Цитаты из книг автора «Юрий Корчевский»

переодевшись в переулке, направился на трамвай, что шел к Нижегородскому вокзалу. Ныне он называется Курским, поезда с него идут на юг – Дон, Кубань.

Золотые монеты времен Николая II были нескольких номиналов – пятнадцать, десять, семь с половиной и пять рублей. Достоинством в десять рублей назывались «империалом», а в пять – «полуимпериалом». Андрей обменивал в банках бумажные деньги только на «империалы». Но и они оказались двух видов. Одни, выпущенные в период с 1895 по 1897 год, имели вес 12,9 г (на реборде надпись «вес чистаго золота 2 золотника 69,36 долей»). С 1898 по 1911 год выпускали весом поменьше, 8,6 г. На гурте (раннее название реборды, надпись «вес чистаго золота 1 золотник 78,24 долей»). Последний золотой империал был выпущен в 1911 году.

В двух шагах от вокзала в здании гостиницы появился ГОП, государственное общество призрения. Здесь селили беспризорников, уголовный элемент в надежде перевоспитать заблудших. Днем они спали в чистых постелях, ели в бесплатной столовой, а вечером выходили на промысел – воровали, грабили, убивали. Отсюда и выражение пошло – гопник, взять на гоп-стоп. В отличие от чиновников, офицеров, купцов – политических врагов, отребье считалось политически, классово близким. Пролетариат, только оступившийся, а внутри – свой. Руки-то вон, грязные, не белые, как у барчуков. А руки были не только грязные у уголовников, а зачастую по локоть в крови.

В январе 1914 года в Санкт-Петербурге проживало 2 млн 400 тысяч жителей, 1 января 1919 года 1 млн 300 тысяч, а в январе 1920 года всего 800 тысяч. Причин было несколько. Часть мужчин была призвана в армию, и не все с фронта вернулись. А еще с началом голода многие семьи уехали в провинцию, где корни семейные остались, чтобы выжить. Да еще разгул бандитизма, бесчинства революционных матросов и солдат.

К концу Гражданской войны в рядах РККА было пять с половиной миллионов штыков, а во всех белых армиях шестьсот пятьдесят тысяч, а общее число «зеленых», повстанцев и националистов всех мастей немного недотягивало до девятисот тысяч.

В 20:35 подорвался на мине первый эсминец V-75. У немцев буква указывала верфь постройки, а цифра – порядковый номер. Так, S Шихау, V – верфь Вулкан в Штетнине, G – Киль.

Подлодка имеет два корпуса, снаружи легкий, под ним прочный. Как раз он выдерживает чудовищное давление воды на глубине. Прочный корпус делается из специальных легированных сталей, и толщина его достигает 40–50 мм. Для сравнения – у танка ВОВ «Т-34» лобовая броня 45 мм, пробить ее из пушки 37 мм нереально.

«Гочкис» имел калибр 37 мм, с ручным заряжанием, на установке, подобной танковой. Да собственно, на танках они и применялись. Пушка имела приклад, называемый плечевым упором, и наводилась как пулемет, без всяких маховичков. Тело пушки весило 33 кг, а вся установка 90 кг.

Андрею показали его гидроплан, новый, еще пахнущий краской. И старший офицер авиазвена лейтенант Зверев познакомил Андрея с его летнабом мичманом Антоненко. Мичман из кадровых, не зауряд. Зауряд-офицерами называли военнослужащих из нижних чинов, прошедших ускоренные курсы или за активные боевые действия. Зауряд-прапорщики или зауряд-мичманы иной раз проявляли себя толковыми командирами и продвигались по службе, но в случае прекращения военных действий должны быть сразу демобилизованы. А таких с 1914 по 1917 год было немало – 172 358 человек. Учитывая, что офицерский кадровый состав на 1 января 1914 года насчитывал 45 956 чел., это было большим подспорьем для армии.

На сладкие посулы повелась в первую очередь молодежь: студенты, молодые рабочие, разночинцы. Молодежь всегда хочет перемен, и им нечего терять – ни должностей нет, ни дела своего, ни дома. Бей, круши, отнимай! Такую империю проср…!