Глава каравана покрикивал на рабочих. Нас тоже припахали, и, если для меня нести пару баулов было легко, то Ола, бедненький, чуть ли не помирал от ноши. Пот градом катился по его лбу. Парень пытался сдуть его, разбрызгивая мелкие бисеринки по сторонам.
– Ал, ты у меня еще слезами умоешься. – прошипел сын старосты.
– Ты отнеси еще пару мешков, и слез от смеха будет столько, что я весь помыться смогу. – с ухмылкой прокомментировал его угрозу.
Мага заставляют работать – это даже весело. Денек был освежающий. Мужики впряглись в телеги. Кстати, я тут вообще лошадей не видел. Видимо, их не приручили за ненадобностью. Смысл, если есть усилители?
В итоге, два дня из двухнедельного путешествия прошли весело. Правда, Ола каждый вечер удивлял желающих, как он прекрасно управляет огнем. И правда замечательно. Чего не отнять, так это таланта. А может все маги так умеют?
Сегодняшний вечер не отличался от предыдущих, разве что сын старосты сколотил банду из трех усилителей и проповедовал им что-то. Достал он меня в последнее время, прицепился как клещ, сколько можно уже?
Отправляясь помыть за собой посуду к ручью, ощутил присутствие – четверо.
– Ал, – раздался голос сына старосты из темноты, – Я же говорил, что ты слезами умоешься. У тебя есть только один шанс, упасть на колени и просить меня тебя не калечить. НА КОЛЕНИ, СМЕРД!
Часто в книгах герои побеждают толпу противников не особо напрягаясь – десяток врагов на один зубок. По-настоящему даже двое могут доставить много проблем опытному бойцу, а трое неумех имеют неплохой шанс победить. Да и тактик из меня не ахти, я – стратег. Мне не требуется выигрывать битвы – главное победить в войне. Здесь и сейчас я решил – нужно наказать сук, что нападают вчетвером на одного.
Отбросив в сторону деревянную миску и ложку, я развернулся и дал деру. Такая толпа мне не по зубам – кулачным бойцом я никогда не был, но и они сельские парни. Поэтому пришло время вспомнить заветы Спартака.
– Трус! – заверещал убогий. – Вернись! Быстро! – и добавил зло. – За ним, придурки!
Ой как меня подмывало спросить: «Придурки, потому что при дураке?». Но нужна дыхалка. Я ланью несся по пролеску. Бег по пересеченной местности сильно отличается от него же по утоптанной дороге. А здесь еще и темно – есть шанс споткнуться и сломать себе чего-нибудь, но я поставил на этот рывок все. Не смогу оторваться, шансов совсем не останется.
Ощущение тела на полную. Кто где? Удалось! Противники растянулись цепочкой, маг огня что-то орет, не двигаясь с места, недалеко от него толстяк, меня догоняет худосочный, а за ним белобрысый парень, среднего телосложения. Пора!
– Стой, тварь. – кричит худенький.
Ох и зря он так, только дыхалку собьет.
Прыгнув вперед на какой-то поваленный ствол, загасил инерцию, присев. И сразу оттолкнулся ногами посильнее: словно супермен полетел в первого преследователя – вес, помноженный на квадрат скорости, снес неумеху, как легкий манекен.
– Ах ты, чернь! – крикнул блондин, прыгнув на меня с вытянутой вперед ногой.
Скользнув влево, помог ему продолжить движение ударом стопы по, простите дамы, попе. Парень пробежал немного по инерции и уперся ладонями в ствол того дерева, от которого только что я оттолкнулся. Не теряя возможности, оказался рядом и сбил его на землю ударом по ногам.
– Сука! – выплюнул он.
Подошву на ладонь – хруст, и с размаху, пыром, по руке.
– А-а-а-а! – прокричал блондин.
Раздался жуткий треск, нет, не локоть, кость – значит срастется. Прыгнул к первому, чтобы повторить процедуру. Еще один страшный крик разнесся по округе. Худой вырубился, наверняка болевой шок.
– Да кто ты такой? – третий усилитель наконец добрался до меня.
Поиграем в футбол, широкий шаг-прыжок влево, вправо, снова влево – я за спиной горе-противника, а теперь бежим к главной проблеме.
– Тебя казнят! – заверещал трехбуквенный, пытаясь наколдовать что-то.
Марево так и струится вокруг.
Когда осталось около трех метров, перешел с бега на быстрый шаг, ладонь лодочкой и со всей дури по уху. Ошеломленный противник грохнулся мешком. О, я с армии еще помню это чувство: не понимаешь, где низ, где верх, тело ватное, в голове шум. Я же поднял мага за шиворот, заставив принять вертикальное положение.
– Все нормально, ты можешь стоять, ты справишься, – начал спокойно приговаривать. – Ты сильный, не падай.
Удар в солнечное сплетение бросил парня передо мной на колени, глаза выпучены, силится вздохнуть. Прекрасный учебный вариант. И следов не останется, и урок пойдет впрок.
– Еще раз подобное повторится, – взяв за волосы, прошептал ему в лицо. – Результат тебе не понравится.
Немного дернув за скальп, завалил сына старосты на спину и повернулся к полному. Эта акция должна быть образцово-показательной казнью. Лучше сейчас проявить твердость и огрести от караванщика, чем всю оставшуюся дорогу отбиваться от дебилов.
– Ну а теперь твоя очередь. – улыбка на моем лице списана с икон нашего мира: доброта и всепрощение так и светятся.
– Нет! Не подходи ко мне… Тварь, ты тварь… Тебя казнят за нападение на будущих учеников. – начал причитать парень, пока я к нему неспешно приближался.
Значит, меня казнят, а их бы по головке погладили? Странная логика. Нужно заканчивать, а то скоро набегут. Однако моральное давление никто не отменял – очень хочется, чтобы парень смирился со своей участью.
Когда я служил, нас не обучали рукопашке или типа того. Зато, избивать нас старшие учили хорошо. На своей шкуре я чего только ни испытал, а потом эту науку передавал дальше, как и многие до меня.
Не придумав ничего умнее, третий преследователь развернулся. Ну, а я только этого и ждал: рывок, удар-зацеп по задней ноге, парень пропахал носом землю. Хруст ладони под сапогом, испуганный крик, переходящий в жуткий взвизг боли. Ох и накрутил он себя, сразу вырубился. Даже обмочился, по-моему.
– Что здесь происходит? – зычный крик главы каравана разнесся над поляной.
А я че? Я ничё. Стою, никого не трогаю. Для полноты картины не хватает, чтобы я начал насвистывать и водить носком правой ноги перед собой.
Кстати, Ола куда-то делся. Вот ведь угорь! Набежали люди, охрана, все смотрят на меня. Да плевать. Как было в том фильме: «Недостаточно победить в одной драке, нужно победить во всех сразу.»
– Ты, – зло выцедил глава каравана ко мне. – В мою палатку. Этих убогих – к лекарю. Да быстрее, пока не покинули эту землю.
Куда они собрались? От сломанных рук не помирают. Накручивает меня, наверное.
Дойдя до шатра, караванщик оттянул полу и пропустил меня вперед. Внутри было очень скромно. Даже аскетично. Небольшой столик слева, в дальнем углу скручены спальные принадлежности, а по центру циновка, на которой мужчина тут же и расположился, указав присесть напротив. Выполнив просьбу, посмотрел прямо на собеседника.
В меня же вперились два сверла, по ошибке названные глазами. Нас, невидимой вуалью, окружило безмолвие. Скорее всего это было моральное давление, но на мне такой финт не сработает.
– Ты будешь наказан. – начал кряжистый и замолчал.
Он ждал ответной реакции? Ее не будет. Не поведусь на подобное. В переговорах лучше не поддаваться на провокации. Прошло некоторое время – я молча смотрел ему в глаза.
– За избиение учеников академии тебя положено казнить. – снова пытался донести до меня свою мысль глава спокойным тоном.
– Казните. – пожал плечами в ответ.
Основа переговоров: не дать оппоненту хоть каких-то козырей. Лучше сразу выбить у него землю из-под ног, убрав главный аргумент. Конечно, не хотелось использовать навыки общения из другого мира, но чего уж теперь. С другой стороны, будет лучше если меня одного накажут?
– Пойдем, – встал хозяин палатки. – Сейчас и приведем в исполнение приговор.
Я поднялся и пошел за мужиком, мы двигались в конец лагеря, где рубили дрова для ночлега. Как говорят, блефуешь, блефуй до конца. Вот только… он не может никого потерять. Мы – деньги. По сути, он даже использовать нас не может – таскать грузы и все остальное, но, как в той пословице: «все пошли, и я пошел».
– Клади голову на колоду, – хмуро выдал караванщик, словно принимал сложное решение. – Я сам все сделаю.
Я же хмыкнул – мысленно – и спокойно выполнил просьбу. Сжаться, чтобы показать страх? Не стоит. Пусть видит, что я не боюсь. Посмотрим, кто кого переиграет в этой ситуации.
– Просить оставить тебя в живых не будешь? – с интересом уточнил палач.
– А зачем? – удивился в ответ.
Ясно же, что оставит. Острастки нагонит и сдаст назад. Максимум, что мне грозит: не зачислят. Однако и тут у меня есть сомнения. Наверняка схема отработана. Ни за что не поверю, что подобные случаи редкость.
– Ты сейчас умрешь, если что. – с нажимом выдал кряжистый.
– Тогда разрешите просьбу? – обреченно проговорил я.
– Конечно. – с участием выдал караванщик.
– Не тяните, пожалуйста. – положил голову поудобнее на деревянный пень.
Разобьем его аргументы в пух и прах. Не стоило качать тему про казнь. Я понимаю, что требуется провести работу с личным составом. И что? Я что ли первый напал?
Между тем, глаза мужика полезли на лоб, и он … расхохотался.
– А ты мне нравишься! – сдал игру мой несостоявшийся палач. – Слушай, а давай я не буду тебя казнить, а просто накажу как-нибудь.
– Нет, тогда лучше сразу голову рубите. – оголил шею больше.
– Ты совсем не боишься смерти? – караванщик закинул топор на плечо и подбоченился.
– Боюсь. – пришлось сесть, чтобы ответить. – Однако дело не в смерти. Я ни в чем не виноват. Меня не за что ни наказывать, ни, тем более, казнить.
Эх, еще бы встать. Я выше ростом и могу занять доминирующее положение в разговоре. Ну ничего, выдастся возможность, я воспользуюсь. Пока же нужно следить за словами и верно вести диалог.
– Ты избил четырех учеников. – твердо заявил мужик. – Считаешь, что выйдешь сухим из воды?
Быстро статусы поменялись. Вот уже не убил, а покалечил. Если так дело пойдет, то мне медаль скоро дадут за это. Ладно. Ха-ха в сторону. Работаем.
– Прошу Вас обратить внимание, – начал учтиво. – Что я защищался. Также, если Вы меня накажете, а истинные преступники будут отлеживать бока в лазарете, найдутся еще охочие показать молодецкую удаль, и на лекарей упадет дополнительная нагрузка. Вы этого хотите?
О проекте
О подписке
Другие проекты