2

Начальник полиции Феликс Туманов с ненавистью окинул взглядом берег, кишевший специалистами всех мастей: полицейские опрашивали свидетелей, криминалисты работали с уликами, патрульные охраняли периметр и отгоняли от отгороженной территории зевак, стекавшихся с окрестных деревень поглазеть на «утопленников». Команда спасателей сворачивала оборудование, водолаз сидел на поваленном бревне и курил. Верх его заляпанного подсыхающим илом гидрокостюма, под которым виднелась теплая водолазка, был снят и болтался на поясе, очевидно сигнализируя о том, что работа подводника уже завершена.

Никто не обращал внимания на Туманова, подъехавшего на служебной машине пять минут назад, все были заняты. Рядом с кривым проселком, по недоразумению считающимся в этих краях грунтовой дорогой, образовалась стихийная парковка, тут теснились как попало брошенные автомобили самых разных инстанций. Начальник полиции вздохнул, поднял полицейскую ленту, поднырнул под нее и вошел на место предполагаемого преступления.

Истоптанная десятками ног влажная земля зачавкала под ботинками.

Осмотревшись по сторонам, Туманов увидел Алябьева, своего заместителя, разговаривающего с криминалистом из штатной дежурной группы судмедэкспертов, которого Туманов тоже узнал.

Почувствовав на себе взгляд, Алябьев поднял голову, изобразил рукой жест «узнавания» и мужчины двинулись навстречу начальству.

– Шеф! – подойдя, поприветствовал Алябьев начальника.

– Феликс Гурамович! – протянул руку для пожатия и криминалист.

Туманов поздоровался и ненадолго замолчал.

Теперь, прибыв на место и увидев все своими глазами, он понял, зачем подчиненные настаивали на его присутствии, и, главное, почему не хотели передавать оперативные сводки по телефону, а прислали за ним патрульную машину прямиком на дачу к мэру города, где начальник полиции проводил свой законный выходной день за дружеской беседой и поеданием шашлыков.

В первых сообщениях, полученных Тумановым и испортивших ему субботний отдых, речь шла о «красной тревоге», что не впечатлило начальника полиции, ибо, по его опыту, могло означать все что угодно. Сейчас, ознакомившись с фактурой, Туманов понял: рядовой выезд оперативников «убойного» отдела «на труп» на глазах оборачивается ЧП районного масштаба. Неожиданный «улов» если не превратит ситуацию во что-то кошмарное, то совершенно точно взбудоражит их сонное местечко. Так же, судя по всему, думали и окрестные обыватели, количество которых все увеличивалось. Народ жаждал зрелищ и тянулся к эпицентру событий. Слышались скандалы – полиция призывала население не напирать и не лезть за ограждение, любопытствующий народ огрызался и отходил назад, обменивался впечатлениями.

Начальник полиции недовольно поморщился:

– Что это за галдеж? Можно удалить отсюда… посторонних?

– Мы уже вызвали усиление, —отрапортовал заместитель.

– Мы тоже ждем дополнительный фургон и специалистов для работы с большим количеством человеческих останков, – добавил криминалист.

Туманов кивнул. В общих чертах он был в курсе ситуации: по дороге он выслушал отчет патрульного, который вез его на это чертово болото. Из сбивчивого рассказа подчиненного начальник полиции, привычно фиксируя главные вехи, восстановил хронологию событий.

Глупые киношники – вот еще очередной прыщ на заднице города! – зачем-то полезли ночью на болото, куда им соваться было категорически запрещено, и один из них, похоже, самый безмозглый, предсказуемо провалился в зыбун. Слава богу, не утонул, спасли. Благо, крякнулся в не самую топкую мочажину, разбавленную водой, что затормозило погружение и дурака спасли. Но, пока он дергался в трясине, всколыхнул торф, из которого и всплыл первый покойник. Прибывшие по вызову оперативники больше для успокоения совести привязали корягу к буксировочному тросу, забросили с берега в воду и – злая удача! – подцепили еще тело. Тут уже вызвали спасателей с лодкой и стали тралить по-серьезному: протащили тяжелую «кошку» «на моторе» и снова – «жмурик». Спустили в топь аквалангиста – та же история: извлеченные из водоворотов грязи новые трупы. Урочище Шушмор в который раз оправдало свою зловредную репутацию – Туманов не припоминал столь крупного массового захоронения на вверенной ему территории. Да что там! Такого количества болотных трупов, выловленных махом, Шушмор, поди, не видел с двенадцатого века, когда впервые начал упоминаться в источниках. Это просто скандал!

Начальника полиции посетило дурное предчувствие: ничем хорошим это странное дело не кончится. А уж когда о находке пронюхают журналюги… Он огладил пальцами усы и дал указание заместителю:

– Нужно установить пропускные пункты на прилегающих дорогах, нечего тут шнырять кому ни попадя, уж тем более стервятникам из прессы.

За спиной послышался шум.

Туманов развернулся и зажмурился ослепленный: в глаз ему светил солнечный луч, отраженный от стеклышка камеры смартфона – какой-то зевака из-за полицейской ленты снимал видео. За его спиной маячила толпа любопытствующих.

Начальник полиции раздраженно сморгнул:

– Приедет подкрепление, пусть пообщается со всеми этими… блогерами! – процедил он.

– Понял, — кивнул Алябьев.

– Хорошо, – сменил тон начальник, — какие первые выводы, где опергруппа? «Что я буду докладывать мэру?» – произнес он последнюю фразу уже про себя.

Заместитель покрутил головой и, найдя искомые фигуры в толпе специалистов, махнул рукой в их сторону. Туманов, не ожидая приглашения, энергично двинулся в указанном направлении, грязь захлюпала под ногами. Его спутники последовали за ним в почтительном молчании.

– Что здесь? – поинтересовался начальник полиции у склонившихся над экраном планшета мужчин.

Оперуполномоченный узнал шефа, отсалютовал приветствие и доложил:

– Карта болота.

– А точнее, контуры топи, — конкретизировал держащий планшет мужчина, представившийся главой группы спасателей. – Здесь вот наша мочажина, – обвел он пальцами воздух над экраном, – а тут – наложенная на нее схема траления.

– И о чем нам говорит этот план? – Туманов склонился над цифровой картой, внимательно изучая нанесенные на изображение стрелочки.

– Система наших болот состоит из торфяных массивов и обширных топей, — начал объяснять спасатель.

Начальник полиции нетерпеливо мотнул головой и, видя это, спасатель перешел сразу к сути:

– Некоторая часть топей проточная, но наше окно, которое подпитывается грунтовыми водами, – указал он рукой в сторону зеркальной глади мочажины. – Значит, трупы не могли приплыть извне, по течению.

– Следовательно, их привезли и сбросили прямо тут? Или последовательно сбрасывали в течение длительного времени, что еще хуже? – начал вскипать Туманов.

— Нет-нет, – поспешно вмешался криминалист. – Конечно, шли дожди, но первичный осмотр территории, анализ растительности, замеры состояния торфяной корки позволяют сделать выводы, что в этих местах долгое время не ступала нога человека. И колесного транспорта, – добавил он, предупреждая вопрос, уже готовящийся сорваться с губ шефа.

– И кто они тогда? – поинтересовался начальник полиции. – Их инопланетяне забросили?

«Я бы не удивился», — подумал до того молчавший оперуполномоченный, припомнив все таинственные случаи и легенды, связанные со здешней аномальной зоной, но вслух произнес другое: – Есть рабочая версия, что могли приплыть по подземным карстовым разломам…

— Псевдокарстовым, мы же в Подмосковье, – перебил спасатель. — Глинистый псевдокарст.

– По подземным водным каналам, которые сообщают болота между собой, — с нажимом произнес оперуполномоченный, недовольно взглянув на спасателя. – Мы запросим гидрогеологические карты этой местности, но не факт, что досконально изучены все болота и такие карты вообще существуют.

Внезапно подувший ветерок принес какой-то неприятный, тревожащий ноздри запах.

Туманов потер нос и спросил:

– А точно мы это узнать не можем? Что водолаз ваш говорит?

– Огромная мощность водоносного пласта… — спасатель, наткнулся на взгляд начинающего гневаться Туманова и, отбросив терминологию, перешел на понятный язык: — Это очень, очень глубокое болото. Большое расстояние между водной поверхностью и дном не позволяет установить его рельеф. Под водой – слой илистой взвеси, за которым могут быть десятки метров грязи, скрывающей бог знает что. Я не могу жертвовать аквалангистом ради призрачной цели.

Мужчины как по команде посмотрели на окруженную кочками и торфяными залежами черную масляную гладь топи, в лучах солнца напоминающую расплавленный гудрон.

– Да к тому же трупы могут оказаться весьма залежалыми, – успокоительно добавил оперуполномоченный, – тогда дело об убийстве можно будет закрыть за истечением срока давности. Это будет уже не наша проблема.

– Да, что с трупами? – поморщился начальник полиции, возвращаясь к неприятной цели своего визита.

– Они такие… своеобразные, — выразил всеобщее, судя по отсутствию возражений, мнение его заместитель.

3

Феликс Туманов медленно осмотрел место происшествия, стараясь запомнить детали, и вновь вернулся взглядом к группе людей, кучкующихся на безопасном отдалении от берега. Один человек кутался в спасательный плед и держал в руках термокружку, он о чем-то рассказывал остальным. О чем – этого начальник полиции разобрать не смог, но тон беседы был взволнованный.

– Это свидетели?

– Несостоявшийся утопленник с компанией, – ответил оперуполномоченный.

– Их допросили?

– Первым делом.

– Хорошо, – сменил тему начальник полиции, – где состоявшиеся утопленники?

– Там подальше, на берегу, – криминалист мотнул головой и удостоверился, что коллеги закончили первичную работу с телами и разошлись. – Ждем лабораторный фургон.

Туманов развернулся в сторону воды. Ветер, вдруг подувший с болота, принес облако неописуемой вони. Начальник полиции подавил рвотный рефлекс.

– Что за дерьмо?! – зажал он нос ладонью.

– Это… – Алябьев, которому начальник адресовал свой вопрос, не докончил фразу и закашлялся.

Воздушный порыв понес запах дальше и Туманов, не дожидаясь ответа, вышел на кромку берега. Здесь на брезентовых подстилках лежали останки. Начальник полиции с удивлением отметил, что воняло не от них. Помеченные криминалистическими цифровыми метками, тела выглядели фантасмагорически. Одни сохранились лучше, другим недоставало фрагментов, но все – с ярко-рыжими волосами и, по мнению Туманова, какие-то промаринованные… Нет, правильнее сказать, продубленные! О чем он немедленно и сообщил присутствующим.

Подчиненные полностью разделяли мнение начальства.

– Не хватало мне еще серийного маньяка, – озабоченно пробормотал Туманов.

– Почему маньяка? – удивился оперуполномоченный.

– Они все рыжие!

– Нет-нет, – поспешил заметить криминалист, – ржавыми их волосы сделала болотная вода, она содержит значительное количество окиси железа, ржавчины, вот при длительном… хранении… волосы и окрасились. А в остальном, вы ухватили суть: сохранность покойников – результат так называемого торфяного дубления, такая вот естественная консервация мертвого тела. Отсюда и темно-бурая кожа, и мягкие, похожие на прорезиненные, тела. Гуминовые кислоты растворили минералы из костей.

Начальник полиции с отвращением отвернулся, рассеянно похлопал по карманам, ища сигареты. Требовалось чем-то заглушить то и дело прилетающие порывы нестерпимого смрада.

– Есть закурить? – спросил он у заместителя, отходя дальше от страшных находок.

Алябьев с готовностью протянул шефу сигаретную пачку. Туманов выдохнул струю дыма и поинтересовался:

– То есть, это могут быть очень старые трупы?

– Срок давности по которым уже истек, – подтвердил его догадку оперуполномоченный.

Ему, как и начальнику, совершенно не хотелось ввязываться в расследование массовых убийств со всеми вытекающими последствиями в виде замаячивших «глухарей», назойливой прессы и внимания со стороны столичного начальства. А то, что такое внимание возникнет, он не сомневался.

– Не просто старые, а древние! – послышалось восклицание за спиной.

– Я же вас предупредил! – зашипел оперуполномоченный. – Еще раз сюда влезете, загремите на пятнадцать суток.

– Это еще кто такой? – Начальник полиции гневно сверкнул глазами на подчиненных.

Перед ними возник мужчина средних лет. В ярком клетчатом пиджаке, с платочком в нагрудном кармане, в круглых проволочных очках, отвратительно нарядный, он посмел встрять в разговор.

– Анатолий Куролепов, – отрекомендовался клетчатый.

За ним застыл подоспевший патрульный, пытаясь сообразить: отогнать ли прорвавшегося к начальству наглеца за ленточку или повременить.

– Я кандидат наук, исследователь фольклора, исторический консультант на кинокартине, – ничуть не смутившись, продолжил мужчина.

Туманов свирепо выпустил сигаретный дым через ноздри.

– Нам не требуются консультации фольклориста, господин Курощупов.

– Куро-ле-пов! – возмутился подошедший. – А я полагаю, как раз требуются! Вы наверняка не смотрели мой просветительский видеоблог в интернете.

Начальник полиции скривился.

– Не смотрели! – с сожалением заметил Куролепов. – А феномену болотных мумий я посвящал отдельный выпуск. – Он мотнул пухлым подбородком в сторону тел: – Это находка исторического значения. Ведь до сих пор болотных людей у нас не вылавливали, только в Северной Европе. Бесценное, бесценное открытие, требующее бережного обращения. Им же наверняка сотни лет.

– Проводите гражданина Куролапова за ограждение, – велел патрульному начальник полиции. – Чтобы я больше не видел посторонних на месте происшествия!

– Куро-ле-пова! – затряс щеками историк, под локоть увлекаемый патрульным с глаз начальства. – Все это требует тщательного изучения… – стихли его последние слова.

Туманов зажмурился, вздохнул и заставил себя снова поднять веки. Происходящее начинало его бесить. Кроме того глаза заслезились от вновь ударившего в ноздри мерзкого запаха протухшего сыра. Начальник полиции задумчиво затянулся остатком сигареты и осмотрелся в поисках источника вони, но увидел лишь пару белых манекенов, лежащих отдельно. Их, поди, тоже выловили из болота. Чертовы киношники! Мало от них проблем, еще и природу пластиком загадили. «Не забыть натравить на них экологический надзор», – мстительно сделал заметку в голове Туманов.

– Устроили бардак, – сварливо произнес он, не обращаясь особенно ни к кому. – Намусорили.

– Где? – удивился Алябьев.

– Да везде! Свалкой несет! На берегу вон набросали всяких… обмылков, – ткнул начальник полиции окурком в сторону лежащего реквизита.

Оперуполномоченный и криминалист переглянулись. Заместитель не сразу подавил приступ кашля.

– Что? – озадаченно спросил Туманов.

– Вы совершенно правы, – произнес криминалист. – Это тела в стадии омыления. Такое случается во влажной бескислородной среде, называется жировоск. Специально оставили их подальше из-за запаха. Ждем перевозку с герметичными пакетами.

Начальник полиции затянулся было тлеющим фильтром, но при этих словах подавился и тоже раскашлялся.

– Тогда какого черта у вас вокруг улик все время крутится какой-то сброд? Это кто?! – повысил Туманов голос.

Светловолосый человек, из-за которого начальник полиции окончательно разъярился, перестал снимать тела на смартфон и повернулся в сторону шума. Другой рукой он держал у носа бумажную салфетку, поэтому Туманов не мог в точности определить личность незнакомца. Но тот факт, что ни один специалист не приедет на место преступления в такой неподходящей светлой одежде, убедил начальника полиции, что перед ним очередной праздношатающийся любитель сенсаций.

– Эй, сюда иди! – позвал Туманов блондина.

Тот неспешно убрал телефон в карман пиджака и двинулся навстречу полицейским.

Туманов злобно посмотрел на подошедшего и протянул руку.

– Снимать нельзя, придется удалить кадры. – он пошевелил пальцами, понуждая блондина отдать ему телефон.

– Боюсь, не могу этого сделать, материал может понадобиться мне для работы, – вежливо ответил незнакомец.

Начальник полиции почувствовал, как рвется наружу заклокотавший внутри гнев. Какая наглость!

– Кажется, кто-то все же сегодня получит пятнадцать суток, – обратился он к своей свите и зло прищурился. – Ну и для какой работы нам нужны не подлежащие обнародованию кадры? – вперился он в блондина. – Газета? Телеканал? Видеоблог?

– Следственный комитет.

– Ах во-от как, – протянул Туманов, все еще не веря незнакомцу. – Может, у вас и удостоверение имеется?

Блондин извлек из кармана «корочки» и почтительно протянул начальнику полиции.

– Райенвальд Максим Рудольфович, следователь по особо важным делам, – прочитал Туманов вслух, после тщательного изучения документа убедившись в его подлинности.

Следователь кивнул.

– Как же вы, Максим Рудольфович, так быстро приехали на место происшествия? – начальник полиции вернул удостоверение. – Мы еще сами не успели уголовное дело возбудить, а Комитет уже ведет следствие?

– Скорее, доследственную проверку, – ответил Райенвальд.

– То есть Решения о проведении предварительного следствия у вас не имеется? – обрадовался Туманов.

– Нет, просто недалеко находился и заехал.

– Но вы же видите, что это очень старые трупы, и не исключено, что даже не криминальные. Они, может, вообще все – жертвы какой-нибудь древней чумы, – махнул рукой Туманов.

– Насколько старые – покажут лабораторные исследования, – добродушно заметил следователь.

– Радиоуглеродная датировка, – подсказал криминалист, поймав взгляд Туманова.

– Именно, – согласился Райенвальд. – Все-таки крупное массовое захоронение. Извините, господа, вынужден вас оставить, у меня еще встречи.

С этими словами следователь кивнул, развернулся и энергично зашагал прочь.

Туманов проводил его взглядом. Вот же столичный выпендрёжник! Даже замшевых ботинок не пожалел, по щиколотку вон торфом испачкался. Не хватало только заинтересовать Москву. Дурное предчувствие, посетившее начальника полиции по приезду, начало сбываться, по его мнению, слишком быстро. Дело не только не закончилось ничем хорошим, а на глазах приобретало дурной оборот. Не найдя, куда пристроить погасший окурок, Туманов с раздражением сунул его заместителю и спешно покинул место происшествия.