Цитаты из книги «Двенадцать стульев»

– Новая партия старушек? – спросил Остап. – Это сироты, – ответил Альхен, выжимая плечом инспектора из кухни и исподволь грозя сиротам кулаком.– Дети Поволжья?Альхен замялся.– Тяжелое наследие царского режима? Альхен развел руками: мол, ничего не поделаешь, раз такое наследие.

Деньги – после реализации нашего клада,

Не извольте беспокоиться, господин Воробьянинов, – сказал он горячо, как бы продолжая начатый давеча разговор. – Гроб – он работу любит. – Умерла Клавдия Ивановна, – сообщил заказчик. – Ну, царствие небесное, – согласился Безенчук. – Преставилась, значит, старушка… Старушки, они все

оглянувшись по сторонам, дал предводителю короткий, сильный и незаметный для постороннего глаза удар в бок. – Вот тебе

– Но ведь мне аптекарь говорил, что это будет радикально черный цвет. Не смывается ни холодной, ни горячей водой, ни мыльной пеной, ни керосином… Контрабандный товар. – Контрабандный? Всю контрабанду делают в Одессе, на Малой Арнаутской улице.

После этого Остап заснул беззвучным детским сном. А Ипполит Матвеевич снял с себя шерстяные напульсники, баронские сапоги и, оставшись в заштопанном егерском белье, посапывая, полез под одеяло. Ему было очень неудобно. С внешней стороны, где не хватало одеяла, было холодно, а с другой стороны его жгло молодое, полное трепетных идей тело великого комбинатора. Всем троим снились сны.

– Жилет прямо на продажу, – завистливо сказал Бендер, – он мне как раз подойдет. Продайте.

Приближается финита-ля-комедия, Воробьянинов!

если придет Рубенс, денег ему не давать

Пострадавший отделался легким испугом