Цитаты из книг автора «Жорж Сименон»

А ведь когда-то Жанна была красива. Она любила Малика, который использовал ее в своих интересах, как любого другого, с кем бы его ни сводила судьба. Теперь, спустя много лет, любовь к нему соединилась у Жанны с ненавистью, злоба и ожесточение – с животной преданностью. Ею владели противоречивые чувства к этому человеку, иногда появлявшемуся у нее в доме, чтобы отдать приказание.

Он вошел с видом завсегдатая. – Здравствуй, Жанна. – Что вам угодно, месье Малик? – Я пришел, чтобы спросить у тебя… Внезапно он осекся, уставился на Мегрэ и вдруг, улыбнувшись, воскликнул: – Жюль! Вот это да!.. А ты что здесь делаешь? – Простите…

У меня была внучка, единственная внучка – дочь этого проклятого Малика! Малик – фамилия моего зятя. Это вы тоже должны знать. Шарль Малик… Моей внучке, Моните, на будущей неделе исполнилось бы восемнадцать лет… – Вы хотите сказать, что она умерла? – Ровно неделю назад. Позавчера мы ее похоронили. Ее тело прибило к нижней плотине… А раз Бернадетта Аморель говорит вам, что это не несчастный случай, вы должны ей верить. Монита плавала как рыба. Кое-кто попытается вас убедить, что она была неосторожной, любила купаться в одиночестве в шесть часов утра, а иногда даже ночью. И все-таки утонуть она не могла! А если они будут твердить, что она, быть может, хотела покончить с собой, скажите им, что они лгут.

Возьмите! – И старуха протянула ему несколько франков. – Простите, мадам Аморель, но я вынужден отказаться. Видите ли, я и есть бывший комиссар Мегрэ. И тут старуха изрекла фразу, которая им надолго запомнилась. Оглядев его с ног, обутых в сабо, до растрепанных волос – он успел снять свою соломенную шляпу, – она проронила: – Ну, если вам так угодно…

И все же он им показал… Да, показал!

чего-то добились в своем деле. – В том числе и убийц? – Вот вы мне вчера рассказали историю, которая меня не касается и которую я, впрочем, уже успел забыть, а сегодня утром являетесь снова, чтобы поведать мне следующую главу этой истории, но я вовсе не желаю ее знать. Вы толковый человек и, видимо, храбрый. У вас приличная репутация. Я не знаю, просили ли вас господа из ФБР заняться этим делом, но я могу это предположить. И поэтому должен вам сказать: бросьте все это!

Вот в этом и заключается вся разница, Мегрэ, разница между любителями и профессионалами. Я вам как будто уже

что обычно ваши партнеры – любители. А за океаном нет любителей. И там редко удается заставить говорить человека, если он решил молчать.

В Париже вы слывете великим человеком, и люди уверяют, что вы почти всегда добиваетесь своего. Хотите, я вам скажу, почему вам это удается?

Все в полном порядке. Ничто не говорило о присутствии здесь живого человека.