Цитаты из книги «Илиада»

Выступил Феб-Аполлон, готовя крылатые стрелы; Против Ареса пошла совоокая дева Афина; Гера богиня сошлась с Артемидою, сыплющей стрелы, Шумною, золотострельной, родною сестрой Дальновержца; Выступил против Лето могучий Гермес благодавец; Против Гефеста – поток широчайший, глубокопучинный: Боги зовут его Ксанфом, а смертные люди – Скамандром

Все затряслось, – основанья и главы богатой ключами Иды, суда меднолатных ахейцев и город троянцев.

К войску троянцев пошли: Apec, потрясающий шлемом, Феб, не стригущий волос, с Артемидою, сеющей стрелы, Ксанф-река и Лето с Афродитой улыбколюбивой.

Гера с Палладой-Афиной отправились в стан корабельный, В стан же пошли Посейдон земледержец, колеблющий землю, Также благодавец Гермес, выдающийся хитрым рассудком, С ними вместе побрел и Гефест, гордящийся силой;

Очень недолго они быстроногого сдержат Пелида.

Очень недолго они быстроногого сдержат Пелида. В трепет они приходили и раньше, его увидавши

Вы же, Все остальные, идите в ряды и троян и ахейцев

Вы же, Все остальные, идите в ряды и троян и ахейцев, Тем и другим помогайте, кому сочувствует каждый. Если ж один Ахиллес с троянцами будет сражаться, Очень недолго они быстроногого сдержат Пелида. В трепет они приходили и раньше, его увидавши, Нынче ж, когда он еще за товарища гневом пылает, Сам я боюсь, чтоб, судьбе вопреки, он стены не разрушил».

«Сын могучий Пелид, тебя еще нынче спасем мы. Но приближается день твой последний. Не мы в этом оба Будем повинны, а бог лишь великий с могучей судьбою. И не медлительность наша виною была, и не леность, Если похитили с тела Патрокла доспех твой троянцы. Бог, меж всех наилучший, рожденный Лето пышнокудрой, Сбил его в первых рядах и Гектору славу доставил. Хоть бы бежать наравне мы с дыханием стали Зефира, Ветра, быстрее которого нет, говорят, – но и сам ты Должен от мощного бога и смертного мужа погибнуть!»

В пору ль доспехи ему и легко ли в них движутся члены. Были доспехи, как крылья, на воздух они поднимали! Вынул потом из футляра отцовскую пику. Тяжел был Крепкий, огромный тот ясень; никто между прочих ахейцев Им не мог потрясать, – лишь один Ахиллес потрясал им