Мы целовались, пока губы не опухли. Поначалу нежные и глубокие поцелуи превратились в страстные и безумные, будто мы были не в силах напиться друг другом. А после, когда первая жажда была утолена, касания вновь наполнилось трепетом.
Не знаю, сколько прошло времени. Я совсем потеряла счёт. В какой-то момент Моран приподнялся и сел, одновременно пересаживая меня к себе на колени, и всё это время продолжая целовать скулы и шею.
Прохладные пальцы коснулись ворота мантии.
Я замерла, схватив его за запястье.
– Не беспокойся, я не зайду дальше дозволенного… Хочу лишь немного посмотреть, – прошептал с интимной хрипотцой Моран и поцеловал меня под самым ухом. – Так много лет ждал, а в итоге оказался крайне жадным.
Глубоко и с упоением вдохнув, будто набираясь смелости, я отпустила его руку. Чем вызвала ещё одну обворожительную улыбку на его губах.
Уже то, как действовали его руки, было преступно искусно. Порой мне казалось, что Моран касался меня сразу везде.
Он слегка ослабил пояс мантии и приспустил её с плеч. Та же участь постигла тунику. Ворот был на завязках – у самого горла они по кривой спускались ниже. Одна за другой несколько оказались развязаны.
Прохладный воздух коснулся ключиц.
Люций остановился лишь тогда, когда плечи оказались обнажены и показался край белья, стягивающего грудь.
Светло-серые глаза прикипели к ключице, которая поднималась и опускалась при каждом вдохе. Его взгляд стал неожиданно глубоким и задумчивым. Он поднял руку и трепетно коснулся кончиками пальцев, проводя по контуру ключицы.
– У тебя было пять звёзд из сока морозии. И даже следа не осталось, – прошептал он.
– Может, я сделаю новые, – отозвалась я, лишь бы хоть как-то отвлечься от опаляющего сознание смущения и понимая, что происходящее нравится мне гораздо больше, чем ожидала.
«Я могла бы продолжить…» – родилась неожиданная мысль, пока по телу расходилась лёгкая дрожь от мимолётных прикосновений. Пальцы Люция привлекали моё внимание – это даже казалось нездоровым. Они мне нравились. То, как они смотрелись на моей коже.
– Если только действительно хочешь, – прошептал Люций, наклоняясь и целуя обнажённое плечо. – В угоду правилам… не надо. – И новый поцелуй.
Мне всё тяжелее было усидеть на месте. Кровь вскипала в жилах.
И после очередной попытки как-то это погасить, я вновь попыталась сесть немного иначе.
– Сара, прекрати ерзать. Ты делаешь только хуже, – Люций тягостно вдохнул, уткнувшись лбом в моё плечо. Его уши, выделявшиеся среди свесившихся волос, отдавали лёгкой розовизной. Его дыхание было частым и сбивчивым. Впрочем, как и моё.
– О чём ты? – едва нашла силы спросить я.
Люций приподнял голову. Его губы исказила горестная улыбка. Он вновь вздохнул, а в следующую секунду стал с завораживающей медлительностью возвращать одежду на место – завязывая верёвочки туники одну за другой.
– Нам пора прекратить. А то это всё больше напоминает муку, – хрипло, пересохшим голосом произнёс Люций. – Я уже совсем не уверен, что не перешагну черту.