Отзывы на книги автора «Никколо Макиавелли»

Ранее знакомился с автором по Государю и Рассуждениям о первой декаде Тита Ливия. Автор жил во второй половине 15 - первой половине 16 века в раздробленной Италии. Работал советником на службе Флорентийской республики. Хотя и описал идеал авторитарного государя на основе жизни и похождений Чезаре Борджиа/Борха, на чём словил хайп, был трушным республиканцем.

Повествование ведётся от лица Фабрицио Колонна, который сражался в Ломбардии за короля-католика и зашёл во Флоренцию отдохнуть. Козимо приглашает его к себе на хату. После к их беседам подключаются  Луиджи, Заноби, Баттиста. Участники беседы обсуждают вопросы формирования, тактики, снабжения войска и прочие вопросы. По формированию войска он не очень хотел иметь армию, основным ремеслом которой было бы военное дело на постоянке. Боялся давления на Правительство со стороны армии. В армии возраст должен быть от 17 до 45, в уже сформированную армию предлагал набирать "детей" 17 лет, как предлагает Дим Юрьич (Гоблин), хотя для него дети понятие более протяжённое. Сейчас уже с учётом современных армий, демографических тенденций, возможностей беспилотных вундервафлей возраст, возможностью воевать "на удалёнке" сила, пол не всегда имеет большое значение и возможно даже Россия пойдёт по Израильскому сценарию.

Разбирает кейсы своего времени, когда ещё были актуальны мужики в латах, хотя их время уже близилось к концу. За основу считает пехоту. Разбирает боевую подготовку, вопросы тактики пехоты тех времён и времён римлян, древних греков. Автор явно был знаком с историей Рима, с трудом создателя знаменитого мема "Si vis pacem, para bellum" (с лат. — «хочешь мира, готовься к войне») Флавия Вегеция Рената De re militari .  В принципе многие описания военного дела былых дней от современников и дотошных исследователей прошлого помогут ответить на вопрос "О чем соврали в очередной исторической киноподелке?"  Подойдёт для душнил! Интересно выискать логику в крепостях построенных итальянцами и в целом в крепостях того времени.

В конце также словесные мемасики в духе Искусства Войны Сунь Цзы. Что-то явно устарело, что-то используется и сейчас, но в любом случае полезно знать опыт прошлого.

Ранее знакомился с автором по Государю и Рассуждениям о первой декаде Тита Ливия. Автор жил во второй половине 15 - первой половине 16 века в раздробленной Италии. Работал советником на службе Флорентийской республики. Хотя и описал идеал авторитарного государя на основе жизни и похождений Чезаре Борджиа/Борха, на чём словил хайп, был трушным республиканцем.

Повествование ведётся от лица Фабрицио Колонна, который сражался в Ломбардии за короля-католика и зашёл во Флоренцию отдохнуть. Козимо приглашает его к себе на хату. После к их беседам подключаются  Луиджи, Заноби, Баттиста. Участники беседы обсуждают вопросы формирования, тактики, снабжения войска и прочие вопросы. По формированию войска он не очень хотел иметь армию, основным ремеслом которой было бы военное дело на постоянке. Боялся давления на Правительство со стороны армии. В армии возраст должен быть от 17 до 45, в уже сформированную армию предлагал набирать "детей" 17 лет, как предлагает Дим Юрьич (Гоблин), хотя для него дети понятие более протяжённое. Сейчас уже с учётом современных армий, демографических тенденций, возможностей беспилотных вундервафлей возраст, возможностью воевать "на удалёнке" сила, пол не всегда имеет большое значение и возможно даже Россия пойдёт по Израильскому сценарию.

Разбирает кейсы своего времени, когда ещё были актуальны мужики в латах, хотя их время уже близилось к концу. За основу считает пехоту. Разбирает боевую подготовку, вопросы тактики пехоты тех времён и времён римлян, древних греков. Автор явно был знаком с историей Рима, с трудом создателя знаменитого мема "Si vis pacem, para bellum" (с лат. — «хочешь мира, готовься к войне») Флавия Вегеция Рената De re militari .  В принципе многие описания военного дела былых дней от современников и дотошных исследователей прошлого помогут ответить на вопрос "О чем соврали в очередной исторической киноподелке?"  Подойдёт для душнил! Интересно выискать логику в крепостях построенных итальянцами и в целом в крепостях того времени.

В конце также словесные мемасики в духе Искусства Войны Сунь Цзы. Что-то явно устарело, что-то используется и сейчас, но в любом случае полезно знать опыт прошлого.

Ранее знакомился с автором по Государю и Рассуждениям о первой декаде Тита Ливия. Автор жил во второй половине 15 - первой половине 16 века в раздробленной Италии. Работал советником на службе Флорентийской республики. Хотя и описал идеал авторитарного государя на основе жизни и похождений Чезаре Борджиа/Борха, на чём словил хайп, был трушным республиканцем.

Повествование ведётся от лица Фабрицио Колонна, который сражался в Ломбардии за короля-католика и зашёл во Флоренцию отдохнуть. Козимо приглашает его к себе на хату. После к их беседам подключаются  Луиджи, Заноби, Баттиста. Участники беседы обсуждают вопросы формирования, тактики, снабжения войска и прочие вопросы. По формированию войска он не очень хотел иметь армию, основным ремеслом которой было бы военное дело на постоянке. Боялся давления на Правительство со стороны армии. В армии возраст должен быть от 17 до 45, в уже сформированную армию предлагал набирать "детей" 17 лет, как предлагает Дим Юрьич (Гоблин), хотя для него дети понятие более протяжённое. Сейчас уже с учётом современных армий, демографических тенденций, возможностей беспилотных вундервафлей возраст, возможностью воевать "на удалёнке" сила, пол не всегда имеет большое значение и возможно даже Россия пойдёт по Израильскому сценарию.

Разбирает кейсы своего времени, когда ещё были актуальны мужики в латах, хотя их время уже близилось к концу. За основу считает пехоту. Разбирает боевую подготовку, вопросы тактики пехоты тех времён и времён римлян, древних греков. Автор явно был знаком с историей Рима, с трудом создателя знаменитого мема "Si vis pacem, para bellum" (с лат. — «хочешь мира, готовься к войне») Флавия Вегеция Рената De re militari .  В принципе многие описания военного дела былых дней от современников и дотошных исследователей прошлого помогут ответить на вопрос "О чем соврали в очередной исторической киноподелке?"  Подойдёт для душнил! Интересно выискать логику в крепостях построенных итальянцами и в целом в крепостях того времени.

В конце также словесные мемасики в духе Искусства Войны Сунь Цзы. Что-то явно устарело, что-то используется и сейчас, но в любом случае полезно знать опыт прошлого.

Ранее знакомился с автором по Государю и Рассуждениям о первой декаде Тита Ливия. Автор жил во второй половине 15 - первой половине 16 века в раздробленной Италии. Работал советником на службе Флорентийской республики. Хотя и описал идеал авторитарного государя на основе жизни и похождений Чезаре Борджиа/Борха, на чём словил хайп, был трушным республиканцем.

Повествование ведётся от лица Фабрицио Колонна, который сражался в Ломбардии за короля-католика и зашёл во Флоренцию отдохнуть. Козимо приглашает его к себе на хату. После к их беседам подключаются  Луиджи, Заноби, Баттиста. Участники беседы обсуждают вопросы формирования, тактики, снабжения войска и прочие вопросы. По формированию войска он не очень хотел иметь армию, основным ремеслом которой было бы военное дело на постоянке. Боялся давления на Правительство со стороны армии. В армии возраст должен быть от 17 до 45, в уже сформированную армию предлагал набирать "детей" 17 лет, как предлагает Дим Юрьич (Гоблин), хотя для него дети понятие более протяжённое. Сейчас уже с учётом современных армий, демографических тенденций, возможностей беспилотных вундервафлей возраст, возможностью воевать "на удалёнке" сила, пол не всегда имеет большое значение и возможно даже Россия пойдёт по Израильскому сценарию.

Разбирает кейсы своего времени, когда ещё были актуальны мужики в латах, хотя их время уже близилось к концу. За основу считает пехоту. Разбирает боевую подготовку, вопросы тактики пехоты тех времён и времён римлян, древних греков. Автор явно был знаком с историей Рима, с трудом создателя знаменитого мема "Si vis pacem, para bellum" (с лат. — «хочешь мира, готовься к войне») Флавия Вегеция Рената De re militari .  В принципе многие описания военного дела былых дней от современников и дотошных исследователей прошлого помогут ответить на вопрос "О чем соврали в очередной исторической киноподелке?"  Подойдёт для душнил! Интересно выискать логику в крепостях построенных итальянцами и в целом в крепостях того времени.

В конце также словесные мемасики в духе Искусства Войны Сунь Цзы. Что-то явно устарело, что-то используется и сейчас, но в любом случае полезно знать опыт прошлого.

Посетила во Флоренции могилу Макиавелли за целых 8 евро, ничего особо не увидела, потому что она была на реставрации, но зато я вдохновилась на прочтение его трудов.

Оба произведения в сборнике состоят из множества глав, в каждой из которых Макиавелли четко и по делу обрисовывает различные ситуации, дает советы и приводит примеры из «современных» XV - XVI веков и античных времен. Актуальность уже во многом утеряна, в бизнесе, как некоторые здесь писали, пригодится не так уж сильно. Еще «рабочие» на данный момент советы довольно очевидны, а информация о постройке крепостей и сравнение конницы с хорошо обученной пехотой вряд ли вам пригодятся в жизни. Тем не менее, читала с интересом ради мыслей человека, жившего 500 лет назад, о проблемах его времени и о проблемах и успехах Древнего Рима. Было забавно видеть его ворчание на тему бездарности современных людей. Видимо предыдущие поколения новыми никогда не будут довольны.

Не поняла негатива некоторых рецензий, мол, слишком циничный, лживый и жестокий у Макиавелли государь получается, нельзя таким быть, пожалейте народ. В книге указано, что обманывать народ можно в крайних случаях и во благо ему. Разрывать договоры можно только тогда, когда последние навязаны силой, в остальных случаях лучше вообще за них не браться, если нет уверенности в возможности сдержать слово. Где же тут лживость? А где жестокость? Предлагается убить одного человека или группу лиц, ради сохранения спокойствия в государстве или подавления мятежа. Лучше пожертвовать меньшим ради большего. Все очень логично. А без некоторой циничности управлять миллионами людей довольно сложно, даже невозможно, так какие претензии к автору?

Читала я этот фолиант долго и вдумчиво, старалась, чтобы ни одна умная мысль от меня не ускользнула. Устала, но осталась довольна. Мощные произведения.

Выбор книги был спонтанным и абсолютно случайным, и еще более неожиданным оказалось то, что в аудиоформате в наличии оказались только первые четыре части произведения известного всем автора, вызывающего неподдельный интерес своими литературными трудами у читателей даже через пять веков после своей смерти. Потому мне еще предстоит узнать, как сложилась дальнейшая судьба Козимо Медичи, и какие волнения еще терзали Флоренцию.
В первой части Никколо Макиавелли весьма подробно изложил ее историю, начиная с падения Древнего Рима и заканчивая созданием Флорентийской республики и приходом к власти печально известного всем семейства.

Не то чтобы меня сильно интересовала история Италии, но даже если знакомиться с произведением исключительно для общего развития, автор достаточно занимательно изложил этапы развития Флорентийской республики, весьма уместно разбавляя поток исторический фактов собственными размышлениями об устройстве общества, об отношениях классов и ненавязчивым собственным анализом событий. Без подобных "лирических" отступлений я, вероятнее всего, совсем бы погрязла во всех этих гвельфах (черных и белых) и гибеллинах, императорах, королях и папах, пополанами и нобилями, и всякими прочими разными Монтекки и Капулетти, вместе с Медичи и Бог весть еще кем...
Подозреваю, что современному итальянцу тоже тяжко было бы изучать разборки русских князей, путаясь в родственных связях, войнах, браках и прочем. Но лично мне после знакомства с "Историей Флоренции" захотелось восстановить в памяти школьные знания и вспомнить, что там у нас творилось на Руси примерно в этом же временном отрезке.

Я, конечно, затрудняюсь сказать почему Маркс считал этот труд Макиавелли шедевром, но возможно это так и есть, я не знаток. Просто, на мой взгляд, автор проделал прекрасную работу, изложив для потомков историю Флоренции так, что хочется не только изучить дополнительно работы других авторов на этут тему, но и еще пойти-поехать-посмотреть, что это за Флоренция такая.

"В детстве, — впрочем, не только в детстве — я хотел стать королём. Ну или хотя бы президентом. Сознайтесь, кто не фантазировал на эту тему? Когда ты царь, то у тебя все вокруг в подчинении, а сам только раздаёшь приказы, живёшь во дворце... слуги, балы, корона, горностаевая мантия, приёмы и прочие радости монаршей жизни, в перерыве между которыми можно перебирать золотцо в закромах царской сокровищницы, жонглировать державой со скипетром и строить планы о покорение близлежащих соседей. А угоразди меня родиться в какой стране немного восточнее и южнее, так ещё бы и гарем прекрасных женщин был, но это я осознал в возрасте уже чуть более отдалённом от детства, но всё же не столь близком к моему нынешнему старчески-маразматическому периоду существования. Теперь я достиг этого чуть выше названного периода и ввиду того, что гаремы меня больше не интересуют, я добрался до трудов Макиавелли и понял, что царём я быть больше не хочу. Опасное и ответственное дело, знаете ли-с..."
"Зит" С. Парра, мемуары

Пусть это будет и некорректно так просто возводить суть произведения к одной цитате, но я это сделаю. Макиавелли пишет: "Из чего следует, что государь, если он хочет сохранить власть, должен приобрести умение отступать от добра и пользоваться этим умением смотря по надобности". Эту же мысль он на протяжении книги пару раз ещё повторяет в тех или иных вариантах и имплицитно развивает в множестве своих рассуждений на те или иные темы о захвате власти, удержании власти и прочие связанные с управлением и экспансией процессы.

Политика — это система, которая находится над понятиями нравственности, морали и прочих нынче мало распространённых штук. Иначе эта политика будет политикой неэффективной, нерезультативной и приведёт только к напрасным жертвам; особенно печально, если это приведёт к жертве себя любимого, что имеет шанс быть, если уж ты взялся тасовать народы. Если возвести от общего (государь-политика) к более частному (индивид), то у нас получиться прообраз того, что столетия спустя будет исповедовать Ницше, который тоже периодически будет апеллировать к личности Сезаро Борджио, на которого не менее часто ссылается и сам Макиавелли (вот ссылался ли он на Макиавелли я не помню, а гуглить лень).

М. утверждает, что быть добрым правителем нельзя, впрочем, как и быть очень злым и плохим. Добрым на шею садятся, а потом проводят по ней разделительную полосу между головой и телом; со слишком злыми в итоге поступают сходным образом. Быть живым правителем, по Макиавелли, это постоянно балансировать на тонком канате любви, ненависти, обожания, уважения и страха у своих подчинённых, окружающих соседей и приближенных соратников.

Конечно, определённые ценности М. признаёт (его тут не назовёшь в полной мере нигилистом; да и нигилизм штука более массовая, в отличии от элитарности исследуемого Макиавелли предмета), но тут стоит оговорить причину, по которой он их признаёт: это скорее именно что не сознательное этическое чувство (моральный закон внутри нас, ага), а скорее такое вот чувство самосохранения, ибо за нарушение штук, принятых у большинства за норму, можно и в бубен получить, а этого — получения в бубен — М. всячески настоятельно рекомендуетъ избегать; мораль и этика для М. это всего лишь элементы игры, а не какие-либо самостоятельные и важные штуки. Поэтому от нормы надо отклоняться аккуратно и по чуть-чуть.

Прочитав М. я понял, что царём больше быть не хочу — обременительное и небезопасное дело. Друг мой Докинз мне как-то убедительно доказал, что первичное дело это выживание, а при бирке царя оно становится слишком уж затруднительным — доказала история и её популяризатор Дж. Мартин.

И в заключение. Плакат на всю стену (от А. П.):
"Прочитай Макиавелли и откажись от мечты детства".

"В детстве, — впрочем, не только в детстве — я хотел стать королём. Ну или хотя бы президентом. Сознайтесь, кто не фантазировал на эту тему? Когда ты царь, то у тебя все вокруг в подчинении, а сам только раздаёшь приказы, живёшь во дворце... слуги, балы, корона, горностаевая мантия, приёмы и прочие радости монаршей жизни, в перерыве между которыми можно перебирать золотцо в закромах царской сокровищницы, жонглировать державой со скипетром и строить планы о покорение близлежащих соседей. А угоразди меня родиться в какой стране немного восточнее и южнее, так ещё бы и гарем прекрасных женщин был, но это я осознал в возрасте уже чуть более отдалённом от детства, но всё же не столь близком к моему нынешнему старчески-маразматическому периоду существования. Теперь я достиг этого чуть выше названного периода и ввиду того, что гаремы меня больше не интересуют, я добрался до трудов Макиавелли и понял, что царём я быть больше не хочу. Опасное и ответственное дело, знаете ли-с..."
"Зит" С. Парра, мемуары

Пусть это будет и некорректно так просто возводить суть произведения к одной цитате, но я это сделаю. Макиавелли пишет: "Из чего следует, что государь, если он хочет сохранить власть, должен приобрести умение отступать от добра и пользоваться этим умением смотря по надобности". Эту же мысль он на протяжении книги пару раз ещё повторяет в тех или иных вариантах и имплицитно развивает в множестве своих рассуждений на те или иные темы о захвате власти, удержании власти и прочие связанные с управлением и экспансией процессы.

Политика — это система, которая находится над понятиями нравственности, морали и прочих нынче мало распространённых штук. Иначе эта политика будет политикой неэффективной, нерезультативной и приведёт только к напрасным жертвам; особенно печально, если это приведёт к жертве себя любимого, что имеет шанс быть, если уж ты взялся тасовать народы. Если возвести от общего (государь-политика) к более частному (индивид), то у нас получиться прообраз того, что столетия спустя будет исповедовать Ницше, который тоже периодически будет апеллировать к личности Сезаро Борджио, на которого не менее часто ссылается и сам Макиавелли (вот ссылался ли он на Макиавелли я не помню, а гуглить лень).

М. утверждает, что быть добрым правителем нельзя, впрочем, как и быть очень злым и плохим. Добрым на шею садятся, а потом проводят по ней разделительную полосу между головой и телом; со слишком злыми в итоге поступают сходным образом. Быть живым правителем, по Макиавелли, это постоянно балансировать на тонком канате любви, ненависти, обожания, уважения и страха у своих подчинённых, окружающих соседей и приближенных соратников.

Конечно, определённые ценности М. признаёт (его тут не назовёшь в полной мере нигилистом; да и нигилизм штука более массовая, в отличии от элитарности исследуемого Макиавелли предмета), но тут стоит оговорить причину, по которой он их признаёт: это скорее именно что не сознательное этическое чувство (моральный закон внутри нас, ага), а скорее такое вот чувство самосохранения, ибо за нарушение штук, принятых у большинства за норму, можно и в бубен получить, а этого — получения в бубен — М. всячески настоятельно рекомендуетъ избегать; мораль и этика для М. это всего лишь элементы игры, а не какие-либо самостоятельные и важные штуки. Поэтому от нормы надо отклоняться аккуратно и по чуть-чуть.

Прочитав М. я понял, что царём больше быть не хочу — обременительное и небезопасное дело. Друг мой Докинз мне как-то убедительно доказал, что первичное дело это выживание, а при бирке царя оно становится слишком уж затруднительным — доказала история и её популяризатор Дж. Мартин.

И в заключение. Плакат на всю стену (от А. П.):
"Прочитай Макиавелли и откажись от мечты детства".

"В детстве, — впрочем, не только в детстве — я хотел стать королём. Ну или хотя бы президентом. Сознайтесь, кто не фантазировал на эту тему? Когда ты царь, то у тебя все вокруг в подчинении, а сам только раздаёшь приказы, живёшь во дворце... слуги, балы, корона, горностаевая мантия, приёмы и прочие радости монаршей жизни, в перерыве между которыми можно перебирать золотцо в закромах царской сокровищницы, жонглировать державой со скипетром и строить планы о покорение близлежащих соседей. А угоразди меня родиться в какой стране немного восточнее и южнее, так ещё бы и гарем прекрасных женщин был, но это я осознал в возрасте уже чуть более отдалённом от детства, но всё же не столь близком к моему нынешнему старчески-маразматическому периоду существования. Теперь я достиг этого чуть выше названного периода и ввиду того, что гаремы меня больше не интересуют, я добрался до трудов Макиавелли и понял, что царём я быть больше не хочу. Опасное и ответственное дело, знаете ли-с..."
"Зит" С. Парра, мемуары

Пусть это будет и некорректно так просто возводить суть произведения к одной цитате, но я это сделаю. Макиавелли пишет: "Из чего следует, что государь, если он хочет сохранить власть, должен приобрести умение отступать от добра и пользоваться этим умением смотря по надобности". Эту же мысль он на протяжении книги пару раз ещё повторяет в тех или иных вариантах и имплицитно развивает в множестве своих рассуждений на те или иные темы о захвате власти, удержании власти и прочие связанные с управлением и экспансией процессы.

Политика — это система, которая находится над понятиями нравственности, морали и прочих нынче мало распространённых штук. Иначе эта политика будет политикой неэффективной, нерезультативной и приведёт только к напрасным жертвам; особенно печально, если это приведёт к жертве себя любимого, что имеет шанс быть, если уж ты взялся тасовать народы. Если возвести от общего (государь-политика) к более частному (индивид), то у нас получиться прообраз того, что столетия спустя будет исповедовать Ницше, который тоже периодически будет апеллировать к личности Сезаро Борджио, на которого не менее часто ссылается и сам Макиавелли (вот ссылался ли он на Макиавелли я не помню, а гуглить лень).

М. утверждает, что быть добрым правителем нельзя, впрочем, как и быть очень злым и плохим. Добрым на шею садятся, а потом проводят по ней разделительную полосу между головой и телом; со слишком злыми в итоге поступают сходным образом. Быть живым правителем, по Макиавелли, это постоянно балансировать на тонком канате любви, ненависти, обожания, уважения и страха у своих подчинённых, окружающих соседей и приближенных соратников.

Конечно, определённые ценности М. признаёт (его тут не назовёшь в полной мере нигилистом; да и нигилизм штука более массовая, в отличии от элитарности исследуемого Макиавелли предмета), но тут стоит оговорить причину, по которой он их признаёт: это скорее именно что не сознательное этическое чувство (моральный закон внутри нас, ага), а скорее такое вот чувство самосохранения, ибо за нарушение штук, принятых у большинства за норму, можно и в бубен получить, а этого — получения в бубен — М. всячески настоятельно рекомендуетъ избегать; мораль и этика для М. это всего лишь элементы игры, а не какие-либо самостоятельные и важные штуки. Поэтому от нормы надо отклоняться аккуратно и по чуть-чуть.

Прочитав М. я понял, что царём больше быть не хочу — обременительное и небезопасное дело. Друг мой Докинз мне как-то убедительно доказал, что первичное дело это выживание, а при бирке царя оно становится слишком уж затруднительным — доказала история и её популяризатор Дж. Мартин.

И в заключение. Плакат на всю стену (от А. П.):
"Прочитай Макиавелли и откажись от мечты детства".

"В детстве, — впрочем, не только в детстве — я хотел стать королём. Ну или хотя бы президентом. Сознайтесь, кто не фантазировал на эту тему? Когда ты царь, то у тебя все вокруг в подчинении, а сам только раздаёшь приказы, живёшь во дворце... слуги, балы, корона, горностаевая мантия, приёмы и прочие радости монаршей жизни, в перерыве между которыми можно перебирать золотцо в закромах царской сокровищницы, жонглировать державой со скипетром и строить планы о покорение близлежащих соседей. А угоразди меня родиться в какой стране немного восточнее и южнее, так ещё бы и гарем прекрасных женщин был, но это я осознал в возрасте уже чуть более отдалённом от детства, но всё же не столь близком к моему нынешнему старчески-маразматическому периоду существования. Теперь я достиг этого чуть выше названного периода и ввиду того, что гаремы меня больше не интересуют, я добрался до трудов Макиавелли и понял, что царём я быть больше не хочу. Опасное и ответственное дело, знаете ли-с..."
"Зит" С. Парра, мемуары

Пусть это будет и некорректно так просто возводить суть произведения к одной цитате, но я это сделаю. Макиавелли пишет: "Из чего следует, что государь, если он хочет сохранить власть, должен приобрести умение отступать от добра и пользоваться этим умением смотря по надобности". Эту же мысль он на протяжении книги пару раз ещё повторяет в тех или иных вариантах и имплицитно развивает в множестве своих рассуждений на те или иные темы о захвате власти, удержании власти и прочие связанные с управлением и экспансией процессы.

Политика — это система, которая находится над понятиями нравственности, морали и прочих нынче мало распространённых штук. Иначе эта политика будет политикой неэффективной, нерезультативной и приведёт только к напрасным жертвам; особенно печально, если это приведёт к жертве себя любимого, что имеет шанс быть, если уж ты взялся тасовать народы. Если возвести от общего (государь-политика) к более частному (индивид), то у нас получиться прообраз того, что столетия спустя будет исповедовать Ницше, который тоже периодически будет апеллировать к личности Сезаро Борджио, на которого не менее часто ссылается и сам Макиавелли (вот ссылался ли он на Макиавелли я не помню, а гуглить лень).

М. утверждает, что быть добрым правителем нельзя, впрочем, как и быть очень злым и плохим. Добрым на шею садятся, а потом проводят по ней разделительную полосу между головой и телом; со слишком злыми в итоге поступают сходным образом. Быть живым правителем, по Макиавелли, это постоянно балансировать на тонком канате любви, ненависти, обожания, уважения и страха у своих подчинённых, окружающих соседей и приближенных соратников.

Конечно, определённые ценности М. признаёт (его тут не назовёшь в полной мере нигилистом; да и нигилизм штука более массовая, в отличии от элитарности исследуемого Макиавелли предмета), но тут стоит оговорить причину, по которой он их признаёт: это скорее именно что не сознательное этическое чувство (моральный закон внутри нас, ага), а скорее такое вот чувство самосохранения, ибо за нарушение штук, принятых у большинства за норму, можно и в бубен получить, а этого — получения в бубен — М. всячески настоятельно рекомендуетъ избегать; мораль и этика для М. это всего лишь элементы игры, а не какие-либо самостоятельные и важные штуки. Поэтому от нормы надо отклоняться аккуратно и по чуть-чуть.

Прочитав М. я понял, что царём больше быть не хочу — обременительное и небезопасное дело. Друг мой Докинз мне как-то убедительно доказал, что первичное дело это выживание, а при бирке царя оно становится слишком уж затруднительным — доказала история и её популяризатор Дж. Мартин.

И в заключение. Плакат на всю стену (от А. П.):
"Прочитай Макиавелли и откажись от мечты детства".