Отзывы на книги автора «Жан-Мишель Генассия»

There's a starman waiting in the sky
He'd like to come and meet us
But he thinks he'd blow our minds
⠀
Пишу этот отзыв и слушаю The man who sold the world Боуи, которую потом перепела Nirvana. Знаете историю о том, как Боуи доставали фанаты Нирваны, мол “ой, это та самая песня Нирваны, которую перепел Боуи”? Думаю, объяснять не надо, что Боуи посылал их на известные три, а в английском четыре буквы.
⠀
Когда я узнала про новинку от Генассии, то сразу же решила. Буду читать. Как иначе, если в названии имя одного из моих самых любимых музыкантов?
Я очень люблю Дэвида Боуи. Не просто потому, что это модно. Не потому, что он весь такой необычный.
⠀
Его песни — это я. Они растворяются во мне и я чувствую связь. Это самое крутое, что есть в музыке. Ещё в детстве, когда мне было 8, я смотрела «Лабиринт», где Боуи восхитил меня, напугал и навсегда запомнился.
⠀
И, конечно, я давно хотела познакомиться с Генассией, а тут такой повод. Знакомство вышло отличным: роман стал одни из лучших в сентябре.
⠀
Это зарисовка на жизни обыкновенных людей, судьбы которых оказались подвержены влиянию Боуи, о которых он даже и не подозревал. Главный герой оказался этакой ошибкой, сбоем в матрице. Его не должно было быть, но он есть. Он живет, существует, но не знает своей тайны.
⠀
Было бы круто посмотреть фильм или сериал по роману. Он актуален и интересен современному поколению, поэтому я проглотила книжку буквально за пару дней.
⠀
Let the children lose it
Let the children use it
Let all the children boogie

Когда в твоём читательском арсенале всего две книги одного автора, и первая была прочитана с удовольствием, невольно сравниваешь с ней вторую. Но здесь, может быть, даже не стоит и сравнивать – «Клуб неисправимых оптимистов», конечно, увлекательнее, масштабнее, философичнее. Но и «Удивительную жизнь…» я прочитала с интересом, поняв лишь в конце, что автор развил одну из эмигрантских линий «Клуба…». Ну, может быть, это и был авторский замысел – создав «Клуб…», начать писать книги-приквелы о каждом из его героев, ведь все они по-своему колоритны, и у каждого – своя история, своя драма, своя жизненная философия-оправдание.

Думаю, что в любой жизни найдётся что-то, о чём можно рассказать. В жизни Йозефа, который в конечном счёте воспринимается как главный герой книги, несмотря на её название, много всякого-разного, она - своеобразный сколок, который автор делает с повседневной жизни сверстников определенного поколения, современников конкретной эпохи. Повествование охватывает почти 100 лет, и типичное в ней незаметно перетекает в индивидуальное, а общее – в уникальное. Здесь можно найти и богемный танцующий Париж, и феминизим, и пацифизм, и одиночество, и преданность своему делу, и не очень счастливую любовь, и благородное отцовство, и пытки в застенках спецслужб, и даже хоккей… Ну, собственно, оно так и бывает: жизнь течет себе день за днём по привычному руслу, так что кажется, что ничего особо примечательного в ней не происходит, а потом вдруг оказывается, что она была вполне насыщенной и интересной и ты был свидетелем, а порой и участником знáчимых событий, хотя память высвечивает для тебя лишь любимые лица и дорогие сердцу переживания.

Я не очень поняла, почему автору хотелось, чтобы центром повествования был Че Гевара и некий эпизод с его лечением и увлечением в Чехословакии. Ему в книге уделено не так уж много места, и лично мне кажется, что она ничего не потеряла бы вообще без него. Скорее даже наоборот: именно его внезапное появление в жизни героев ломает до этого стройный сюжет некоей двусмысленностью, как если бы автор соединил две разные книги в одну. Он внезапно и не очень мотивированно заставляет читателя переключиться с жизни Йозефа на историю Гевары и Хелены, а потом торопливым росчерком завершает все сюжетные линии, связанные с Йозефом, Кристиной, Терезой, Павлом и Мартином, связывая их небрежным узлом современных событий. Может быть, это сделано для того, чтобы читатели лучше осознали, что и в обычной жизни много героического, а жизнь известного героя может быть полна общечеловеческих драм и житейских разочарований. Или автору хотелось поделиться некоей собственной версией одного из эпизодов жизни команданте.

В целом книга неплохо читается: ты словно бы плывёшь по волнам то личной, то исторической памяти героев – неспешно, почти безоценочно и как-то… смиренно. В ней нет ни очень уж острых коллизий, ни бунтов, ни обжигающих любовных сцен, ни пагубной зависти… но есть попытка показать через призму жизни одного человека, одной семьи «эпопею эпохи». Было, что вспомнить, было, что с чем сравнить.

Читая некоторые книги, иногда чувствуешь, на каких образцах автор оттачивал своё литературное мастерство. Мне казалось, что, погружаясь в атмосферу этой книги, я одновременно попадала и в мир Ф.С. Фицджеральда, А.Д. Кронина, C. Моэма, М. Уилсона и даже немного Э.М. Ремарка. А ещё в ней есть фрагменты дневников, писем, внутренних диалогов, которые разнообразят стилистику текста, делая её не только хроникальной, но и психологичной. В результате получилась качественная современная проза, которую, правда, можно порекомендовать далеко не каждому.

АНДРОГИННОСТЬ- ЧТО ЭТО
"Я лесбиян, существо неоднозначное, трудноопределимое, не подлежащее истолкованию и редко упоминаемое" - С этих слов начинается роман.
Охх, как же я люблю вот такое все необычное в литературе. Вот такое неординарное, непринимаемое обществом, не всеми читаемое.
Да, мне нравится читать о сексуальных отклонениях (с психологической стороны!). И после, когда-то прочтенного Фрейда и его "Очерков по психологии сексуальности", каждый раз убеждаюсь, что все эти "отклонения" вытекают из детства.
Наш главный герой Поль, растёт в семье где две мамы и ни о каком папе речи быть не может (вот вы сейчас правильно поняли  какие мамы). У него с детства заложена такая модель семьи. Где "гомо" это хорошо, а "натурал" это плохо. Да что там плохо, там громкие слова матери "Ты мне больше не сын, если узнаю, что ты натурал"
И кем он может вырасти в таком случае? - Мужчиной с внешностью женщины, с ощущением себя женщиной и естественно, с сексуальным влечением к женщинам.
Я как всегда без спойлеров, но скажу, что это крутая история становления личности, поиска себя, понятия и принятия своего "я", и конечно, семейная драма. Яркая, эмоциональная, живая и та, которая запомнится история
Автор (новый для меня) потрясающий рассказчик (где-то даже напомнил мне Бойна  а это хороший знак). Он так легко, интересно, непринужденно ведёт повествование и так же легко окутывает своими чарами, после которых (лично для меня) отправляется в разряд автопокупаемых
А ещё я люблю музыканта Дэвида Боуи (признаюсь, сначала только из-за его имени, в названии романа, я  приобрела эту книгу ) Тут конечно о нем вскользь, зато отличный повод включить его песни и слушать фоном пока читаешь. Атмосфера, так сказать
А вообще у Жан-Мишеля Геннасия есть известная всем книга "Клуб неисправимых оптимистов" с которой и советуют начинать знакомство с автором. Я ещё не читала (но уже купила )

Если автор хотел показать положительные черты ЛГБТ, то ему это не удалось, от слова "совсем". Прочитав эту книгу можно прийти только к одному выводу - секс-меньшинства это неадекватные люди, которые не смогли разобраться в себе. Именно такими предстают персонажи сей книги.

Главный ее герой, парень по имени Поль, не может определится кем он хочет быть внешне мужчиной или женщиной, хотя в душе он гетеро. У сего семнадцатилетнего юноши каша в голове, вместо рационального мышления, но это не удивительно, когда узнаешь кто его воспитывал. Во-первых - это была пара лесбиянок, во-вторых - он не знает кто его отец, и наконец, его мать совершенно плевала на его процесс взросления, погруженная в свою бурную жизнь, а ее партнер, хоть и занималась Полем, но давайте честно посмотрим в лицо правде - отношение к чужим детям, все же несколько иное, чем к своим кровным. Из текста видно, что Стелла больше уделяла внимание своему бизнесу, чем Полю, а его мать Лена больше жила разгульной жизнью с алкоголем, набивкой тату и внезапными романчиками, на стороне.

Туда же добавляется и друг Поля, Алек, который оказывается геем и с ума сходит, по Полю. Но главному герою эти отношения не нужны, ему нужна музыка - она его любовь. Он, после школы, не идет получать образование далее, а идет играть на пианино в кафе "Беретик", который принадлежит сожительнице его матери, Стелле. И вся книга, собственно, это попытка Поля понять кто он и кого он может любить, его не хитрые любовные приключения, а также богемная жизнь ЛГБТ представителей, которая, в основном проходит в ночных клубах, под сигаретный смог и выпивку.

Впечатления о книге: честно, вот особой морали в книге нет, интересного сюжета тоже. Можно прочесть ее, чтобы тупо убить время, в очереди или в поездке. Все герои меня раздражали, особого расположения или уважения к радужному народу не почувствовала, наоборот, описание сих людей вызывает больше непонимания или жалости, что они вовремя не обратились к адекватному психологу. Короче, реабилитация ЛГБТ не удалась, вышло все, как-то вульгарно, что ли. Вряд ли вернусь снова к данному произведению.

А потом он приехал в Москву – и все стало кристально ясно…

Лучше бы сидел в Париже.
Эта цитата из предисловия о продолжении Жаном-Мишелем Генассией "Клуба неисправимых оптимистов".
"Клуб" я читала пять лет назад, но детали безнадёжно забыла. Помнила только, как подросток болтался по Парижу 1960-х. Болтался он и первую треть книги, но кафешки и точение ляс меня уже не вдохновляло.
Предупреждали же меня все рецензии о развесистой клюковке, но не послушала хороших советов.
Дилогия об унылых нытиках, меняющих места жительства. Они оправдывают принцип: "Везде плохо, где мы есть".
Переехавшие в Израиль парижане ноют, что их заставляют стирать и заниматься сельским хозяйством. А им бы только болтать языком, но вокруг много отвратительных поляков. Вопрос шёпотом к семье Камиллы: где вы были в оккупации?
Парижанки ноют, бухтят и страдают, потому что страдается. Жаль Анну, немую девочку Сесиль, она не заслужила такую как бы образованную мать.
Сломалась я о нытье как бы русских, но на самом деле полуеврейских эмигрантов из СССР. Эй, пережившие войну, лагеря и оккупацию, ну-ка, быстренько пожалейте бедных-несчастных насквозь мирных жителей Третьего Рейха. Как вы смели их бомбить? (Шёпотом, подозрительное молчание о ковровых бомбардировках союзников).
Нравился мне только "красный волк". Ой, нет, он совсем не из стран соцлагеря, а француз итальянского происхождения, которого бедные-несчастные и насквозь "мирные жители" Германии четыре года продержали в лагере. Картонном лагере, видимо. Только Поль тут не болты болтает, а работает руками и головой.
Клюквенный сок сперва просачивается в текст по капелькам, ехидным формулировочкам в отдельных предложениях. Потом же дождём прольётся, когда Мишель отправится в свои странствия. Персонажи, парижане и эмигранты, бегут от себя и везде им не так, обетованные земли везде не обетованные. Чуть ближе ко второй трети у книги сменился переводчик. Нравились толковые примечания и стиль первого.
Подросток Мишель бунтует и бушует о своей несвободе. Странное какое-то это материнское опекунство. Мать ненавидит "красного волка", сына материально не обеспечивает. Живёт он тоже не у неё, зато женщина наслаждается властью над подростком, ничего взамен ему не давая.
***
Туфта все эти премии и политическая пропаганда. Правильно упомяни триггеры и получишь вознаграждение.
В Алжире уже восемь лет идёт война, но хорошо же жили. Алжирцы вдруг, на девятый год войны, после объявления независимости срываются с цепи и творят бесчинства. А может были преступления белых и пушистых французских колониальных властей? Один из героев замечает, что арабский язык европейцы тут не учат. Два мира почти не пересекаются.
Шёпотом: много лет назад сообщество "Долгой прогулки" стенало и страдало от "Могилы 500000 солдат". Там как раз о белых пушистых французах и алжирцах. Чаша сией книги меня миновала.
Короче, Гаенассия упомянул много чего и порассуждал много о чём с колокольни толерантнейшего европейца 2020-х годов. О кино тоже, но тут я совсем полный ноль.
Мишель, сиди в Париже, арабские эмигранты тебя обслужат, как шестьдесят лет назад.
Такое бурное, переломное десятилетие, кризисы которого в 1970-х годах страны замели каждая под свой ковёр. И кризисы со временем рванули из-под ковров. Поворотное десятилетие истории, возможно, не давшее интересных альтернатив.

Самое прекрасное в этой книге, как и в "Клубе неисправимых оптимистов" - её замечательный слог, такой приятный, такой в хорошем смысле классический, что зачитываешься и получаешь удовольствие не от интриги-сюжета-фабулы, а именно от этого языка. У нынешних авторов это настолько редкое явление, что "Жизнь Эрнесто" надо ценить и перечитывать. Абсолютно уверена, что со временем роман станет классикой и, кто знает, будет еще в обязательном списке школьной программы у французских школьников.
Кажется, Генассия - тот редкий случай, когда человек пишет от сердца, проделав при этом большую мысленную, исследовательскую и душевную работу. Глубоко интересуясь временами социализма, он рассказывает печальные и трогательные повести о жизни отдельно взятых честных, цельных и по-настоящему хороших людей, не сломленных режимом.
Очень мило вдруг уже к концу книги найти аллюзии к его первому роману. Хочется сразу перечитать его. А потом снова "Жизнь Эрнесто Че". А потом еще раз в связке)
И,конечно, образы главных героев - после них, как после толстовских, хочется быть и жить лучше и чище и по-другому.
Одним словом, книга сильная, светлая и абсолютно потрясающая

Синдром второй книги.

Жан-Мишель, ох, Жан-Мишель. Протянул шоколадку, да только при снятии фантика оказалось, что её кто-то уже откусил, пожевал и выплюнул обратно.

После великолепного дебюта, от которого я продолжу писать кипятком, хотя бы до тех пор, пока не перечитаю, во вторую книгу пришёл классический "синдром второго альбома" как его в музыке называют. Т.е. хочется, чтобы так же красиво и за душу взяло, а получаются потуги с редкими проблесками (привет, второй альбом White Lies!). И ведь было бы простительно, если бы не финальная мура с появлением этого самого Эрнесто Че. Ну ё-моё.

Читается книга очень хорошо, события летят стремительно - в 400 страниц текста надо засунуть весь двадцатый век и пол его географии. Удивительно только что при этом значимым событиям отдаются отписки (а, папу сгнобили в концлагерях? Ну селяви, а поцелуйчики Хелены и Че надо посмаковать). В "Клубе неисправимых оптимистов" был Париж настоящий, т.е. открываете книжку сидя на диване в панельке в Купчино и бах, вы уже в Люксембургском саду трескаете пирожные и бегаете с плёночным фотоаппаратом за девчонками, а в "Удивительной жизни Эрнеста Че" хоть ванну из импортированного "Велкопоповицкого Козла" принимайте, в Праге вы от этого не окажетесь.

Если влюбляться в Генассию, то только с "Клуба оптимистов", если впрягаться с ним в семейную жизнь, то читать после "Эрнеста Че".

В большинстве рецензий утверждается, что "Удивительная жизнь..." уступает "Клубу неисправимых оптимистов". Лично я не был бы так категоричен. Конечно, "Клуб..." абсолютно заслуженно считается шедевом современной французской литературы, но и второй роман Генассия не вызвал у меня ничего, кроме восторга. Тематика понравилась даже больше - все-таки столетняя биография Йозефа Каплана позволяет охватить больше событий, чем довольно краткосрочный "Клуб...", да и красавица-Прага лично мне интереснее эмигрантского Парижа.

А вот с претензиями насчет какого-то неуместного и неорганичного появления в романе Че Гевары соглашусь. Да, конечно, версию гибели Гевары автор высказал крайне красивую и романтичную, но, право, роман был бы абсолютно шикарен и без этой линии. Из-за "товарища Рамона" роман словно разбивается на две неравнозначные части, рушится какое-то магическое очарование повествования. Неестественно это все смотрится.

Тем не менее, однозначные 5/5.

Любая жизнь удивительна. Даже если ты не Че Гевара, а простой чешский еврей Йозеф Каплан, возможно, тебе завидует сам Команданте. "Не все ли равно, про кого говорить? Заслуживает того каждый из живших на земле".