилась в моих парней, а погубила свою семью. Но ничего. Теперь я буду тебе ближе всех, кого ты знала, – его голос пробился сквозь шум в ушах.

Сердце забилось быстрее и успев осознать, что я наделала, взлетела в воздух. Я убила родителей…забыла, что моя сила возводит щит только вокруг меня. А они были беззащитны. Я виновата…

Мужчина закинул меня на плечо, когда я уже стала терять сознание. Все плыло, и слезы мешали разглядеть родителей, которые так и остались лежать на земле. Их больше не будет рядом…Мне стало так больно от этой мысли, но я уже падала в пропасть и полностью обмякла на плече кареглазого.

– Ты чудовище, крошка. Почти как и я. Мы точно поладим.

Последнее, что услышала. Я чудовище. Родители погибли из-за меня. Не смогла спасти их, мой дар не помог. Чудовище…

Я очнулась в какой-то комнате. Дверь была заперта. Синие стены, бежевый ковер. Кровать, стол, два кресла и диванчик. Заколоченное окно не дало возможности понять, что снаружи. Я провела много времени сидя на кровати и думая о том, что я чудовище. Не спасла маму и папу. Не послушалась команды бежать. Я все испортила. Мама говорила, что после смерти, люди отправляются на небеса. Значит, теперь они там. Интересно, им видно меня с такой высоты? Хотя я же в домике. Не видно. По щекам снова потекли слезы. Уже скучаю по ним. Мы больше не будем читать вместе, болтать. От осознания, что больше не увижу их, мне стало очень грустно.

В десять лет я не понимала, что такое смерть и чем она пахнет. Не понимала, что должна испытывать после случившегося. Мне просто было грустно. Живя взаперти с рождения, без телевизора и интернета, сверстников и вообще каких-либо людей, помимо родителей, мне было неизвестно, что я должна была испугаться трупов, кричать и реветь. Я просто видела, что у них шла кровь и они спали. Значит, ушли на небо. А вот где была я и что меня ждет, оставалось загадкой. Но ненадолго.

Гарет подождал ровно четыре года. До момента, когда я превращусь в более притягательную куклу из костлявого ребенка. Моя жизнь не изменилась. Только вместо родителей был он. Не всегда. Пару раз в день. Он просто садился в кресло и наблюдал за мной. Мне было плевать. Вся моя жизнь была в четырёх стенах, дело привычное. Никаких вопросов я не задавала, ничего не просила кроме карандашей или красок. Он всегда приносил. Даже игрушки дарил и одежду с книгами. Перед сном расчесывал мне волосы и делился своими ощущениями. Я сидела на его коленях, а он медленно расправлял колтуны, которые успевали образоваться за день. Все время говорил какие у меня потрясающее волосы. Черные, но вперемежку с красными прядями. Ужасно устала слышать его восхищения, но молчала. Мне почему-то не хотелось с ним говорить. Ни о чем.

К четырнадцати годам я изменилась. Превратилась в красавицу с намеком на округлые формы. Волосы отрасли до талии, в росте вытянулась и повзрослела. Благодаря книжкам, которые Гарет таскал мне, многое поняла и стала проявлять характер. Из малышки превратилась в подростка, который понимал, что находится в плену.

Узнала многое. Каким был мир до того вируса, люди, животные. Прочла много историй о любви. Были разные. От прекрасно-тошнотворных до жестоких и сносящих голову с плеч. Поняла, что в мире катастрофа, но я не обязана сидеть взаперти с Гаретом. Он хоть и стал моей единственной компанией, но я хотела большего. Увидеть мир, научиться сражаться с мутантами и просто жить. На свободе. По своему. Но каждый раз мое желание уйти доводило нас до скандала. Он не был готов расстаться с игрушкой, а я не хотела ей быть.

Мне пришлось рано повзрослеть. Хоть все мои познания и были взяты из книг и рассказов Гарета, но я многое знала. Достаточно, чтобы понять, для чего он явился в один из дней. Для чего стал раздеваться на ходу. Для чего смотрел на меня с хищным оскалом психа-маньяка. Для чего стал надвигаться.

– Время пришло, крошка. Я так долго ждал этого.

С этими словами, произнесенными шепотом, мой мир снова погрузился во тьму.

Он приходил часто. Настолько, что я перестала драть горло от бесполезного крика и сопротивляться. Спряталась во мраке своей души, которая сияла красным светом, но не могла обжечь. Гарет был одним из Пэков. Охотник, на таких, как я. Только вместо того чтобы сдать меня, он сохранил меня в секрете от своей организации и воспользовался их игрушками, которые не позволяли мне сжечь его дотла.

Воспоминания о тех моментах были такими яркими: его рука сжималась вокруг моих запястий так сильно, что я чувствовала боль даже сейчас. Он наклонялся ко мне ближе, его дыхание было горячим и резким.

– Ты должна научиться уважать меня, – часто произносил с угрозой в голосе.

Я помнила каждую деталь. Как его глаза сверкали в полумраке комнаты, как сердце колотилось в груди от страха, боли и унижения. В тот момент я поняла, это была власть. Власть над моим телом и душой. И я больше такого не допущу.

Даже когда я закрывала глаза и пыталась забыть тот ужас, образы возвращались снова и снова. Особенно по ночам.

Теперь эти воспоминания были частью меня – шрамами на душе, которые никогда не заживут полностью. Я знала: чтобы двигаться дальше, нужно было столкнуться с этим прошлым лицом к лицу. Но как можно победить призраков своего детства? Правильно. Сжечь.

– Теперь ясны мои мотивы, Джейн? – спокойно доев, попивала чай.

Лицо рыжика было красным и заплаканным. Она часто-часто закивала.

– Отлично. Когда придет время, я обращусь за твоей помощью. А пока подумай, – я поднялась из-за стола и заглянула ей в глаза. – Откуда мне черпать радость и где взять причину для улыбок и веселья?

Джейн вытерла слезы и кивнула.

– Сейчас? – тихо спросила меня, оглядевшись по сторонам.

– Сейчас. Время пришло.