2

Начальник полиции Феликс Туманов с ненавистью окинул взглядом берег, кишевший специалистами всех мастей: полицейские опрашивали свидетелей, криминалисты работали с уликами, патрульные охраняли периметр и отгоняли от отгороженной территории зевак, стекавшихся с окрестных деревень поглазеть на «утопленников». Команда спасателей сворачивала оборудование, водолаз сидел на поваленном бревне и курил. Верх его заляпанного подсыхающим илом гидрокостюма, под которым виднелась теплая водолазка, был снят и болтался на поясе, очевидно сигнализируя о том, что работа подводника уже завершена.

Никто не обращал внимания на Туманова, подъехавшего на служебной машине пять минут назад, все были заняты. Рядом с кривым проселком, по недоразумению считающимся в этих краях грунтовой дорогой, образовалась стихийная парковка, тут теснились как попало брошенные автомобили самых разных инстанций. Начальник полиции вздохнул, поднял полицейскую ленту, поднырнул под нее и вошел на место предполагаемого преступления.

Истоптанная десятками ног влажная земля зачавкала под ботинками.

Осмотревшись по сторонам, Туманов увидел Алябьева, своего заместителя, разговаривающего с криминалистом из штатной дежурной группы судмедэкспертов, которого Туманов тоже узнал.

Почувствовав на себе взгляд, Алябьев поднял голову, изобразил рукой жест «узнавания» и мужчины двинулись навстречу начальству.

– Шеф! – подойдя, поприветствовал Алябьев начальника.

– Феликс Гурамович! – протянул руку для пожатия и криминалист.

Туманов поздоровался и ненадолго замолчал.

Теперь, прибыв на место и увидев все своими глазами, он понял, зачем подчиненные настаивали на его присутствии, и, главное, почему не хотели передавать оперативные сводки по телефону, а прислали за ним патрульную машину прямиком на дачу к мэру города, где начальник полиции проводил свой законный выходной день за дружеской беседой и поеданием шашлыков.

В первых сообщениях, полученных Тумановым и испортивших ему субботний отдых, речь шла о «красной тревоге», что не впечатлило начальника полиции, ибо, по его опыту, могло означать все что угодно. Сейчас, ознакомившись с фактурой, Туманов понял: рядовой выезд оперативников «убойного» отдела «на труп» на глазах оборачивается ЧП районного масштаба. Неожиданный «улов» если не превратит ситуацию во что-то кошмарное, то совершенно точно взбудоражит их сонное местечко. Так же, судя по всему, думали и окрестные обыватели, количество которых все увеличивалось. Народ жаждал зрелищ и тянулся к эпицентру событий. Слышались скандалы – полиция призывала население не напирать и не лезть за ограждение, любопытствующий народ огрызался и отходил назад, обменивался впечатлениями.

Начальник полиции недовольно поморщился:

– Что это за галдеж? Можно удалить отсюда… посторонних?

– Мы уже вызвали усиление, —отрапортовал заместитель.

– Мы тоже ждем дополнительный фургон и специалистов для работы с большим количеством человеческих останков, – добавил криминалист.

Туманов кивнул. В общих чертах он был в курсе ситуации: по дороге он выслушал отчет патрульного, который вез его на это чертово болото. Из сбивчивого рассказа подчиненного начальник полиции, привычно фиксируя главные вехи, восстановил хронологию событий.

Глупые киношники – вот еще очередной прыщ на заднице города! – зачем-то полезли ночью на болото, куда им соваться было категорически запрещено, и один из них, похоже, самый безмозглый, предсказуемо провалился в зыбун. Слава богу, не утонул, спасли. Благо, крякнулся в не самую топкую мочажину, разбавленную водой, что затормозило погружение и дурака спасли. Но, пока он дергался в трясине, всколыхнул торф, из которого и всплыл первый покойник. Прибывшие по вызову оперативники больше для успокоения совести привязали корягу к буксировочному тросу, забросили с берега в воду и – злая удача! – подцепили еще тело. Тут уже вызвали спасателей с лодкой и стали тралить по-серьезному: протащили тяжелую «кошку» «на моторе» и снова – «жмурик». Спустили в топь аквалангиста – та же история: извлеченные из водоворотов грязи новые трупы. Урочище Шушмор в который раз оправдало свою зловредную репутацию – Туманов не припоминал столь крупного массового захоронения на вверенной ему территории. Да что там! Такого количества болотных трупов, выловленных махом, Шушмор, поди, не видел с двенадцатого века, когда впервые начал упоминаться в источниках. Это просто скандал!

Начальника полиции посетило дурное предчувствие: ничем хорошим это странное дело не кончится. А уж когда о находке пронюхают журналюги… Он огладил пальцами усы и дал указание заместителю:

– Нужно установить пропускные пункты на прилегающих дорогах, нечего тут шнырять кому ни попадя, уж тем более стервятникам из прессы.

За спиной послышался шум.

Туманов развернулся и зажмурился ослепленный: в глаз ему светил солнечный луч, отраженный от стеклышка камеры смартфона – какой-то зевака из-за полицейской ленты снимал видео. За его спиной маячила толпа любопытствующих.

Начальник полиции раздраженно сморгнул:

– Приедет подкрепление, пусть пообщается со всеми этими… блогерами! – процедил он.

– Понял, — кивнул Алябьев.

– Хорошо, – сменил тон начальник, — какие первые выводы, где опергруппа? «Что я буду докладывать мэру?» – произнес он последнюю фразу уже про себя.

Заместитель покрутил головой и, найдя искомые фигуры в толпе специалистов, махнул рукой в их сторону. Туманов, не ожидая приглашения, энергично двинулся в указанном направлении, грязь захлюпала под ногами. Его спутники последовали за ним в почтительном молчании.

– Что здесь? – поинтересовался начальник полиции у склонившихся над экраном планшета мужчин.

Оперуполномоченный узнал шефа, отсалютовал приветствие и доложил:

– Карта болота.

– А точнее, контуры топи, — конкретизировал держащий планшет мужчина, представившийся главой группы спасателей. – Здесь вот наша мочажина, – обвел он пальцами воздух над экраном, – а тут – наложенная на нее схема траления.

– И о чем нам говорит этот план? – Туманов склонился над цифровой картой, внимательно изучая нанесенные на изображение стрелочки.

– Система наших болот состоит из торфяных массивов и обширных топей, — начал объяснять спасатель.

Начальник полиции нетерпеливо мотнул головой и, видя это, спасатель перешел сразу к сути:

– Некоторая часть топей проточная, но наше окно, которое подпитывается грунтовыми водами, – указал он рукой в сторону зеркальной глади мочажины. – Значит, трупы не могли приплыть извне, по течению.

– Следовательно, их привезли и сбросили прямо тут? Или последовательно сбрасывали в течение длительного времени, что еще хуже? – начал вскипать Туманов.

— Нет-нет, – поспешно вмешался криминалист. – Конечно, шли дожди, но первичный осмотр территории, анализ растительности, замеры состояния торфяной корки позволяют сделать выводы, что в этих местах долгое время не ступала нога человека. И колесного транспорта, – добавил он, предупреждая вопрос, уже готовящийся сорваться с губ шефа.

– И кто они тогда? – поинтересовался начальник полиции. – Их инопланетяне забросили?

«Я бы не удивился», — подумал до того молчавший оперуполномоченный, припомнив все таинственные случаи и легенды, связанные со здешней аномальной зоной, но вслух произнес другое: – Есть рабочая версия, что могли приплыть по подземным карстовым разломам…

— Псевдокарстовым, мы же в Подмосковье, – перебил спасатель. — Глинистый псевдокарст.

– По подземным водным каналам, которые сообщают болота между собой, — с нажимом произнес оперуполномоченный, недовольно взглянув на спасателя. – Мы запросим гидрогеологические карты этой местности, но не факт, что досконально изучены все болота и такие карты вообще существуют.

Внезапно подувший ветерок принес какой-то неприятный, тревожащий ноздри запах.

Туманов потер нос и спросил:

– А точно мы это узнать не можем? Что водолаз ваш говорит?

– Огромная мощность водоносного пласта… — спасатель, наткнулся на взгляд начинающего гневаться Туманова и, отбросив терминологию, перешел на понятный язык: — Это очень, очень глубокое болото. Большое расстояние между водной поверхностью и дном не позволяет установить его рельеф. Под водой – слой илистой взвеси, за которым могут быть десятки метров грязи, скрывающей бог знает что. Я не могу жертвовать аквалангистом ради призрачной цели.

Мужчины как по команде посмотрели на окруженную кочками и торфяными залежами черную масляную гладь топи, в лучах солнца напоминающую расплавленный гудрон.

– Да к тому же трупы могут оказаться весьма залежалыми, – успокоительно добавил оперуполномоченный, – тогда дело об убийстве можно будет закрыть за истечением срока давности. Это будет уже не наша проблема.

– Да, что с трупами? – поморщился начальник полиции, возвращаясь к неприятной цели своего визита.

– Они такие… своеобразные, — выразил всеобщее, судя по отсутствию возражений, мнение его заместитель.

3

Феликс Туманов медленно осмотрел место происшествия, стараясь запомнить детали, и вновь вернулся взглядом к группе людей, кучкующихся на безопасном отдалении от берега. Один человек кутался в спасательный плед и держал в руках термокружку, он о чем-то рассказывал остальным. О чем – этого начальник полиции разобрать не смог, но тон беседы был взволнованный.

– Это свидетели?

– Несостоявшийся утопленник с компанией, – ответил оперуполномоченный.

– Их допросили?

– Первым делом.

– Хорошо, – сменил тему начальник полиции, – где состоявшиеся утопленники?

– Там подальше, на берегу, – криминалист мотнул головой и удостоверился, что коллеги закончили первичную работу с телами и разошлись. – Ждем лабораторный фургон.

Туманов развернулся в сторону воды. Ветер, вдруг подувший с болота, принес облако неописуемой вони. Начальник полиции подавил рвотный рефлекс.

– Что за дерьмо?! – зажал он нос ладонью.

– Это… – Алябьев, которому начальник адресовал свой вопрос, не докончил фразу и закашлялся.

Воздушный порыв понес запах дальше и Туманов, не дожидаясь ответа, вышел на кромку берега. Здесь на брезентовых подстилках лежали останки. Начальник полиции с удивлением отметил, что воняло не от них. Помеченные криминалистическими цифровыми метками, тела выглядели фантасмагорически. Одни сохранились лучше, другим недоставало фрагментов, но все – с ярко-рыжими волосами и, по мнению Туманова, какие-то промаринованные… Нет, правильнее сказать, продубленные! О чем он немедленно и сообщил присутствующим.

Подчиненные полностью разделяли мнение начальства.

– Не хватало мне еще серийного маньяка, – озабоченно пробормотал Туманов.

– Почему маньяка? – удивился оперуполномоченный.

– Они все рыжие!

– Нет-нет, – поспешил заметить криминалист, – ржавыми их волосы сделала болотная вода, она содержит значительное количество окиси железа, ржавчины, вот при длительном… хранении… волосы и окрасились. А в остальном, вы ухватили суть: сохранность покойников – результат так называемого торфяного дубления, такая вот естественная консервация мертвого тела. Отсюда и темно-бурая кожа, и мягкие, похожие на прорезиненные, тела. Гуминовые кислоты растворили минералы из костей.

Начальник полиции с отвращением отвернулся, рассеянно похлопал по карманам, ища сигареты. Требовалось чем-то заглушить то и дело прилетающие порывы нестерпимого смрада.

– Есть закурить? – спросил он у заместителя, отходя дальше от страшных находок.

Алябьев с готовностью протянул шефу сигаретную пачку. Туманов выдохнул струю дыма и поинтересовался:

– То есть, это могут быть очень старые трупы?

– Срок давности по которым уже истек, – подтвердил его догадку оперуполномоченный.

Ему, как и начальнику, совершенно не хотелось ввязываться в расследование массовых убийств со всеми вытекающими последствиями в виде замаячивших «глухарей», назойливой прессы и внимания со стороны столичного начальства. А то, что такое внимание возникнет, он не сомневался.

– Не просто старые, а древние! – послышалось восклицание за спиной.

– Я же вас предупредил! – зашипел оперуполномоченный. – Еще раз сюда влезете, загремите на пятнадцать суток.

– Это еще кто такой? – Начальник полиции гневно сверкнул глазами на подчиненных.

Перед ними возник мужчина средних лет. В ярком клетчатом пиджаке, с платочком в нагрудном кармане, в круглых проволочных очках, отвратительно нарядный, он посмел встрять в разговор.

– Анатолий Куролепов, – отрекомендовался клетчатый.

За ним застыл подоспевший патрульный, пытаясь сообразить: отогнать ли прорвавшегося к начальству наглеца за ленточку или повременить.

– Я кандидат наук, исследователь фольклора, исторический консультант на кинокартине, – ничуть не смутившись, продолжил мужчина.

Туманов свирепо выпустил сигаретный дым через ноздри.

– Нам не требуются консультации фольклориста, господин Курощупов.

– Куро-ле-пов! – возмутился подошедший. – А я полагаю, как раз требуются! Вы наверняка не смотрели мой просветительский видеоблог в интернете.

Начальник полиции скривился.

– Не смотрели! – с сожалением заметил Куролепов. – А феномену болотных мумий я посвящал отдельный выпуск. – Он мотнул пухлым подбородком в сторону тел: – Это находка исторического значения. Ведь до сих пор болотных людей у нас не вылавливали, только в Северной Европе. Бесценное, бесценное открытие, требующее бережного обращения. Им же наверняка сотни лет.

– Проводите гражданина Куролапова за ограждение, – велел патрульному начальник полиции. – Чтобы я больше не видел посторонних на месте происшествия!

– Куро-ле-пова! – затряс щеками историк, под локоть увлекаемый патрульным с глаз начальства. – Все это требует тщательного изучения… – стихли его последние слова.

Туманов зажмурился, вздохнул и заставил себя снова поднять веки. Происходящее начинало его бесить. Кроме того глаза заслезились от вновь ударившего в ноздри мерзкого запаха протухшего сыра. Начальник полиции задумчиво затянулся остатком сигареты и осмотрелся в поисках источника вони, но увидел лишь пару белых манекенов, лежащих отдельно. Их, поди, тоже выловили из болота. Чертовы киношники! Мало от них проблем, еще и природу пластиком загадили. «Не забыть натравить на них экологический надзор», – мстительно сделал заметку в голове Туманов.

– Устроили бардак, – сварливо произнес он, не обращаясь особенно ни к кому. – Намусорили.

– Где? – удивился Алябьев.

– Да везде! Свалкой несет! На берегу вон набросали всяких… обмылков, – ткнул начальник полиции окурком в сторону лежащего реквизита.

Оперуполномоченный и криминалист переглянулись. Заместитель не сразу подавил приступ кашля.

– Что? – озадаченно спросил Туманов.

– Вы совершенно правы, – произнес криминалист. – Это тела в стадии омыления. Такое случается во влажной бескислородной среде, называется жировоск. Специально оставили их подальше из-за запаха. Ждем перевозку с герметичными пакетами.

Начальник полиции затянулся было тлеющим фильтром, но при этих словах подавился и тоже раскашлялся.

– Тогда какого черта у вас вокруг улик все время крутится какой-то сброд? Это кто?! – повысил Туманов голос.

Светловолосый человек, из-за которого начальник полиции окончательно разъярился, перестал снимать тела на смартфон и повернулся в сторону шума. Другой рукой он держал у носа бумажную салфетку, поэтому Туманов не мог в точности определить личность незнакомца. Но тот факт, что ни один специалист не приедет на место преступления в такой неподходящей светлой одежде, убедил начальника полиции, что перед ним очередной праздношатающийся любитель сенсаций.

– Эй, сюда иди! – позвал Туманов блондина.

Тот неспешно убрал телефон в карман пиджака и двинулся навстречу полицейским.

Туманов злобно посмотрел на подошедшего и протянул руку.

– Снимать нельзя, придется удалить кадры. – он пошевелил пальцами, понуждая блондина отдать ему телефон.

– Боюсь, не могу этого сделать, материал может понадобиться мне для работы, – вежливо ответил незнакомец.

Начальник полиции почувствовал, как рвется наружу заклокотавший внутри гнев. Какая наглость!

– Кажется, кто-то все же сегодня получит пятнадцать суток, – обратился он к своей свите и зло прищурился. – Ну и для какой работы нам нужны не подлежащие обнародованию кадры? – вперился он в блондина. – Газета? Телеканал? Видеоблог?

– Следственный комитет.

– Ах во-от как, – протянул Туманов, все еще не веря незнакомцу. – Может, у вас и удостоверение имеется?

Блондин извлек из кармана «корочки» и почтительно протянул начальнику полиции.

– Райенвальд Максим Рудольфович, следователь по особо важным делам, – прочитал Туманов вслух, после тщательного изучения документа убедившись в его подлинности.

Следователь кивнул.