Цитаты из книги «Илиада»

Ужин богатый сготовить, когда отомстим за позор наш. Прежде того никакая еда и питье никакое В глотку мою не пойдут, перед телом убитого друга!

Пусть он поднимется здесь на собранье и даст тебе клятву, Что на постель не всходил с Брисеидой и с ней не сближался Как установлен, владыка, закон для мужчин и для женщин.

Я забыть ослепленья не мог, овладевшего мною. Раз же я был ослеплен, и Кронион мой разум похитил, Дело хочу я исправить, бесчисленный дав тебе выкуп.

Острое горе глубоко проникло Крониону в сердце. Ату немедля схватил он за голову в косах блестящих, Злобою в сердце пылая, и крепкою клятвой поклялся, Что никогда с этих пор на Олимп и на звездное небо К ним не воротится Ата, которая всех ослепляет – Так он сказал и, рукой размахнувшись, со звездного неба Бросил ее. И упала она на работы людские.

«Зевс! Обманешь и к речи своей не приложишь свершенья! Ну-ка, решись, – поклянись, Олимпиец, великою клятвой, Что над соседями всеми и вправду владыкою будет Тот из смертных мужей, от крови твоей происшедших, Кто, сегодня родившись, из женских выпадет бедер».

Ата, чтимая Зевсова дочь, которая в силах

Очень часто ахейцы, сердясь, про меня говорили И обвиняли меня. Но не я тут виновен, виновны Зевс и Судьба, и Эриния, в мраке бродящая вечном. Это они на собранье жестоко мой ум ослепили В день тот, когда самовластно я взял у Пелида добычу. Что ж бы я сделал? Свои божество ведь преследует цели, – Ата, чтимая Зевсова дочь, которая в силах Всех ослепить. У проклятой нежнейшие ноги. Не ходит Ими она по земле, – по людским головам выступает, Ум затемняя людей. Уж один-то из нас ей попался!

«Стало ли так уж нам лучше, Атрид Агамемнон, обоим, Мне и тебе, оттого, что за девушку, – пусть и с печалью, – Дух разрушающей распре мы в гневе своем предалися? Пусть бы ее на судах Артемида убила стрелою В день, как Лирнесс разоривши, меж пленниц я девушку выбрал! Сколько ахейских мужей земли не глодало б зубами, Пав под руками троянцев, пока я упорствовал в гневе! Гектору лишь и троянцам то было на пользу. Ахейцы Долго, я думаю, будут раздор наш губительный помнить! То, что случилось, оставим, однако, как ни было б горько. Пред неизбежностью дух свой в груди укротим поневоле. Гнев свой теперь на тебя прекращаю. Не следует злобы В сердце упорно питать мне. Но вот что: как можно скорее Длинноволосых ахейцев на бой возбуди жесточайший, Чтобы изведать я мог, с врагами сойдясь, – и теперь ли Возле судов ночевать они думают? Нет, я надеюсь! Радостно каждый из них утомленные склонит колени, Кто избежать нашей пики сумеет средь битвы кровавой!»

Все на собранье спешили, узнав, что Пелид быстроногий Снова явился, так долго чуждавшийся горестной битвы.

Вооружайся скорее на битву и силой оденься». Так говорила и дух многодерзостный сыну вдохнула