Глава 4

Родителям я, разумеется, не стал рассказывать эту дикую историю во всех красках. Когда же они поинтересовались, как прошло собеседование, я небрежно бросил, что передумал работать в продажах, понял, что это не моё. Они, конечно, немного поворчали, ведь всегда считали, что мой язык без костей и в торговле меня точно ждет успех, если с медициной не сложится.

Мать, казалось, окончательно забыла про нашу недавнюю размолвку и теперь радовалась, видя, что сын пытается встать на ноги. Она даже несколько раз заговорила со мной напрямую, а не через отца. Отец, освободившись от роли ретранслятора, тоже был несказанно рад, что я взялся за ум, пусть и не совсем так, как они с матерью себе представляли.

Я решил создать резюме на портале по поиску работы, чтобы больше не палится в торговом центре.

Пришлось прибегнуть к небольшой художественной вольности, приукрасить действительность, так сказать. В графе "опыт" я превратился в полиглота, с детства постигавшего тонкости английской речи, и водителя-аса, виртуозно управляющего любым транспортным средством. Ну, и конечно же, скромно добавил, что являюсь незаменимым мастером на все руки, без чьего участия не обходится ни один ремонт в доме. Об образовании: указал "незаконченное высшее", упомянув о своем раннем поступлении экстерном в шестнадцать лет. Мог бы и раньше, конечно, но не хотел травмировать психику одноклассников своим опережающим развитием.

Пару дней спустя меня пригласили на онлайн-собеседование в службу поддержки мобильного оператора. Вакансия предполагала работу через веб-чат, и такой формат поиска работы был для меня в новинку. Любопытство взяло верх, и я решил испытать судьбу.

В назначенное время в чате появилась Анастасия, менеджер по подбору персонала. Она вежливо напомнила о необходимости веб-камеры и микрофона для онлайн-встречи, а также попросила обеспечить тишину во время разговора. Согласившись на интервью, я уселся за стол, настроил веб-камеру, плотно задернул шторы, водрузил на голову шапку, надел темные очки и, предвкушая сюрприз, перешел по ссылке-приглашению.

На экране монитора возникла минималистичная обстановка офиса. В кресле сидела женщина лет тридцати пяти – сорока, с короткой стрижкой «под мальчика», крашенная в иссиня-черный цвет. На ней была надета светло-серая блузка и строгий черный пиджак. Что скрывалось ниже линии стола, оставалось загадкой, но я внутренне усмехнулся, представив, что она так же, как и я, сидит за столом в одних трусах.

Едва ее взгляд коснулся моего облика, на губах промелькнула невольная улыбка, но самообладание не покинуло ее. Она отбросила мимолетное изумление и, как истинный профессионал, приступила к интервью.

– Добрый день! Спасибо, что обратились в нашу компанию. Меня зовут Анастасия, я буду проводить это интервью.

– Здравствуйте, – пробормотал я. – Не уверен… не уверен, что это безопасно.

– Простите? – переспросила Анастасия, в ее голосе прозвучало искреннее удивление. Казалось, она решила, что ослышалась.

– Этот… этот канал… Он зашифрован? – выпалил я, вперившись в объектив камеры, словно пытаясь разглядеть в нем подвох. – Кто еще может видеть нас?

Анастасия на мгновение смутилась, взгляд ее метнулся в сторону, но она быстро взяла себя в руки и продолжила, словно заученный текст:

– Всё защищено передовыми протоколами шифрования. Ваши данные в полной безопасности. Уверяю вас, никто за нами не подсматривает и не подслушивает.

– То есть, вы хотите сказать, что не шпионите за своими сотрудниками? – спросил я, нервно оглядываясь по сторонам, словно ожидая увидеть чьи-то глаза, сверлящие меня сквозь стены.

– Нет, у нас нет такой практики. Ваши переписки с клиентами будут сохраняться в истории чатов. Это необходимо для оценки вашей работы, – отчеканила она, в ее голосе звучала ледяная отстраненность.

– Хорошо… Но… Но как я могу быть уверен, что это действительно вы? Что передо мной не искусная имитация?

Ее взгляд стал изучающим, будто она рассматривала под микроскопом диковинный экземпляр. Несколько секунд она молча переваривала услышанное.

– Простите, вы о чем? Что значит, не уверены, что это я? Вы сомневаетесь в моей подлинности?

– Вдруг вас не существует? – прошептал я, снова приближаясь к камере. – Что, если вы – иллюзия? Компьютерная симуляция, а не живой человек!? И вообще, может, нет никакой службы поддержки клиентов, и вы просто хотите меня чипировать? Как я могу быть уверен, что вы – это вы!?

– Могу предоставить вам ссылку на наш корпоративный сайт и мою страницу сотрудника, – ответила она невозмутимо, словно предлагала чашку чая.

– Но это же тоже может быть подставой! – вскрикнул я, обхватив себя руками. – Вдруг вы создали фальшивый сайт, и… и эта ваша страница… Она ничего не доказывает! Это всего лишь иллюзия правды!

Я вскочил со стула и, шарахнувшись вглубь комнаты, забился в темный угол. Анастасия, и без того едва различавшая меня в полумраке, теперь окончательно потеряла меня из виду.

– Простите, вы где? – спросила она вежливым, но уже слегка усталым тоном.

Она подождала меня еще секунд тридцать и отключилась. Чат, в котором мы общались, вскоре исчез, а мой аккаунт оказался в черном списке. У меня сложилось стойкое ощущение, что ей не впервой сталкиваться с подобным поведением соискателей, и ее выдержке и профессионализму можно было только позавидовать.

Следующие несколько дней я провёл, рассматривая различные вакансии, отправляя отклики на них, а также посетил ещё несколько собеседований, которые, как и было запланировано, я завалил с диким треском. Мне даже начало нравиться это делать. Если бы можно было получать деньги за умение выводить людей из себя, то я бы разбогател.

Большинство собеседований, на которые я приходил, были довольно банальными: раздача листовок либо работа в очередных ресторанах быстрого питания, где я просто прикидывался дурачком. Но несколько мест показались довольно интересными.

Продуктовый склад, с которого мне прислали приглашение, находился на другом конце города. Полтора часа в пробке, в час пик, превратились в пытку: пот лился ручьями, а в объятиях двух дородных дачниц, благоухающих чесноком, моё настроение рухнуло в бездну отчаяния. Естественно, захотелось как-то вынырнуть из этой пропасти.

Начальник склада, встретивший меня на входе, был из той породы людей, которые постоянно суют свой нос в чужие дела. Коренастый, с круглой фигурой и маленькими прищуренными глазками, он ходил, широко расставив ноги, как будто ему что-то мешает. Едва увидев меня, он тут же стал выспрашивать, где я учусь, есть ли у меня девушка и кем я хочу стать через несколько лет. Узнав ответы на все интересующие его вопросы, он повел меня на экскурсию по складу, попутно раздавая поручения и покрикивая на нерадивых сотрудников.

Его энтузиазм в отношении меня быстро улетучился после того, как я несколько раз, якобы случайно, чуть не врезался в стеллажи, мимо которых мы проходили. Затем я чуть было не попал под колеса погрузчика, засмотревшись, как я ему сам сказал, на занимательную архитектуру склада. Ну и напоследок на моем пути неожиданно возникла тележка, груженная дорогим алкоголем, и я, врезавшись в неё, почти довёл бедного мужчину до инфаркта.

После пережитого стресса он быстро поставил жирный крест на моей карьере складского работника и даже приставил ко мне своего помощника, дабы он вывел меня со склада за ворота без всяких происшествий. Не очень молодой и очень тощий мужчина, с такими впалыми щеками, что можно было в них что-нибудь спрятать, с честью выполнил эту задачу.

Покинув территорию склада, я решил прогуляться до следующего места назначения: завода по производству светильников. Благо, находился он недалеко, по крайней мере, судя по карте. Правда, оказавшись на реальной местности, я понял, что недооценил это расстояние.

Спустя полчаса хождения по заброшенному локомотивному депо, у меня пропало желание идти на этот завод, и я позвонил девушке из отдела кадров, с которой мы разговаривали ранее, чтобы сообщить о своём якобы топографическом кретинизме. Она внимательно выслушала мои описания местности и со всей ответственностью заявила, что понятия не имеет, где я нахожусь. Когда я, почти рыдая, попросил её вызвать мне на помощь спасателей, она, видимо, что-то заподозрила и бросила трубку.

Насладившись успехом, я пошёл к ближайшей остановке общественного транспорта, которую я предусмотрительно вычислил на карте в телефоне. Когда я уже был на полпути к месту назначения, со стороны полуразрушенного здания, возвышающегося неподалеку, послышался громкий собачий лай, явно приближавшийся в мою сторону. Увидев множество источников этого шума, я побежал с таким ускорением, что не заметил мерзко пахнущую кучу собачьего дерьма, на которой я благополучно поскользнулся и измазал штанину.

Размышляя на бегу о том, какая реакция будет у моей матери, когда я принесу в стирку эти штаны, я почти успел взобраться на спасительный забор, но самая проворная и, судя по всему, агрессивная собака все-таки успела прокусить мне вторую, не измазанную штанину. Хуже всего было то, что прокусила она её вместе с ногой.

Не горя желанием заболеть бешенством, я, как только оказался дома (пришлось вызывать такси, предварительно вытерев собачьи отходы листьями), позвонил в травмпункт и спросил, можно ли будет провериться. Там мне порекомендовали найти собаку, совершившую на меня нападение, и привезти её к ним, чтобы они смогли сделать анализы. На мое возмущение, в связи с невозможностью сделать это, мне предложили серию из шести уколов, с небольшими интервалами, продолжительностью три месяца. Я вежливо отказался от данного предложения.

После этого инцидента я решил сделать небольшой перерыв в поисках работы. Слишком много нервов, слишком мало радости. В голове уже роились тревожные мысли о тупике, о моменте, когда все доступные варианты будут исчерпаны, а результата так и не появится. Тогда уж точно не избежать пытливых взглядов и расспросов родителей.

Но, к счастью, мои отношения с матерью постепенно возвращались в прежнее русло. Мы даже начали обсуждать темы, далекие от злополучной работы. Как-то раз ей вдруг стало интересно мое мнение о том, какая женская одежда наиболее привлекательна для мужчин. На мой закономерный вопрос, почему она интересуется этим у меня, а не у отца, мать ответила, что решила обновить свой гардероб, следуя современным тенденциям. Дескать, у отца вкус старомодный, да и вообще, по его словам, на других женщин он не смотрит.

Я посоветовал ей полистать модные журналы, в шутку добавив, что если она оденется в соответствии с моими вкусами, то её того и гляди уведет кто-нибудь из моих бывших одноклассников. Мать смущенно улыбнулась и поблагодарила за комплимент, а отец, поддакнув моим опасениям, украдкой подмигнул мне.

В тот же вечер, практически перед сном, на почту пришло письмо с приглашением на собеседование. Сначала рука потянулась отправить его прямиком в корзину, но взгляд зацепился за название компании – "Ням-Ням Экспресс". Что-то в этой нарочитой глупости, в этом инфантильном лепете привлекло внимание. Я даже подумал сначала, что это очередной детский магазин или парк аттракционов. Оказалось, это всего лишь служба доставки еды, которая, к моему удивлению, изъявила желание видеть меня в числе соискателей. Работа курьером еще не числилась в моем списке, поэтому я решил дать этой странной вакансии шанс и посмотреть, куда она меня приведет.