18

Дорогой автомобиль медленно заехал на стоянку и с достоинством замер на именной парковке.

Шейн с Норманом выбрались из салона, хлопнули дверцами и пошли к дверям.

На стене у входа в здание среди других вывесок красовалась надпись «Детективное агентство „Шейн&Норман“.

Сейчас хозяева агентства уже не обращали на вывеску никакого внимания, но когда-то они каждый день натирали ее тряпочкой.

Увидев знакомые лица, лифтер поклонился и, не замечая перепачканной болотной тиной одежды, нажал нужную кнопку.

Лифт стремительно взлетел на сорок восьмой этаж, и хозяева агентства очутились у себя в конторе.

– О! – воскликнул работавший по разводам Денинг и бросился к начальству. – Бак, Дик! Я намыл столько материала!

– Одну минуту, мы только приведем себя в порядок! – остановил его Норман.

– Да-да, конечно, – согласился Денинг, но его просто разрывало от обилия информации, и он зачастил, брызгая слюной: – Оказывается, Говард спит не только с медсестрой из «Роял хоспитал», как думала его жена, он обслуживает еще трех официанток из четвертого района. Встречи с двумя из них я уже записал на пленку!

– Да подожди ты, Денинг, дай нам прийти в себя.

Отвязавшись от Денинга, в коридоре приятели натолкнулись на Бланже. Увидев обоих боссов, тот так обрадовался, что прямо на ходу начал делать доклад:

– Короче, так – яхта Ван Гифта найдена на полицейской стоянке. Оказывается, ее никто не угонял, а просто смыло с якоря. Но я думаю, что свой гонорар мы урезать не будем, поскольку…

– Бланже, – перебил его Норман, – через пятнадцать минут. Хорошо?

– Ну, хорошо, – согласился тот и поднял руки, словно сдаваясь.

– Сэр, – обратилась к Шейну управляющая архивом Рози Пуфф, – вот тут у нас нашлись лишние экземпляры по делу Массачусетса. Оставить их или…

– Позже, Рози, позже…

Шейн и Норман наконец прорвались в свой кабинет, и Дик плотно прикрыл дверь.

– Уф, – сказал он. – А мне ведь еще к мадам ехать. Справишься тут один?

– Справлюсь, куда же деваться.

Последнее время Бакстер и Дик занимались только делами мадам Гутиерос, а всю текучку свалили на нанятый персонал. Для достойной жизни им вполне хватало контракта с Солейн Гутиерос, однако для прикрытия требовалось вести и другие дела, а их, как назло, становилось все больше.

Приходилось нанимать новых служащих, и теперь в «Шейн&Норман» работало более двадцати человек штатного состава, не говоря уж о временно привлеченных.

Пока Шейн лазил в холодильник за напитками, Дик принял душ, переоделся и позвонил своему агенту в «Народный Банк Хантера». Именно там лежали деньги Клауса Ландера, и человек Нормана обещал все выяснить.

– Так, так, понял, – говорил Дик, делая на бумаге необходимые пометки. – Сколько, ты говоришь? Многовато… А когда было последнее поступление? Спасибо, Радж, оплата как обычно. Пока…

Дик повернулся к Шейну и, приняв от него стакан со слабым пивом, сказал:

– Что ты думаешь о доходах рядового наемника, Бак?

– Обычно они довольно скромны. Тысяча – полторы в месяц. Но и это пропивается при первом удобном случае. Возвращаются наемники злыми и бедными и часто прислоняются к каким-нибудь бандитам. Таково мое авторитетное мнение.

– В таком случае наш Клаус Ландер исключение. На его счету лежит ни много ни мало триста шестьдесят две тысячи кредитов.

– Да, для рядового наемника многовато. Даже если бы он складывал грошик к грошику, и то привез бы не более пятидесяти – за все четыре года войны. Наверное, он все же получил деньги за уничтожение байкеров.

– Нет, Бак, деньги лежат давно. После возвращения домой он не получил ни одного кредита. Правда, можно предположить, что его нашли еще на войне и наняли заранее, но это чушь собачья. Как показывает жизнь, все происходит намного проще.

Допив пиво, Норман поднялся и, застегнув пиджак на все пуговицы, сказал:

– Ну, я поехал.

19

Довольно резкий запах морепродуктов, исходивший из цехов завода, напомнил Клаусу его детство, когда они с Роем приезжали к Кеннету-старшему, который тогда еще не был полновластным владельцем предприятия.

С тех пор завод заметно расширился. Вместо четырех цехов теперь стояло восемь, а у причалов швартовалось множество судов, доставлявших свежее сырье и загружающих готовую продукцию.

Оставив катер у пропахшей креветками пристани, Рой и Клаус прошли в здание управления. Здесь тоже многое изменилось, не в пример прошлым временам было довольно чисто и просторно.

– Так вот он какой стал, Клаус Ландер! – воскликнул Дэйв Кеннет, шагнув к гостю и стиснув его в крепких объятиях.

Следом за Кеннетом-старшим к Клаусу подошли двое незнакомых людей и тоже пожали ему руку.

– Это Джеральд Ливенгук и Шенон Бати. Они мои компаньоны, – представил Дэйв Кеннет своих партнеров по бизнесу. – Садись сюда, Клаус, в это кресло… А ты, шалопай, садись на жесткий стул возле двери, – добавил он, обращаясь к сыну.

– За что вы его так? – спросил Клаус.

– Парню двадцать четыре года, а его интересуют только танцульки и девки – больше ничего. Не знаю, кому я буду передавать свое дело, когда состарюсь. Учиться он не пошел, да я и не настаивал. Сам-то я никаких особых академий не заканчивал, но вот справляюсь же. Попросил катер купить – пожалуйста. Деньжат на развлечения – нет проблем. Думал, что он вместо учебы сразу займется наладкой промысла.

Кеннет-старший вздохнул и махнул рукой:

– Ну ладно, Клаус, перейдем сразу к делу. Как ты насчет того, чтобы найти себе подходящую работу?

Клаус улыбнулся.

– Я сказал что-то смешное?

– Нет, сэр, просто вы сегодня уже второй человек, который предлагает мне работу.

– Правда? И кто же этот первый?

– Зико Торичелли…

– Зико Торичелли?! – хором произнесли Кеннет-старший и его партнеры.

– Да, так он назвал себя, – сказал Клаус.

– Мне даже пришлось подождать, пока та шикарная лодка отойдет от причала, – подтвердил Рой.

– Да? Надеюсь, он тебя не видел? – забеспокоился Дэйв.

– Нет, я стоял очень далеко, так что никто не видел.

– Час от часу не легче, – вздохнул Кеннет-старший. – И какой же ты дал ему ответ?

– Я сказал, что пока искать работу у меня нет необходимости.

– А он?

– Он дал мне свою визитку и сказал, чтобы я звонил, если такая необходимость возникнет.

Партнеры переглянулись. Затем снова заговорил Кеннет-старший:

– Не советую тебе идти к Торичелли ни в коем случае, потому что, стоит только попасть к ним в организацию, уйти уже не удастся. Зико Торичелли один из главарей городской мафии. Они сделают тебя «капитаном» своей армии и пустят в дело. Их междоусобные войны никогда не прекращаются. К счастью, пока эти хищники не претендуют на пригороды. Хотя…

Тут Дэйв снова переглянулся с партнерами.

– К сожалению, мистер Ландер, ситуация меняется, – заговорил Шенон Бати. – Байкеры, которых вы перестреляли, были здесь сборщиками податей. Они работали на… – Бати невольно сделал паузу, будто боялся, что его услышат, – они работали на Солейн Гутиерос…

Все присутствующие посмотрели на Клауса, ожидая его реакции, но он только пожал плечами:

– Мне это имя ни о чем не говорит. Четыре года назад ни о какой Солейн Гутиерос ничего слышно не было.

– Это естественно, – сказал Дэйв, – тогда еще был жив ее муж, а он, слава богу, жадностью не отличался. А теперь мы все платим ей двадцать пять процентов от прибыли… И этот завод, можно сказать, на четверть ее.

– А что по этому поводу говорит полиция? Разве это не их обязанность – помогать вам?

– О, – Дэйв Кеннет покачал головой, – они, конечно, начнут что-то делать, но еще раньше у жалобщика появится масса проблем. Случалось, что таких находили в канале. И все это делал Курц со своей бандой.

– Но теперь их нет.

– Увы, Клаус. – Кеннет-старший поднялся со своего места и, достав из холодильника стойку с напитками, поставил ее на стол. – Угощайся, здесь все самое лучшее. Увы, друг мой, таких банд у мадам Гутиерос пара десятков, и ее люди просеивают разные злачные места, вербуя новых солдат. А полиция дает им разрешение на ношение оружия. Вот так-то…

Дэйв тяжело опустился в свое кресло и замолчал. Молчал и Клаус. Все происходящее тут напоминало ему последнее повторение задачи перед боем. Воспоминание о войне вызвало у него самые неприятные ощущения. Он приехал домой, и ему хотелось забыть все.

– Ты понимаешь, к чему я клоню, Клаус? – наконец спросил Дэйв Кеннет.

– Нет, сэр, – вяло отозвался Клаус.

– Я хочу, чтобы ты возглавил нашу службу безопасности. Если ты уничтожишь еще пару банд, Солейн придется с нами считаться.

– Мне надоела война, сэр. Она у меня вот где сидит. – Глядя на партнеров злыми глазами, Клаус провел ладонью по горлу. – Я хочу быть от нее подальше… Пожалуй, мне пора домой, я делаю ремонт…

– Я не требую от тебя никаких сиюминутных решений, Клаус, но одно могу сказать тебе точно: Солейн Гутиерос таких вещей не прощает. Она тобой займется, и займется серьезно. Даже если ты ни при чем, уничтожить тебя – для нее, так сказать, вопрос чести…