Я часто склонен ощущать одиночество, особенно если целый день пишу. Не знаю, почему так происходит, но полагаю, что в этом виноваты особенности устройства моих нейронных групп, отвечающих за социальные связи. Возможно, другие писатели не испытывают подобных ощущений, но мне от этого не легче. И если я знаю, что обычно испытываю дискомфорт от одиночества, после продолжительной работы днем должен заранее запланировать на вечер какие-то мероприятия с друзьями. Но здесь меня тоже поджидает проблема. Планирование обычно оборачивается для меня стрессом. Возможно, это особенности работы тех нейронных цепей в моем мозге, которые отвечают за составление планов. Многие получают удовольствие от планирования своего отдыха, но только не я. Так что в моем случае эти особенности деятельности нейронной сети могут направить настроение по нисходящей спирали. Одиночество доставляет мне дискомфорт, который можно было бы смягчить правильным планированием досуга. Но планирование само по себе стресс для меня, что также вызывает ощущение дискомфорта. И чем это ощущение острее, тем труднее становится составление каких-то жизненных планов. Получается, что сбои в работе этих двух нейронных цепей накладываются друг на друга и разрастаются, словно снежный ком. Постепенно они могут выйти из-под контроля и, как те самые микрофон и динамик, начать «фонить».
Зная об особенностях своей нервной системы, я начал писать в кафе, вместо того чтобы оставаться в одиночестве дома. Я стал встречаться с друзьями за обедом, совершать вечерние пробежки и делать еще массу мелких дел, которые могли бы переменить мою жизнь к лучшему. Вскоре я почувствовал значительное