Пустить меня в семью [родителям] так же страшно, как впустить в дом большого взъерошенного пса. Он наследит в комнате мокрыми лапами… Он у всех будет вертеться под ногами. <…> И всё же у этого пса человеческая жизнь и душа, да ещё настолько восприимчивая, что он понимает, как о нём думают… Пёс, конечно, сын своего папаши, и его, пожалуй, зря слишком долго держали на улице…