Она повернулась к нему спиной и стала смотреть в окно. На перроне суетились и толкались пассажиры. Даже в купе доходило приглушенное пыхтение паровоза. Он окликнул жену, и, когда она обернулась, доктор увидел мокрое от слез лицо. – Не надо, – нежно проговорил он.В глазах ее еще стояли слезы, но она снова улыбнулась, вернее, чуть скривила губы. Потом прерывисто вздохнула.– Ну иди, все будет хорошо.Он обнял ее и теперь, стоя на перроне по ту сторону вагонного окна, видел только ее улыбку.– Прошу тебя, – сказал он, – береги себя. Но она уже не могла расслышать его слов.