–– Швейцария… Швейцария… – Задумчиво повторила я. Игорь коснулся моей руки и выжидающе посмотрел на меня… – Знаешь, и правда было бы неплохо ненадолго уехать. Компания без меня за короткий промежуток времени точно не развалится…– Согласилась я.

РИММА.

Не выспавшемуся после бурной ночи с друзьями в клубе следователю Валентину Леонидовичу Ермакову в понедельник на утренней планерке было выдано на проверку новое дело для проведения предварительного следствия.

Двое людей погибли в автомобильной аварии.

Широко зевнув, Ермаков безразлично сунул папку под мышку и направился в свой кабинет. Отправив несколько сообщений своим друзьям, он принялся мечтать о горячем борще и о предстоящем вечернем походе в ресторан.

Следователь Ермаков был молод и ему хотелось постоянно быть в центре всех событий ночной жизни города N, что в центральном отделении полиции не совсем приветствовалось, но так как он, по словам начальника, был «парень с головой», особых проблем пока не возникало.

В дверь без стука вошла его коллега Римма Георгиевна Кравченко. Она была на семь лет старше Ермакова, но тщательно следила за собой, поэтому возраст и наложивший отпечаток профессиональный опыт службы в полиции выдавал при хорошем рассмотрении лишь ее тяжелый взгляд. Ермакову, сидящему с больной головой и кислым лицом, сейчас было совсем не до разговоров.

–– Что, аспирин закончился? – Усмехнулась Римма и направилась к кофе-машине. – Тебе не надоело всю ночь в клубах отжигать, как подросток? Вон, смотри, сколько дел накопилось. – Провела она рукой по папкам, что лежали в беспорядке на столе рядом с кофе-машиной. – Догуляешься, выпрут со службы.

–– Ой, Рим, не начинай, а? Знаешь ведь, я шустрый. Все успею.

–– Держи, – поставила она перед коллегой кружку горячего кофе. –Ермаков, так дальше не пойдет. По отделению из каждого угла слухи ползут о твоей ночной жизни.

–– Не ходи по углам, значит, – огрызнулся Ермаков в ответ.

–– Я ведь о тебе беспокоюсь, как старший товарищ. – Римма присела на стул, расположенный около его рабочего стола, и закинула ногу на ногу. – Ты дело успел просмотреть, которое тебе на планерке от Кострова досталось?

–– Да что там смотреть? Все просто: водитель был нетрезвым. У него была обнаружена высокая доза алкоголя в крови. Летел на высокой скорости по трассе, с управлением не справился.

–– Экспертиза машины сделана была?

–– Нет еще. – Тогда рано говорить о чем-либо, – констатировала Римма. – Надо все проверить. Не отлынивай от работы.

–– Вот ты прицепилась, словно клещ! Что на тебя нашло сегодня? Тебе надо, ты и проверяй. Римма Георгиевна, голова просто раскалывается. Отстань, а? Сделаю я предварительное по-быстренькому, не выходя из кабинета, и закрою за отсутствием состава преступления. Всё! – Перетер Ермаков ладонями в воздухе.

–– Я бы на твоем месте так не торопилась.

–– Ну, конечно, тебя ведь выполнение рабочего плана к концу года не волнует.

–– Если честно, Ермаков, у меня на такие вот дела шестое чувство… Ты видел, на основании чьего заявления требуют возбудить уголовное дело?

–– Прокурора города Митрохина.

–– Митрохина, – передразнила его Римма. – Ты же не дурак! Такие люди просто так заявление писать не будут. Спорим, что я обязательно найду какие-нибудь зацепки? – Решила она возбудить в Валентине профессиональный спортивный интерес, на что тот вяло ответил:

–– Ой, да забирай все дело, Кравченко. И вместо того, чтобы втянуться с ней как обычно в спор, он протянул ей папку:

–– Держи, расследуй на здоровье, если у тебя так много времени свободного и уже всех бандитов ты отправила отбывать наказание.

Римма, не обращая внимание на сарказм Ермакова, открыла папку и внимательно посмотрела на фотографии с места происшествия, затем на заключения экспертов.

«Странно, – подумала она, – есть все отчеты, кроме экспертизы по исправности самого автомобиля».

–– Валь, ты знаешь, кем был погибший Войков? – Она похлопала себя по карманам юбки и вспомнила, что специально оставила сигареты в машине, чтобы сократить немного их потребление.

–– Кем?

–– Войков Юрий Фёдорович, бизнесмен. Помнишь такую рекламу, где из костюма коровы выскакивает мужик и орет, что местные молочные продукты – самые лучшие.

–– Помню.

–– Его маркетинговая компания занималась продвижением этого товара и рекламой.

–– Ааа… – Зевнул Ермаков.

–– Чтобы ты понимал, он достаточно известный в городе человек. У него связи в правительстве края…

–– Ну и что? Он не мог напиться, как обычные люди? – Откинулся на спинку стула Ермаков.

–– Напиться- то он мог. А вот разбиться таким образом, на вряд ли. Такие люди так просто в автомобильных авариях не погибают… Еще и жена в машине была…

–– Ой, следователь Кравченко, как вы мне надоели уже с утра пораньше. Что ты ко мне пристала, Римм? Бери уже это дело себе.

–– Вот и возьму! – Захлопнула она папку и поднялась со стула. –И начну, пожалуй, с опроса свидетелей и экспертизы авто.

–– Да, да! Разберись, поди. Найди виновных, в виде отказавших тормозов и выпитой водки. Аспирин, если, где увидишь, будь человеком, занеси мне, – попросил Ермаков и послал ей воздушный поцелуй. Последние его слова Римма не услышала. Это новое дело полностью захватило ее внимание.

Кравченко любила свою работу и за годы службы в полиции ей было поручено немало важных и сложных дел. Ее умение обращать внимание на мелкие детали, способность не лениться и перепроверять, сопоставлять факты, логика и острое мышление, несомненно делали ее успешным следователем.

Вот и сейчас, взяв в руки папку, она медленно шла к своей машине.

Внутренний голос говорил ей о том, что эта смертельная автомобильная авария – вовсе не случайность. Смерть четы Войковых могла вполне быть заказным убийством.

Выкурив сигарету в машине, после недолгих раздумий Кравченко приняла решение поехать в прокуратуру, чтобы поговорить с самим Митрохиным.

Ермаков, конечно бы, этого не одобрил. Только спрашивать его она не собиралась.

В этом была вся Римма – если ей загорелось, то остановить ее было невозможно. Она никогда не колебалась при принятии решений, наоборот, действовала быстро и четко. К тому же в чужом мнении о том, как вести теперь уже ее дело, она не нуждалась. Прокурор Митрохин словно ждал ее появления, и когда Римма вошла в кабинет, расплылся в очаровательной улыбке:

–– Кравченко! Какой сюрприз! Кофе?

–– И пепельницу, – она достала из кармана пачку сигарет и положила на стол. – Вон, видишь, какое дело интересное прямо из рук следователя Ермакова вырвала, не хотел отдавать.

–– Протянула она ему папку и подкурила сигарету.

Митрохин открыл папку и, увидев содержимое, вздохнул:

–– Ну, у тебя и начальство. Я думал, Костров как-то посерьёзней отнесётся, вместо того, чтобы отдавать дело ещё зелёному молодому следователю.

–– Ермаков не такой неопытный, каким, возможно, кажется. Он хорошо справляется со своей работой. Но отрицать не буду, он не увидел ничего, повторюсь, абсолютно ничего, странного в том, что бизнесмен Войков и его жена разбились на машине… Поэтому… – Постучала она ногтями по столу. – Предварительное расследование по твоему заявлению буду проводить я.

–– Ох, Римма, не хотел бы я тебя в это втягивать.

–– Сереженька, поздно. Я уже засунула свой нос в эту папку. И в это дело. Так что давай не будем тянуть кота за хвост. Что ты думаешь на самом деле произошло? Откуда ты знаешь Войкова, и почему ты подал заявление? – Римма достала из сумки блокнот, взяла ручку в левую руку, в правой держа сигарету, и приготовилась писать.

–– Войкова я знаю… знал, еще с восьмидесятых годов. Хороший был мужик. Порядочный. Мы долгое время были в одной компании, часто отдыхали вместе. Знаешь, он был успешным коммерсантом по тем временам, и деньги у него всегда водились. Потом он встретил Ираиду, и наши гулянки закончились. Он сильно влюбился и женился на ней, удочерил ее дочь Валерию от первого брака. Затем у него появилась ещё одна дочь, общая с Ираидой, Вероника. В ночь, когда случилась эта трагедия, они возвращались со свадьбы дочери. Я на ней тоже был.

–– Свадьбы дочери… Какой? Валерии или Вероники? – Делала пометки в свой блокнот Римма.

–– Младшей. Вероники. Она вышла замуж за Вадима Крылова. Он работал в компании Войкова. Тот ещё тип. Неприятный очень. Знаешь, у таких на лбу написано «охотник за деньгами». Если бы не он, то Юрку домой бы отвёз водитель.

–– А подробнее?

–– Когда Юрий с его женой засобирались поехать домой, Крылов настоял, чтобы водитель остался и отвез домой новобрачных.

–– Что нельзя было вызвать такси? Или кто-то из друзей не мог довести новобрачных до дома? Непродуманно как-то для свадьбы, не находишь?

–– Я присутствовал во время разговора и все слышал. Попытался Юрку остановить, вразумить как-то, все-таки он прилично выпил этим вечером. Но он уперся, словно баран, мол, сам сяду за руль и все тут.

–– Судя по результату, твои уговоры не помогли. В следующий раз настаивай сильнее, – выдала на-гора Римма и тут же прикусила язык. – Прости. В общем, он не послушал никого и решил сесть за руль сам. И что в итоге, думаешь, не справился с управлением?

–– Я на днях сам лично отправил машину на независимую экспертизу. В проверенное место, где мне скажут правду, а не дадут липовый документ. Мое предположение – его убили.

–– Причина? – Причина мне не совсем ясна, так как Войков был достаточно прозрачен. Никакого темного бизнеса. Но все-таки кому-то он мешал.

–– Кому?

–– А это уже твоя задача, следователь Кравченко, найти виновных. – Развел он руками.

–– Думаешь, работает организованная преступная группировка?

–– Не обязательно. Мог быть у кого-то личный интерес.

–– Конкурент?

––Я бы на твоем месте вызвал на допрос этого Крылова. Мутный он тип.

–– Вызову.

Они оба замолчали. Римма продолжала курить и разглядывать мирное лицо Митрохина.

Совсем за эти годы не изменился. Сидит спокойный, словно удав. И как ему всегда удается сохранять душевное равновесие при его работе?

Ей всегда приходилось находить, куда выплеснуть эмоции и негативную энергию, скопившуюся за весь день: бассейн, класс по кикбоксингу, горячая ванна и, на худой конец, несколько стаканов мартини в баре, расположенном на углу ее дома.

–– Как ты поживаешь? – Вдруг поинтересовался он.

–– Дел невпроворот. – Я имел в виду в личном плане.

–– Мы ведь договорились не обсуждать это, – затушила она сигарету в пепельницу и поднялась со стула.

–– Все, мне пора. Я буду держать тебя в курсе происходящего.

–– Я скучаю по тебе. А ты?

–– Что я?

–– Ты по мне скучаешь? – Сергей, не надо этих разговоров, – она подошла к нему и погладила его по гладко-выбритой щеке, заглянув ему прямо в глаза. – Не терзай себя больше. Оно того не стоит.

–– Ты даже не знаешь, Кравченко, о чем говоришь… – Поймал он губами пальцы ее руки. Римма прижалась к нему, и Сергей погладил ее по голове.

–– Мне, правда, пора…– Вздохнула Римма и оторвалась от него.

Стараясь больше не смотреть на Митрохина, Римма взяла со стола папку, засунула блокнот, ручку и пачку сигарет обратно в сумку, и, не оборачиваясь, вышла из кабинета. Кажется, в этот раз Кравченко, всегда принимавшая решения молниеносно, не взвесила все «за» и «против».

Было ли правильным, с точки зрения профессионала, взяться за дело, в котором заявителем был ее бывший мужчина, проживший вместе с ней под одной крышей пять лет и все еще любивший ее?

В пятницу в кабинете Кравченко сидели Вадим Крылов и Вероника Войкова.

«И правда, неприятный тип», – подумала Римма, глядя на Крылова, который раздраженно переворачивал страницы во время ознакомления с документами.

«Слишком самоуверен». Римма задала им все подготовленные заранее вопросы: сколько людей было на свадьбе, кто присутствовал, в какое время они покинули ресторан, сколько лет Крылов работал в фирме у Войкова, какие у них были отношения, и другие, позволяющие узнать как можно больше деталей о трагическом вечере.

–– Мы можем идти? – Устало спросила Вероника через пару часов.

–– Почти. Скажите, почему ваш отец решил сам сесть в этот вечер за руль, ведь у него был личный водитель?

–– Потому, что мы решили, что водитель отвезет нас домой.– Ответила Вероника и дотронулась до кончика своего тоненького аккуратного носа. – Мы часто так делали.

«Врет», – молча подметила Римма:

–– Как часто ваш отец сам управлял транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения?

–– Я что, должна была отслеживать?

–– Вы же сказали, что часто «так делали».

–– Я имела в виду, что я часто пользовалась водителем отца – на шоппинг съездить, на тусовку, к подружке в гости. Это был семейный водитель. Отец всегда был не прочь сам сесть за руль.

–– Кто предложил в этот вечер вам использовать водителя?

–– Вадим.

–– Юрий Федорович.

Прозвучало два абсолютно разных ответа в один голос. Кравченко уставилась на них обоих, подняв высоко брови:

––Так, гражданин Крылов, вы предложили? Или все-таки сам Войков настоял на этом?

–– Мы приняли это решение совместно. Долго вы еще нас будете тут держать? Вы сказали, чтобы мы приехали для небольшой беседы, а у меня складывается ощущение, что происходит допрос. В таком случае, я больше слова не скажу без адвоката, – завелся Крылов.

–– Вы свободны, – холодно отпарировала Римма.

–– Удачи, – Вероника взяла Крылова под руку, и они вышли из кабинета, громко хлопнув дверью.

«Нужно будет допросить водителя. Поручить это Ермакову, что ли…», подумала Римма, затем посмотрела на свои записи в блокноте и, подойдя к окну, уселась на подоконник, закурив сигарету.

Где-то в сумке разрывался телефон.

–– Да, Сереж, как дела? – Услышала она голос Митрохина. – Экспертиза пришла. По факсу сейчас тебе отправляю. – Сейчас проверю, – дотянулась она рукой до принтера. Держа в руках бумаги, Римма прочитала вслух: было повреждено одно из колес автомобиля, используя специально изготовленное для этого устройство, которое при большой скорости врезается в шину и проделывает в ней дырку.

–– Кажется, теперь у тебя достаточно оснований возбудить уголовное дело? – сказал в трубке Митрохин.

–– Так точно, – коротко бросила она Сергею . – С Крыловым и Вероникой сегодня побеседовала. Ты был прав. Он что-то скрывает.

–– Вызывай повесткой Крылова на отдельный допрос.

–– Он не дурак. Придет с адвокатом. Мне нужно подготовиться.

–– Ты справишься. Я в тебе не сомневаюсь. Кстати, если тебе это поможет, я сегодня поговорил с водителем погибшего Юры , он подтвердил: именно Крылов в ту ночь настоял, чтобы он отвёз его и Веронику домой.

–– Ты прямо читаешь мои мысли и ускоряешь процесс расследования… – Удивилась немного Римма.

–– Будет нужна помощь, звони.

–– Спасибо… – Римма, не благодари. Ты же знаешь, для тебя я сделаю все.

В четыре утра Кравченко разбудил настойчивый телефонный звонок.

–– Что дрыхнешь? – Бодрым голосом поинтересовался Ермаков.

–– Ты что дебил, звонить мне в такое время? Суббота, у меня выходной! – Заорала она на коллегу в ответ. – Ты со своей клубной жизнью все рамки приличия потерял.

–– Не ори, Кравченко! – Рявкнул он в ответ. – На выезд собирайся. Обнаружено два трупа. По улице Верховинной. Хватай бланки протоколов, постановлений, бирки и пакеты для вещдоков. Дежурная машина уже ждет тебя у твоего подъезда.

–– У тебя что, бланков нет? – Ошарашено спросила она.

–– Я с собой бланки в ночные клубы не таскаю. Жду тебя! – Бросил он трубку.

Наспех натянув на себя спортивный костюм и кроссовки, она подошла к письменному столу и быстро собрала в сумку все необходимое. Через тридцать минут полицейский ВАЗик доставил Римму на место происшествия.

Ермаков протянул ей горячий черный кофе в бумажном стаканчике, и она благодарно кивнула в ответ.

–– Проснулась немного, красавица? – Усмехнулся он, глядя на заспанное лицо Риммы.

–– Что так темно вокруг? Фонари, как назло, не работают?

–– Нет, их разбили. Тебе не совсем понравится то, что ты сейчас увидишь.

–– Не тяни, – сделала она большой глоток кофе.

–– Убитых уже опознали. Крылов и его супруга Войкова. Римме вдруг стало немного не по себе, и она побледнела, что не было заметно при лунном освещении:

–– Подержи, – протянула она стаканчик Ермакову и почти бегом отправилась в сторону работающих экспертов.

На земле, лицом вниз в луже крови, прямо посередине пешеходной дорожки лежали мертвые Вадим и Вероника.

Натянув резиновые перчатки, Кравченко приступила к осмотру: оба трупа были еще теплыми. Значит, убийство произошло недавно. Множественные пулевые ранение в шею, голову, спину, ноги… «Черт, черт, черт», – сняла она перчатки и вернулась в дежурную машину, чтобы заполнить бланки. Остальные сотрудники продолжали опрашивать свидетелей, слышавших автоматную очередь и вызвавших полицию.

–– Изрешетили их, конечно… Пуль не пожалели, – за спиной возник Ермаков.

–– Валь, они сегодня днем были оба живые у меня в кабинете для беседы. Я хотела после этого Крылова вызвать отдельно на допрос. Я получила результаты экспертизы по машине Войкова – авария была подстроена.

–– Ё-мое… – Присвистнул он.

–– Не то слово. А ведь он все знал, понимаешь? Поэтому и убрали… Что мне теперь делать? Есть уже гора трупов, а у меня все еще нет хорошего плана действий.

–– Будет, – заверил ее Ермаков. – Не торопись, может, убийства никак не связаны друг с другом. Давай, заканчивай с бумажками, я пойду помогу нашим и поедем куда-нибудь позавтракаем, там все и обсудим.

Ковыряясь в тарелке с омлетом, Римма мрачно смотрела на Ермакова, который с хорошим аппетитом уплетал завтрак за обе щеки.

–– Валь, вот как ты можешь так есть и не подавится даже? Только что были на выезде – два трупа, изрешеченных вдоль и поперек. На его лице на несколько секунд появилось осознание важности момента и тут же исчезло:

–– На мой аппетит данное событие никак не повлияло.

–– Я заметила. Слушай, как думаешь, кто убил Крылова?

–– Кто-то, кому он помешал или больше был не нужен. Баллистическая экспертиза поможет установить вид оружия, исследует пули. И попробуем найти, кому оно принадлежало.

–– Насмешил, – отодвинула она от себя тарелку. – Когда ты видел, чтобы в заказных убийствах находили преступника по незарегистрированному оружию? Сто процентов, что оружие было приобретено на чёрном рынке. А если оно оттуда, то концов не найдешь.