Эти известные популярные пушкинские строки в полной мере можно отнести и к этой книге. Точнее к тем мыслям, которые начинают суетиться и мелькать в читательской голове довольно скоро после начала чтения. Ибо некоторые из этих мыслей на самом деле являются для этого читателя поистине открытиями, а кое-какие и вообще парадоксами.
Дальше...
Чего скрывать, для многих людей Шекспир это, прежде всего «Гамлет» и «Ромео и Джульетта». Потом идут «Укрощение строптивой», «Макбет», «Отелло» «Король Лир» и прочие. А многие другие из разобранных Азимовым буквально по эпизодам, фразам и даже по отдельным словам пьес у читателя только где-то на краешке его читательского сознания.
И вот тут мы знакомимся уже с другим Шекспиром, немного неожиданным и совершенно точно чудесатым. К примеру, уже в первой половине книги я вдруг сформулировал для себя тезис, что Шекспир, по сути, является первым в литературе фантастом-историком, автором жанра «альтернативная история». Хотя до этого считал, что произведения великого Вильяма буквально пропитаны историей Англии, Шотландии, Дании, Франции, Италии и других европейских государств. Однако «вот что перо животворящее делает» — Шекспир в угоду сюжету свободно меняет возраст вполне исторических персонажей, сводя в одном месте и времени тех, кто фактически никак не мог находиться там именно в описываемое Шекспиром время: либо ещё не родился, либо по малолетству не проходит, либо, наоборот изрядно состарился, а то и вовсе уже почил в бозе. Это притом, что помимо исторических персон в его исторических пьесах действуют, причём порой далеко не на последних ролях, персонажи придуманные.
Вот и получается, что тот, кто задумает вдруг изучать ход исторических событий в средневековой Англии по пьесам Шекспира, может крепко заблудиться в этой мешанине реальных и придуманных событий и взаимосвязей между ними. Воистину говорят, что история это не то, что происходило на самом деле, а то, что и как нам о ней рассказывают. И чем авторитетней и популярней рассказчик, и чем краше и интереснее его рассказ, тем крепче он западает в память человека. И из истории рождаются легенды и мифы. А также пьесы. И конечно же есть варианты, когда история так или иначе переиначивается в угоду и по заказу…
Так что очередное спасибо Айзеку Азимову за ту порцию холодного отрезвляющего душа, которую он пролил на горячечную читательскую голову — великий фантаст сумел выступить на реальной исторической почве, к тому же не побоялся авторитета великого драматурга. Впрочем, на его авторитет Азимов вроде бы и не посягал, просто расставил точки на i.
Но нужно отметить и то, что читать эту не тоненькую книгу было иногда весьма скучно, особенно когда нам поясняли, кто там кому троюродная тётка четвероюродной бабушки и как это сказывается на статусе внучатого племянника, являющегося дядей будущего вероятного наследника. Всё-таки в этом смысле книга больше для шекспироведов и шекспирофилов.