Играя роли, мы вживаемся в них. Раскрепощая своё тело и душу, впускаем в себя новый образ. Новую линию поведения. Новое мышление. Но что, если эта роль нам до безумия нравится? Она желанна. Мы её хотим. И выходить из нового образа – нет сил. Противится сознание к возврату в былую реальность. Желая жить теперь по-другому. Желая быть теперь счастливым. А роль на то лишь нам дана, чтобы понять, как мы несчастны были. Несчастны были без неё. Всё это время жили, сами того не замечая, что вот она – другая жизнь. В которой можно быть счастливым.
Он меня схватил, поднял на руки и умудрился положить на заднее сидение машины. Не успела я вывернуться, чтобы выскользнуть, через другую дверь, как Максим сверху на меня навалился. Теперь я уже не рассчитывала на побег.
есил на меня ярлык, лишь взглянув. И теперь ждёшь от меня ту стандартную линию поведения, которая присуща именно той категории лиц, к которой ты же меня и причислил
к же я могла уйти, не познакомившись с тобой поближе? Ведь в тебе столько галантности и высоких манер. Я буду своим детям рассказывать о той чести, которую предоставила мне судьба, подарив минуты общения с таким джентльмен
– Ты про поцелуй? – краснея, уточнила она.
– Про него, а теперь представь, хоть на миг, что то, что я пережил за эти дни, живя рядом с тобой, в тысячи раз сильнее, чем-то возбуждение, что я испытал, целуя тебя тогда. И кто из нас теперь жертва?
Если родителям нужна помощь – помоги!
Если им нужно ласковое слово – скажи.
Это же родители! Они с годами становятся более беззащитными. И кто если не дети могут и должны их защищать от одиночества и забвения.