Цитаты из книги «Двенадцать стульев»

Путаются, туды их в качель, под ногами.

– Что же вы молчите, как архиерей на приеме?

– Знойная женщина, – сказал Остап, – мечта поэта. Провинциальная непосредственность. В центре таких субтропиков давно уже нет, но на периферии, на местах – еще встречаются.

Парламентарные выражения дворник богато перемежал нецензурными словами, которым отдавал предпочтение. Слабое женское сословие, густо облепившее подоконники, очень негодовало на дворника, но от окон не отходило.

Здесь Паша Эмильевич, обладавший сверхъестественным чутьем, понял, что сейчас его будут бить, может быть, даже ногами.

На стене клопы сидели И на солнце щурились, Фининспектора узрели – Сразу окочурились…

Остап сразу же понял, что монтер великий дока

После недолгих уговоров Ипполит Матвеевич повез Лизу в «Прагу», образцовую столовую МСПО – «лучшее место в Москве», как говорил ему Бендер.

Мистер Щукин, давно лелеявший мечту о покупке новой чертежной доски, несколько приуныл.

Завхоза звали Александром Яковлевичем, а жену его – Александрой Яковлевной. Он называл ее Сашхен, она звала его Альхен.