Глава 3

Приставленные к Академии стражи сопровождали нас на каждое занятие. Они всегда молчали. Хотела бы я сказать, что мы их даже не замечали, но это было не так. Мужчины в тёмных мантиях преследовали нас повсюду, с каждым днём напрягая всё сильнее. Сокурсники начали общаться реже и в основном шёпотом. Никто не желал, чтобы их разговоры подслушивали, даже если они не важнее тишины. Генри и Итан боялись у меня списывать, хотя я и уверяла друзей, что стражам нет до этого никакого дела. Они здесь не ради неучей и лентяев, а из-за меня, хоть сами того ещё не знают. Официально они прибыли для нашей безопасности и выявления сторонников Нижнего мира, но я-то понимала, что сейчас по всему миру разыскивается обладатель двух Печатей. Тот, – или, точнее, та, – кто сумел разрушить барьер и запустить цепочку событий, приведших к войне.

До нас ежедневно доносились слухи о военных действиях, но в самой Академии было на удивление тихо, отчего услышанное казалось сродни сюжета книги, нежели реальностью. Ассистентам, кроме студентов-магов, никто ничего не рассказывал, да и те делились информацией только с приближёнными, а дальше слова расползались по общежитию в виде сплетен. От чего любопытство лишь усиливалось, ведь приходилось по крупицам собирать пазл незримого конфликта.

С каждым днём ненависть к Нижнему миру возрастала. Словно снежный ком, мои сокурсники всё больше впитывали в себя это чувство и начинали страшиться того, чего даже не видели. Взбудораженное воображение делало за них всю работу.

Вдруг мне стало любопытно: если забить левую ладонь татуировкой, то Печати не будет видно? Или если выжечь её на раскалённой плитке? А если вовсе отрезать руку?.. Тогда я потеряю возможность пользоваться алой Печатью или просто скрою её от остальных? Либо же она проявится на оставшемся обрубке?..

Непонятно. Но и проверять я не планировала. Просто близость ищеек рождала в голове странные мысли. Я изо дня в день чувствовала себя напряжённо, будто бы ступая по минному полю или ветхому подвесному мосту: одно неверное движение – и всё, я пропала.

Вот и сейчас, шагая на занятие к сэру Герду, я испытывала лёгкое беспокойство под конвоем стражей, хотя те даже не смотрели в нашу сторону. Однако это чувство стало моим неизменным спутником в последние две недели, проведённые под крышей Академии Печатей.

Хорошо хоть сэр Герд остался прежним: всё так же резок, раздражителен и бескомпромиссен. Его уроки странным образом успокаивали меня, напоминая о светлых деньках в школе, когда Нижний мир был ещё запечатан, а Кай казался мне загадочным, но хорошим парнем.

«Разве?..» – в голове тут же возник вопрос. Разве я когда-то считала Кая хорошим? Он был добр ко мне, только и всего. Хотя в глубине души я всегда знала, что это неспроста, и ему что-то от меня нужно. Я отбросила инстинкты в сторону и доверилась тому, кого едва знала. Тому, кто воспользовался нашей ссорой с Кристиной и смертью Камалы, чтобы привязать к моим запястьям нити, и управлял словно марионеткой. А я с радостью подыграла, поверив, что он мой самый близкий человек в этом мире.

От злости я крепко стиснула зубы и до хруста сдавила в руках учебник, когда сэр Герд повелел открыть пятнадцатую страницу.

– Сегодня начнём новую тему: «Бытовые заклинания». На первый взгляд может показа… – учитель прервался. Его отвлекла внезапно ворвавшаяся в класс мадам Акрот. Куратор спешно приблизилась к сэру Герду, шепнула что-то тому на ухо, после чего преподаватель объявил: – Урок отменяется! Все следуйте за Журой… то есть за мадам Акрот.

Коленки снова затряслись. Что на этот раз?.. Нас опять будут проверять? Меня раскрыли?! На Академию напали?!

Нас вызывали по списку, а затем по одному уводили в кабинет куратора. В том году я нередко здесь бывала, так что перед знакомой дверью ощутила нечто подобное дежавю. Правда, ненадолго. За столом мадам Акрот сидел всё тот же человек в очках, его нахождение здесь не сулило ничего хорошего. Пульс вновь ускорился, и пришлось начать дышать ртом, чтобы немного успокоиться.

– Его Величество король Беллиан издал новый указ, – заговорила мадам Акрот, приближаясь к столу. Мужчина, занявший её место, молчал. – Все студенты Академии Печатей, в том числе ассистенты начиная со второго курса, обязаны немедленно отбыть на практику в связи с военным положением.

– Никто из студентов не будет знать, куда отправился другой, – подхватил человек в очках. – В вашем же случае даже вы сами не узнаете этого до самого прибытия.

«В моём?.. Что происходит?.. Меня отправят в тюрьму?!».

– Перемещение – завтра утром, – отвлекла меня от панических мыслей куратор. – Сегодня ваша последняя ночь в Академии. Все занятия отменены, соберите вещи и будьте готовы к отправке. И не нужно так волноваться: распределение прошло согласно вашим навыкам и способностям. К тому же от вас не ждут бóльшего, чем от ученицы второго курса.

Должно быть, мадам Акрот заметила, как сильно я нервничаю, и решила успокоить. Вот только она понятия не имела, что послужило истинной причиной волнения. Собравшись с духом, я кивнула в знак согласия. Будь что будет!..

– Кто отправится вместе со мной? – разумеется, я сразу подумала о Кристине.

– Этого мы тоже не можем сказать, – ответил очкарик. – Встретитесь с остальными уже на месте. А теперь ступайте и пригласите следующего.

Всё лето я ждала момента, когда вновь окажусь в Академии Печатей, но уже спустя две недели вынуждена её покинуть, даже не зная, куда направляюсь. Мы с Кристиной собирали вещи обратно в сундуки, думая о том, что нам осталась всего одна ночь в стенах общежития.

Где мы будем спать теперь?.. Надолго ли покидаем школу? И что это за таинственная практика? С каждым днём вопросов становилось всё больше, но сегодняшнее известие заставило понять, что нет смысла искать ответы. Прожив в Верхнем мире всего год, мы решили, будто знаем это место. Как бы не так. Мы – всё ещё чужеземки, толком не выбиравшиеся за пределы Академии.

– Как думаешь, куда нас отправят? – спросила подруга, тяжело вздохнув. Крис всегда ненавидела перемены и незнакомые места. Хотя правильнее будет сказать: она не любит незнакомых людей, а потому всегда спешит поскорее со всеми подружиться. Куда бы её ни отправили, она обязательно станет там своей. В этом я не сомневалась. – Вернее, куда меня – я знаю. Надеюсь, что тебя туда же.

– Хорошо бы, – подыграла соседке. «Вряд ли, – заключила про себя. – Иначе мне бы тоже сказали, куда я направляюсь. Однако моё назначение осталось тайной даже для меня самой».

Я собрала в сундук одежду, а комнатные украшения решила оставить. Не знаю, пригодятся ли они мне где-то там, да и вдруг скоро вернусь обратно. Пусть себе висят и дожидаются моего прибытия.

– Надеюсь, мы скоро увидимся… – подруга подумала о том же, о чём и я.

– И я надеюсь.

Сначала настроение было тревожным, но стоило сложить вещи из шкафа в сундук, как пустота на полках распространилась и на сердце. Я ощутила сильную тоску, будто меня отсылают в мою старую школу, где нет магии и моей лучшей подруги. Где я не староста, а всего лишь серая мышь. Как давно это было, словно в другой жизни. Благо этому больше никогда не бывать. Со мной мои Печати и опыт, приобретённый ценой множества ошибок. Может, я и не стану всем другом, как Кристина, но точно сумею за себя постоять.

Когда пришло время отходить ко сну, я ещё долго ворочалась в постели не в силах уснуть. За окном уже светало, когда то ли наконец провалилась в мир грёз, то ли ещё бодрствовала под сопение соседки. Дверь в нашу комнату тихонько отворилась, и внутрь прошёл Кай. Он ступал тихо, как кошка, медленно приближаясь к моей постели, словно мираж или видение. Неудивительно: ведь у его отца есть ассистентка, умеющая насылать сны, вспомнила я. Однако всё равно подумала: «Как он умудрился пробраться мимо стражи в общежитие?».

– Ты возвращаешься в Академию? – спросила вслух.

– Думал, уже никогда не вернусь. Но вот я здесь, чтобы предупредить, – заявил парень.

– Я больше не поверю ни единому твоему слову! – прорычала шёпотом. Крис всё так же сладко сопела.

– Откажись от практики. Останься в Академии, – как ни в чём не бывало продолжил он.

– Не могу.

– Можешь! Ступай с самого утра к куратору и откажись. Это слишком опасно для тебя.

– Почему?

– Ты знаешь.

– Из-за Печатей? Из-за того, что сделала? Из-за войны, которую начала?.. Может, это мой шанс всё исправить! Внести свою лепту!

– Всё сложнее, чем ты думаешь, Поли…

– Убирайся! – Я смахнула образ Кая рукой, не желая и дальше слушать его ложь. С меня хватит. Больше я никогда ему не поверю!

* * *

После завтрака всех ассистентов вторых и третьих курсов собрали в холле общежития. Их выстроили в несколько рядов и раздали каждому по бело-золотой бумаге с заранее заготовленными стаканами с водой. Меня же забрала мадам Акрот и отвела в свой кабинет. На этот раз за столом не оказалось человека в очках, зато стоял высокий бокал с жидкостью чистого золотого цвета.

– Я одна?.. – огляделась по сторонам.

– Нет, – ответила куратор. – Но вашу группу велено отправлять по одному.

Понятнее не стало, но теперь я точно знала: Крис со мной не будет. Её ещё в холле поставили в один из рядов. Если бы я знала, что меня уведут, то попыталась бы запомнить, кого из сокурсников недоставало в очередях.

– Вы готовы? – спросила женщина.

– Что мне делать?

– Выпей, – удивилась она.

– Я не об этом… Что мне делать, когда я перемещусь?

– Тебя встретят.

Поняв, что мадам Акрот не намерена давать развёрнутые ответы, я оставила попытки расспросить её и приблизилась к бокалу. Позади меня парил большой сундук с багажом, а в рот медленно потекла вязкая золотая жидкость.

– Удачи! – пожелала напоследок куратор.

Я зажмурилась, но прохладного душа не последовало. Открыла глаза уже в совершенно другом, незнакомом месте. Здесь поместился бы целый пассажирский самолёт, причём не только в длину, но и в высоту, если поставить воздушное судно на нос хвостом вверх. Я ощутила себя такой крошечной и незначительной в этом громадном помещении с высоченным потолком и вытянутыми заострёнными окнами. Позади находилась дверь, масштабом превышающая всю мою комнату в общежитии, а на полу лежал белёсый мрамор, отражавший не только свет из окон, но и блеск хрустальной люстры под потолком. Даже издали она казалась невероятно огромной, ну а если упадёт на голову, то меня из-под неё и видно не будет.

На поясе пульсировал чужой пропуск, под ногами мерцала голубая Печать, с каждым всплеском становясь всё тусклее. Засмотревшись на неё, я подпрыгнула на месте и взвизгнула, когда позади распахнулась двустворчатая дверь и в помещение вошёл светловолосый парень в белоснежных перчатках.

– Я вас напугал? – улыбнулся он. – Добро пожаловать!

– Где я?..

– Как где? В самом сердце столицы, в королевском дворце Его Величества Беллиана I. Идёмте же, я представлю вас королю. – Молодой мужчина жестом пригласил меня за собой в ту дверь, из-за которой появился мгновение назад.

– К-королю?.. – Я с места не сдвинулась. – Здесь какая-то ошибка!

– Никакой ошибки, – ещё более обворожительно улыбнулся слуга. – Вы мисс Полина Бронина, студентка второго курса факультета ассистентов Академии Печатей, за свои способности и заслуги отобранная на королевскую службу лично Его Величеством.

У меня перехватило дыхание. Я понятия не имела, как вести себя с королями! Такому нас в Академии не учили. Во всяком случае за то время, что я успела проучиться.

– Идёмте же, – меня легонько подтолкнули вперёд, и мы вместе прошли в длинный витражный коридор, а вот багаж остался позади, не последовав за мной. Увидев, как я озираюсь на сундук, парень сообщил:

– Не волнуйтесь, его заберут и доставят куда надо.

Мы медленно шагали вдоль цветных витражных окон, окрашивавших белый мрамор под ногами в причудливые узоры. Блондин рядом тоже светился всеми цветами радуги.

– Когда будете представляться Его Величеству Беллиану, – заговорил он, – не смотрите на него в упор или слишком долго. Король не любит, когда рассматривают его уродство.

Я промолчала, и мы прошли дальше, очутившись во дворе с пенящимся фонтаном и россыпью резных беседок.

– Его Величество стыдится своего лица: глаза смотрят в разные стороны, а нос повёрнут набок. В детстве он частенько падал с лестниц замка.

– Как так?! – обомлела я.

– По глупости. Его Величеству Беллиану тяжело давались знания. Знаете, как говорится: невозможно разучиться ездить на велосипеде. Так вот это не про нашего короля. Он, поспав ночью, наутро напрочь забывал, как ходить.

У меня аж рот приоткрылся от услышанного, однако я благоразумно промолчала, придержав своё мнение при себе.

Мы прошли в ещё одно громадное помещение, наполненное утренним светом, где даже шёпот эхом отражался от стен. Мне было не по себе от того, как смело слуга обсуждает самого могущественного человека в Верхнем мире.

– Его Величество застенчив и легко раним. Вы уж его не обижайте. – Я с недоумением посмотрела на высокого красавца рядом с собой, как он тут же заявил: – Иначе король может испугаться и убежать в слезах. Нам сюда.

Мы прошли в тронный зал. Внутри по мимо солнечного света горело множество свечей вдоль колонн, украшенных резьбой и цветочным плетением, а в самом конце стоял обшитый красным бархатом позолоченный трон. Однако он пустовал. В уме промелькнула неуместная мысль: «Неужели король снова забыл, как ходить?..».

Я остановилась у подножья возвышенности, на которой покоился престол, желая рассмотреть его поближе, когда дверь в конце зала с грохотом отворилась. Я резко обернулась, склоняясь в неуклюжем реверансе перед вошедшим человеком, как вдруг позади послышался наигранный кашель. Повернувшись обратно к трону, я увидела, как на нём вальяжно расселся, скрестив вытянутые ноги, тот самый светловолосый слуга. Глядя на меня сверху-вниз и ехидно ухмыляясь, парень произнёс:

– Представься своему королю.