Цитаты из книги «Соль и Грезы»

– Сара, никто и ничто не отнимет у меня то, что казалось потерянным навсегда, – в голосе прозвучали настолько сильные эмоции, будто Люций угрожал всему миру.

Мы целовались, пока губы не опухли. Поначалу нежные и глубокие поцелуи превратились в страстные и безумные, будто мы были не в силах напиться друг другом. А после, когда первая жажда была утолена, касания вновь наполнилось трепетом. Не знаю, сколько прошло времени. Я совсем потеряла счёт. В какой-то момент Моран приподнялся и сел, одновременно пересаживая меня к себе на колени, и всё это время продолжая целовать скулы и шею. Прохладные пальцы коснулись ворота мантии. Я замерла, схватив его за запястье. – Не беспокойся, я не зайду дальше дозволенного… Хочу лишь немного посмотреть, – прошептал с интимной хрипотцой Моран и поцеловал меня под самым ухом. – Так много лет ждал, а в итоге оказался крайне жадным. Глубоко и с упоением вдохнув, будто набираясь смелости, я отпустила его руку. Чем вызвала ещё одну обворожительную улыбку на его губах. Уже то, как действовали его руки, было преступно искусно. Порой мне казалось, что Моран касался меня сразу везде. Он слегка ослабил пояс мантии и приспустил её с плеч. Та же участь постигла тунику. Ворот был на завязках – у самого горла они по кривой спускались ниже. Одна за другой несколько оказались развязаны. Прохладный воздух коснулся ключиц. Люций остановился лишь тогда, когда плечи оказались обнажены и показался край белья, стягивающего грудь. Светло-серые глаза прикипели к ключице, которая поднималась и опускалась при каждом вдохе. Его взгляд стал неожиданно глубоким и задумчивым. Он поднял руку и трепетно коснулся кончиками пальцев, проводя по контуру ключицы. – У тебя было пять звёзд из сока морозии. И даже следа не осталось, – прошептал он. – Может, я сделаю новые, – отозвалась я, лишь бы хоть как-то отвлечься от опаляющего сознание смущения и понимая, что происходящее нравится мне гораздо больше, чем ожидала. «Я могла бы продолжить…» – родилась неожиданная мысль, пока по телу расходилась лёгкая дрожь от мимолётных прикосновений. Пальцы Люция привлекали моё внимание – это даже казалось нездоровым. Они мне нравились. То, как они смотрелись на моей коже. – Если только действительно хочешь, – прошептал Люций, наклоняясь и целуя обнажённое плечо. – В угоду правилам… не надо. – И новый поцелуй. Мне всё тяжелее было усидеть на месте. Кровь вскипала в жилах. И после очередной попытки как-то это погасить, я вновь попыталась сесть немного иначе. – Сара, прекрати ерзать. Ты делаешь только хуже, – Люций тягостно вдохнул, уткнувшись лбом в моё плечо. Его уши, выделявшиеся среди свесившихся волос, отдавали лёгкой розовизной. Его дыхание было частым и сбивчивым. Впрочем, как и моё. – О чём ты? – едва нашла силы спросить я. Люций приподнял голову. Его губы исказила горестная улыбка. Он вновь вздохнул, а в следующую секунду стал с завораживающей медлительностью возвращать одежду на место – завязывая верёвочки туники одну за другой. – Нам пора прекратить. А то это всё больше напоминает муку, – хрипло, пересохшим голосом произнёс Люций. – Я уже совсем не уверен, что не перешагну черту.

Сара, последний шанс оттолкнуть меня. Сказать, что всё ещё не готова вновь пустить меня в своё сердце. Ведь иначе я больше не отступлю, – его шёпот пробежал мурашками по коже. Были ли у меня сомнения? Ни единого. Страх потерять контроль? Да, немного. Но пора было отказаться и от этого. – Люций Моран, – начала я с лицом, пылающим от того, что собиралась сказать, и осторожно провела руками по его шее. – Если бы я была против, ты бы уже узнал об этом. В моих словах не было угрозы – лишь полная уверенность. Он замер на мгновение, его горящий взгляд впился в меня, будто ища последний след неуверенности. Не найдя, он издал низкий, сдавленный звук – нечто среднее между стоном и рычанием – и его губы вновь нашли мои. Всё тело пылало, а руки переместились на спину Люция, вцепившись так, будто он мог в любой момент исчезнуть. Сердце стучало так неистово, что казалось, вот-вот остановится, не выдержав. Свет от кристаллов в потолке затрепетал. Рука Морана коснулась колена, потом скользнула вверх, забравшись под мантию, легла на бедро и начала поглаживать. Поцелуй так поглотил меня, что я далеко не сразу это заметила. Надавив на плечи Люция, заставила его слегка отстраниться. – Что это? – прошептала я, чувствуя уже горячие поцелуи на моей шее. – Не обращай внимания. Святилище лишь решило, что мы проводим ритуал… – сказал Люций таким тоном, будто говорил о сущей нелепице. Пепельные волосы Морана щекотали мои пылающие щеки. – Ритуал? – переспросила я, пытаясь не потерять связность мыслей, которые то и дело норовили рассыпаться на сотни крупиц. А учитывая происходящее, это удавалось с трудом. – Ритуал вхождения в род, Сара, – хрипло прошептал Люций, вновь отстраняясь и нависая надо мной. Светлые глаза слегка потемнели – в них плескалось желание. – Что для этого требуется? Мне показалось, или огонь возбуждения в глазах Морана резко вспыхнул, как потревоженный костёр, выпускающий в небо сноп ярких искр, а потом стал немного спокойнее. Мои щёки, кончики губ, подбородок и даже веки он начал осыпать мимолётными, нежными поцелуями. – После, Сара. После я всё расскажу. – Почему не сейчас? – прошептала я, будто тая под этими касаниями. – Пока… рано… – прерывисто ответил Люций. – Я не хочу… – прикосновение к губам, и поначалу трепетное поглаживание бедра сменилось настойчивым и слегка сдвинулось к внутренней части. Отчего внизу живота происходило что-то странное. Мой мозг окончательно превращался в желе. – …чтобы ты смутилась и вновь убежала от меня, – наконец договорил Люций.

– Подрался бы из-за меня? – выпалила я, прежде чем осмыслила столь дурацкий вопрос. – Конечно, – похоже, Люцию он таким не показался. – Особенно если бы это могло что-то изменить.

мой желудок способен переваривать пищу только рядом с Сарой.

– Оплошности? Не называй это так. – Тогда как мне это назвать? Люций усмехнулся так, будто ответ был очевиден и лишь я его не понимала. – Сара, это зовётся заботой.