Глава 3. Никита Свердлов

Сколько себя помнил, Никита Свердлов всегда испытывал мучительное чувство неудовлетворения своим телом и отсутствием авторитета в коллективе. Так как юноша по развитию больше походил на подростка, то и друзей себе выбирал из подобных себе, потому что сверстники откровенно насмехались над ним. Имея маленький рост, угловатую фигуру и узкие плечи, Никита сильно переживал по этому поводу. Неоднократно приходя записываться в очередную спортивную секцию, он слышал практически одно и тоже. Тренеры, как молодые, так и убеленные сединами мужчины глядя на угловатого подростка тяжело вздыхали, но отказывали. В очередной раз получив отказ, Никита решил больше не испытывать судьбу. Ожесточившись на людей и весь мир в целом, юноша надежно спрятал в себе боль. Трудней всего Свердлову было пережить насмешки молоденьких девушек, как со своего класса, так и во дворе. Казалось, все вокруг только и шептались между собой, какой Никита уродец и показывали на него пальцем. От подобных унижений юноша все больше замыкался.

Незаметно подошел период призывного возраста. Окончив среднюю школу, Свердлов возлагал большие надежды на службу в армии, которая должна была сделать из него настоящего мужчину. Военком с погонами полковника долго читал личное дело призывника периодически бросая взгляды на дистрофичную фигуру молодого человека. Наконец приняв решение, он спросил:

– Куда хотите пойти служить?

Не думая ни секунды, Никита быстро выпалил:

– В десант!

Усмехнувшись, полковник секунду пожевал губами словно обдумывая свои слова и ответил:

– В десант не получится, так что я решил отправить вас в королевские войска!

– Ого, это что за войска? – округлив глаза от удивления, спросил Свердлов.

– В строительные, потому что им даже оружие не выдают, вот такие они суровые парни! – на полном серьезе проговорил военком.

От осознания, что его в очередной раз задвинули в самый низ воинской иерархии, Никита хотел заплакать, но сделав над собой усилие гордо поднял голову.

– В стройбат, так в стройбат! – решительно махнув рукой, воскликнул призывник.

– Вот и хорошо, там тоже Родине служат! – подытожил полковник и захлопнул личное дело Никиты Ильича Свердлова.

Через месяц посыльный принес повестку, которая должна была открыть дорогу в иной мир, где граждане призывного возраста самоотверженно служат Родине. Вскоре отгуляв на проводах, Никита отправился в составе команды на областной призывной пункт. В очередной раз проходя медицинскую комиссию, он яростно приседал в кабинете хирурга, смотрел одним глазом на алфавит и показывал терапевту язык. А еще краснея, приспускал трусы в кабинете уролога. Как назло, в очередной раз это была молоденькая докторша в белоснежном халате с широким вырезом. А сам халат только чуть – чуть закрывал красивые бедра в нейлоновых колготках цвета загара. Бросив продолжительный взгляд на гениталии призывника, крашеная блондинка, что-то написала в пояснении.

«Они издеваются, присылая практикантку в состав врачей военкомата?» – нервно размышлял Свердлов, бросая красноречивые взгляды в глубину выреза халата врача.

Словно почувствовав похотливый взгляд, уролог усмехнулась и еще больше наклонилась над бумагой. Глазам Никиты предстали две красивые доли, упакованные в белый кружевной бюстгальтер. Это было невыносимо. Все естество призывника вздрогнуло и, о боже, стало неумолимо подниматься. В этот момент Свердлов хотел провалиться от стыда. Инстинктивно прикрыв руками возбужденный фаллос, он не знал, что делать. Видимо этого эффекта и ждала молодая блудница. Резко встав со стула, он взяла медицинский инструмент больше похожий на молоточек и почти вплотную приблизилась к призывнику. И тут случилось то, чего совсем не ожидал Никита. Ударив молоточком по головке члена, стоящий ранее, как солдат по стойке смирно фаллос мгновенно поник. Удовлетворенная своим действием, врачиха, покачивая бедрами направилась к стулу.

«Вы свободны, позовите следующего!» – обыденным голосом словно не произошло ничего особенного, проговорила женщина.

Натянув трусы, Никита почти выбежал из кабинета. В очередной раз вердикт военкома был кратким – отправить призывника Свердлова в строительные войска. Вскоре команда из десяти лысых молодых людей под командованием прапорщика и одного сержанта следовала на железнодорожный вокзал. Бросая косые взгляды на будущих сослуживцев, Никита замечал те или иные физические недостатки. Один был маленького роста словно ученик пятого класса, другой с лицом не отягощенным интеллектом, а третий и вовсе с кривыми ногами. Качаясь из стороны в сторону словно маятник, призывник следовал в составе колонны на железнодорожный вокзал. Вторая половина команды резко отличалась от них. Молодые люди с суровыми лицами, где глаза словно острые ножи резали оппонента больше напоминали сидельцев. Случайно сбившись с ноги и натолкнувшись на впереди идущего призывника, Никита услышал грозное предупреждение:

– Еще раз так сделаешь – получишь в рыло!

– Да я не специально, – попытался успокоить сослуживца, проговорил Никита.

– Разговорчики в строю! – тут же нервно откликнулся сержант.

Данная мелочь сразу же показала Свердлову, что не все люди добрые и красивые. Мысленно отметив для себя опасного гражданина, Никита ускорил шаг. Впереди было два года службы полной надежд и разочарований, где командиры «лепили» из молодых людей защитников Родины. Первые шесть месяцев службы Никите казалось, что время остановилось или течет так медленно словно находится в зоне вечной мерзлоты. Очень хотелось домой и насладиться домашними пирожками с капустой или ванильным пирожным. Все те мелочи, которые рядовой не воспринимал в гражданской жизни теперь стали радостными моментами. Неоднократно размышляя над темой, как дома было хорошо, Никита погружался в воспоминания.

Постепенно, со временем, рядовой стал находить положительные стороны и в военной службе. В стройбате не было строевых занятий и огневой подготовки, если не считать месяц на курсе молодого бойца перед присягой. А еще военные строители не заступали в караул и не имели оружия. Основной их деятельностью были работы на строительных объектах и на производстве. Но больше всего поразило молодого солдата это то, что в выходные дни военнослужащие были предоставлены себе. Это был рай, который длился два дня. В весенний и летний период солдаты всех рот, как голуби располагались на лужайке перед клубом и неторопливо обсуждали последние новости и рассказывали истории из своей жизни. Неторопливо закуривая, они смаковали момент эйфории. Удивительным было то, что офицеры части в эти дни совершенно не беспокоили своим вниманием солдат и те, принимая свободу в чистом виде расслаблялись под теплыми лучами солнца на лужайке.

Дежурный офицер по части, как обычно сидел в канцелярии или проверял приготовление пищи в столовой. Выходные дни отличались от рабочих и другим рационом пищи. Это была мясистая котлета на обед. Из развлечений присутствовал поход в продуктовый ларек, где можно было купить заварное пирожное, сигареты с фильтром и много чего приятного. А еще имелся удивительный факт, которого не было в строевых войсках. Отдых в постелях в выходные дни после обеда погружал в состояние эйфории. Вечер дарил поход в импровизированный солдатский клуб на просмотр фильма. Обыкновенный металлический ангар с полукруглой крышей, бетонным полом, рядами деревянных сидений и сценой был центром культуры и просмотров патриотических фильмов. И, конечно, самым незабываемым событием в скучной солдатской жизни оказалось увольнение в город.

«Все же строительные войска не такие мрачные, как мне казалось это вначале!» – неоднократно размышлял Свердлов, прикидывая в уме все те моменты, которых в принципе не существовало в строевых войсках.

Через два года молодой мужчина в зеленой парадной форме и фуражке медленно приближался к своему дому. Сердце Никиты от волнения так гулко билось словно хотело выскочить из груди. Как специально на скамейке перед домом сидели два парня и две девчонки порядка восемнадцати –двадцати лет, а рядом с ними толпилось несколько подростков лет по десять – двенадцать. Заметив издалека военного, студенты возбужденно повысили голос. По мере приближения Свердлова, молодые люди снизили радостные возгласы, а узнав в дембеле бывшего недотепу в итоге замолкли. На площадке повисла тягостная пауза. Рассматривая продолжительными взглядами Никиту, студенты и подростки не знали, как к нему обращаться, то ли в шутливой форме, то ли в уважительном ключе.

Первым принял решение Санек, так звали одноклассника Свердлова. Вальяжно встав со скамейки, он презрительным взглядом окинул фигуру рядового с ног до головы и произнес:

– Вот что ни говори, а наша армия даже из «чухана» может сделать человека. Девчонки при этих словах прыснули смешком, а подростки и вовсе закатились от смеха. По-барски хлопнув солдата по плечу, Санек наслаждался произведенным эффектом. Справедливый гнев исказил лицо дембеля. Намереваясь тут же влепить обидчику кулаком в глаз, Никита мгновение размышлял о целесообразности данного поступка. И тут память воскресила совет одного из сослуживцев имеющего погашенную судимость, когда тот немного задумавшись, сказал:

– После каждого подобного инцидента всегда будет разбор, где вспомнят, кто что говорил и что сделал. Так что всегда фильтруй слова иначе при разборе придется отвечать за них. Хотя бывают варианты, когда противники просто разбегаются после драки и залегают на дно, вот тогда эти правила не действуют.

Решив не вступать в конфликт, а добиться своего методом убеждения, дембель ледяным голосом ответил:

– Молодой человек, а вы готовы ответить за свои слова?

Вздрогнув словно от холодного душа, Санек непонимающим взглядом уставился на Свердлова. Неоднократно еще до армии, он унижал Никиту, награждая при случае хлестким подзатыльником, а теперь тщедушный парень, которого всегда дразнили как в школе, так и во дворе дохляком, теперь смеет ему указывать о недопустимости подобного обращения? Оглянувшись назад на свою компанию словно желая получить согласие последних на экзекуцию, Зотов решил в очередной раз проучить Свердлова. Побелев от злости, Санек ринулся на солдата с кулаками, но не тут-то было. Имея опыт общения с кавказцами, которых было предостаточно в строительном отряде, Никита закалился в драках и мог постоять за себя. Конечно, армия не дала той подготовки, о которой он мечтал получить в десантных войсках, но все же физический уровень был улучшен. А самое главное заключалось в том, что Свердлов поверил в себя, в возможность отстоять свои права.

Уловив момент, когда противник выбросил руку вперед и чуть по дуге, он быстро присел и нанес сокрушительный удар в солнечное сплетение. Молодой человек с внушительным ростом сложился от боли пополам и упал на колени. Держась двумя руками за живот, он натужно хрипел, а из глаз текли противные слезы. Зрители, стоящие позади замерли, пораженные решением конфликта. Но самое интересное было впереди, где дембель сразил присутствующих наповал. Окинув молодежь пристальным взглядом, Никита хладнокровно потрепал противника по кудрявой голове и обращаясь к зрителям спросил:

– Кто из вас еще думает, что можно обращаться ко мне в подобной форме?

По молчаливым и удивленным лицам толпы было видно, как они встревожены. Еще несколько минут назад ребята радостно смеялись и показывали на солдата пальцем, обсуждая ироничный выпад Зотова, а теперь он пристыженный стоял на коленях и плакал. Выждав несколько секунд словно наслаждаясь моментом мести, Никита, обращаясь к двум студентам произнес:

– Поднимите его, нехорошо, когда мужчина стоит на коленях, даже когда он проиграл в битве. Повернувшись через левое плечо, дембель неторопливым шагом вошел в подъезд. Еще минуту на площадке стояла гробовая тишина, где каждый из присутствующих прокручивал в голове прошедшее событие. В это время Никита, нажав на звонок услышал торопливые шаги мамы за стеной. От этого в груди солдата внезапно заныло, а на глаза накатились противные слезы. Через секунду открыв дверь, Мария Степановна по-бабьи взмахнула руками и не в силах сдержать слез воскликнула:

– Сыночек мой, Никитушка, вернулся!