Рядом с Ольгой Петровной, за соседним столом, сидела Зина — полная женщина лет сорока с вечно удивленным лицом и привычкой жевать что-нибудь даже во время разговора. Зина отвечала за мелкие расходы и авансовые отчеты, но в свободное время любила обсуждать жизнь коллег, потому что, по ее собственному выражению, «люди интереснее цифр, хоть и менее надежны».

В бухгалтерии работало еще два человека, но они сидели в дальней части комнаты и всегда молчали. Никто точно не знал, чем они занимаются. Ходили слухи, что они разносят проводки по старым счетам или просто спят с открытыми глазами, но проверить это было невозможно, потому что подойти к ним незаметно Ольга Петровна не позволяла.

Было 10:15 утра. Ольга Петровна сидела перед своим монитором и пила чай из огромной кружки с надписью «Бухгалтер — это не профессия, это диагноз». Кружку ей подарили коллеги на прошлый Новый год, и она оценила подарок по достоинству — ирония была ей близка, хоть она никогда этого не показывала.

На экране был открыт Excel. Ольга Петровна работала в Excel с таким мастерством, с каким пианисты играют Шопена — пальцы летали по клавишам, формулы вспыхивали одна за другой, сводные таблицы рождались и умирали по щелчку мыши. Говорили, что Ольга Петровна умеет делать в Excel такие вещи, которые создатели программы даже не предусмотрели. Говорили, что она может заставить Excel варить кофе, если очень постарается. Сама Ольга Петровна эти слухи не подтверждала, но и не опровергала.

Когда пришло письмо от Марины, Ольга Петровна как раз сводила дебет с кредитом по прошлому месяцу. Процесс был медитативным — цифры сходились идеально, как кусочки пазла, и это приносило глубокое, почти физическое удовлетворение.

Звук оповещения отвлек ее от этого занятия. Ольга Петровна поморщилась — она не любила, когда ее отвлекали от цифр, даже виртуально. Но привычка проверять все входящие была сильнее.

Она открыла письмо.

Первое, что она увидела, — фотографии. Бассейн, домики, водопад. Ольга Петровна окинула их беглым взглядом и сразу перешла к тексту. Картинки ее не интересовали. Картинки не имели цифрового выражения, а значит, были бесполезны.

«Две недели в джунглях Вьетнама без телефонов...»

Ольга Петровна дочитала до конца, не меняясь в лице. Потом перечитала еще раз, медленнее, вникая в каждое слово. Потом открыла вкладку с калькулятором и начала считать.

— Оль, ты чего? — спросила Зина, оторвавшись от своего бутерброда с сыром. — Что там?

— Минуту, — отрезала Ольга Петровна, не поднимая головы. — Я считаю.

Зина пожала плечами и вернулась к бутерброду. Она знала: когда Ольга Петровна считает, лучше ее не трогать. Это как трогать сапера, который разминирует бомбу. Одно неловкое движение — и взорвется отчетность.

Ольга Петровна открыла новый файл Excel. Назвала его «Расходы на идиотизм». Потом подумала и переименовала в «Расходы на корпоративное мероприятие (Вьетнам)», потому что официальные названия должны быть официальными, даже если внутри файла полный скептицизм.

Пальцы забегали по клавиатуре.

Перелет:

· Москва — Хошимин (туда): эконом — 45 000 руб./чел. × 5 = 225 000 руб.

· Хошимин — Москва (обратно): эконом — 45 000 руб./чел. × 5 = 225 000 руб.

· Итого перелет: 450 000 руб.

Трансфер:

· Аэропорт — отель (в обе стороны): 20 000 руб.

· Трансферы по программе неизвестно, заложим 50 000 руб.

· Итого трансфер: 70 000 руб.

Страховка:

· Медицинская страховка для туристов (Вьетнам, повышенный риск) — 3 000 руб./чел. × 5 = 15 000 руб.

Проживание:

· 14 ночей = 700 000 руб.

Питание:

· Завтраки включены, обеды и ужины — 3000 руб./день × 14 дней × 5 чел. = 210 000 руб.

Экскурсии и программа:

· 80000 руб. с человека = 400 000 руб.

Непредвиденные расходы:

· 15% от общей суммы = 270 000 руб.

Ольга Петровна посмотрела на итоговую цифру. Потом протерла очки и посмотрела еще раз.

Итого: 2 135 000 рублей.

— Охренеть, — сказала она вслух.

Зина поперхнулась чаем.

— Оль, ты чего? Что случилось? Налоговая? Проверка? Инвентаризация?

— Хуже, — ответила Ольга Петровна, не отрывая взгляда от монитора. — Марина.

Она развернула монитор так, чтобы Зина могла видеть цифры. Зина присвистнула, едва не выронив бутерброд.

— Два миллиона? За две недели? Это что, люкс?

— Это средний сегмент, — мрачно ответила Ольга Петровна. — По крайней мере, так утверждает Марина. Я заложила минимальные цены. Если там действительно виллы, а не шалаши, может быть даже дороже.

— А если шалаши?

— Тогда это просто выброшенные деньги.

Ольга Петровна открыла вторую вкладку и начала вбивать новые цифры. Теперь она считала не расходы, а потенциальную пользу.

Рабочее время, потерянное на поездку:

· 14 дней × 8 часов × 5 человек = 560 рабочих часов.

· Средняя часовая ставка сотрудников (с учетом окладов и налогов) — 2 000 руб./час.

· Итого потери производительности: 1 120 000 руб.

Суммарные потери компании:

· Прямые расходы: 2 135 000 руб.

· Косвенные потери: 1 120 000 руб.

· Общий ущерб: 3 255 000 руб.

— Три миллиона двести пятьдесят пять тысяч рублей, — объявила Ольга Петровна тоном врача, сообщающего родственникам, что пациент не выживет.

Зина перестала жевать. Ее лицо выражало глубокую скорбь, хотя вообще-то это были не ее деньги.

— И за что? — спросила она. — За две недели в джунглях?

— За единение, — усмехнулась Ольга Петровна. — За командный дух. За то, чтобы мы научились доверять друг другу.

— Я и так доверяю, — обиженно сказала Зина. — Я Танечке из кассы доверяю уже десять лет. А Вове из IT не доверяю, но это потому что он однажды мой компьютер сломал. И никакие джунгли тут не помогут.

Ольга Петровна не ответила. Она открыла третью вкладку и начала новый расчет. Теперь она считала, сколько калорий ей понадобится, если придется ходить по джунглям.

Исходные данные:

· Вес: 68 кг (она следила за собой).

· Рост: 165 см.

· Возраст: 52 года.

· Базовый метаболизм: примерно 1400 ккал/день (по формуле Миффлина-Сан Жеора).

Физическая активность:

· Ходьба по пересеченной местности (джунгли, болота, подъемы) — примерно 400 ккал/час.

· Предположительная длительность экскурсий: 5 часов в день.

· Дополнительные затраты: сбор дров, установка палаток (если придется), борьба с насекомыми.

Расчет:

· 5 часов × 400 ккал = 2 000 ккал/день дополнительно.

· Итого суточная потребность: 1400 + 2000 = 3 400 ккал.

Калорийность местной еды:

· Рис: 130 ккал/100 г.

· Овощи: в среднем 50 ккал/100 г.

· Фрукты (бананы, манго): 90 ккал/100 г.

· Рыба/морепродукты: 150 ккал/100 г.

Необходимый объем еды в день:

· Чтобы получить 3 400 ккал, нужно съедать примерно 2.5 кг риса (невозможно, слишком много).

· Или 2 кг бананов (тоже много).

· Или комбинировать.

Вывод:

— Если нас будут кормить три раза в день по стандартной туристической программе, я буду в дефиците калорий примерно 1000 ккал в сутки, — громко сказала Ольга Петровна. — За две недели я похудею на два килограмма. Это приемлемо. Если кормить будут хуже — похудею на пять. Если вообще не будут кормить...

Она сделала паузу и мрачно посмотрела на Зину.

— Если вообще не будут кормить, мы начнем есть друг друга. Эволюционно это самый вероятный сценарий.

Зина поперхнулась уже в третий раз за утро. Она отложила бутерброд и уставилась на Ольгу Петровну с ужасом.

— Оль, ты это серьезно? Ты реально считаешь, что нас там кормить не будут?

— Я не знаю, — честно ответила Ольга Петровна. — Я не знаю, что там будет. Марина прислала красивые картинки, но в письме нет ни одной цифры. Ни точной стоимости, ни программы по дням, ни меню. Только общие слова про «единение с природой». А природа, Зина, это не ресторан. Природа — это место, где ты либо ешь, либо тебя едят.

Зина нервно сглотнула.

— Может, не ехать? Сказаться больной?

— Не получится, — вздохнула Ольга Петровна. — Это обязательное мероприятие. Артём подписал приказ. Марина уже забронировала билеты. Если мы не поедем, деньги все равно спишут, а нас запишут в некомандные игроки. Потом премии лишат.

— А премия сколько?

— Сто пятьдесят тысяч в квартал.

Зина задумалась. На ее лице явно происходила внутренняя борьба между страхом перед джунглями и любовью к деньгам.

— Допустим, я готова рискнуть, — сказала она наконец. — Но ты уверена, что там безопасно? Я слышала, во Вьетнаме змеи есть. И пауки. И эти, как их... пиявки.

Ольга Петровна пожала плечами. Она открыла новую вкладку в браузере и загуглила «опасности джунглей Вьетнам». Через минуту изучения результатов ее лицо стало еще мрачнее.

— Пиявки, — прочитала она вслух. — Москиты (малярия). Змеи (кобры, гадюки, питоны). Пауки (птицееды, каракурты). Дикие животные (кабаны, обезьяны, леопарды). Ядовитые растения. Болотные болезни. Наводнения в сезон дождей. Оползни.

— Охренеть, — повторила Зина.

— И это только то, что в интернете пишут, — добавила Ольга Петровна. — А есть еще то, о чем не пишут.

Она закрыла браузер и вернулась к Excel. Пальцы снова забегали по клавишам.

Расчет рисков:

· Вероятность встретить змею: 30%

· Вероятность быть укушенным: 5% от встречи = 1.5%

· Вероятность заболеть малярией: 2% (по данным ВОЗ)

· Вероятность утонуть в реке: 0.5%

· Вероятность потерять вещи: 50%

· Вероятность остаться без еды: 20%

Стоимость страховки:

· Базовая: 3 000 руб.

· Расширенная (со змеями и эвакуацией): 15 000 руб.

Разница:

· 15 000 — 3 000 = 12 000 руб. × 5 = 60 000 руб.

Ольга Петровна подняла голову.

— Нужно брать расширенную страховку, — сказала она. — Со змеями. И эвакуацией. И репатриацией тела, на всякий случай.

Зина побледнела.

— Оль, ты меня пугаешь.

— Я не пугаю, я считаю, — поправила Ольга Петровна. — Цифры не врут. Цифры показывают реальность. А реальность такова, что мы едем в место, где нас могут съесть, укусить или утопить. И за это мы еще платим два миллиона рублей.

Она откинулась на спинку стула и впервые за утро позволила себе улыбнуться. Улыбка была невеселой — скорее философской.

— Знаешь, Зина, — сказала она задумчиво. — Я работаю бухгалтером тридцать лет. За это время я видела много глупостей. Покупали ненужное оборудование, заказывали бессмысленные тренинги, платили консультантам, которые не умели считать. Но чтобы вот так, добровольно, заплатить два миллиона за возможность получить малярию и быть съеденной питоном... это новый уровень.

Зина молчала. Она переваривала информацию и одновременно доедала бутерброд — от стресса у нее всегда усиливался аппетит.

В дверь постучали. Даже не постучали,а робко поскреблись.

— Войдите, — сказала Ольга Петровна тоном, не предвещавшим ничего хорошего.

Дверь приоткрылась, и в щель просунулась голова Дениса. Маркетолог улыбался своей обычной жизнерадостной улыбкой, но при виде Ольги Петровны улыбка слегка потускнела.

— Ольга Петровна, здравствуйте! — бодро начал он. — Я по поводу письма Марины. Вы видели? Круто же, да?

Ольга Петровна медленно повернулась к нему вместе со стулом. Стул скрипнул, и в этом скрипе Зине послышался похоронный звон.

— Денис, — сказала Ольга Петровна ледяным тоном. — Зайди. Сядь. Поговорим.

Денис зашел. Сел. Посмотрел на монитор, где красовалась таблица. Прочитал цифры. Сглотнул.

— Это... это сколько? — спросил он осипшим голосом.

— Это два миллиона сто тридцать пять тысяч рублей, — ответила Ольга Петровна. — Плюс потеря производительности еще на миллион. Плюс риски. Плюс расширенная страховка. Итого около трех с половиной миллионов, которые компания потратит на то, чтобы мы две недели ходили по джунглям и ели бананы.

Денис помолчал. Потом его лицо снова расплылось в улыбке — маркетологи вообще были странными людьми, их даже цифры не могли испугать.

— Ну, зато контент какой будет! — воскликнул он. — Я такой контент сниму! Тик-ток взорвется! Мы же первые, кто такое делает! Это же пиар для компании! Если посчитать в деньгах, возможно...

Ольга Петровна подняла руку, и Денис замолчал на полуслове.

— Денис, — сказала она. — Я должна знать одну вещь. Только честно.

— Да?

— Бананы там будут?

Денис растерянно заморгал.

— Бананы? Ну... наверное. Это же тропики. Там бананы растут.

— Это хорошо, — кивнула Ольга Петровна. — Потому что я посчитала калорийность. Мне нужно будет съедать примерно два килограмма бананов в день, чтобы не похудеть. Если бананов не будет, придется есть рис. А рис без соли — это грустно.

Денис смотрел на нее с таким выражением, с каким смотрят на человека, который только что вышел из окна и утверждает, что умеет летать.

— Ольга Петровна, — осторожно сказал он. — Вы серьезно считаете калории для поездки в джунгли?

— А ты предлагаешь считать что-то другое?

— Ну... я не знаю. Настроение? Впечатления? Эмоции?

Ольга Петровна посмотрела на него долгим взглядом. Потом перевела взгляд на Зину. Потом снова на Дениса.

— Денис, — сказала она. — Я бухгалтер. Я считаю деньги, ресурсы и риски. Эмоции я оставляю другим. Но я вам скажу одну вещь, которую вы, возможно, не поймете, потому что вы молодой и глупый.

— Я слушаю.

— Когда я считаю, я понимаю, что происходит. Когда я понимаю, я контролирую. Когда я контролирую, я не боюсь. Вы сейчас не считаете, поэтому вы не понимаете, не контролируете и боитесь. Вы просто прячете страх за дурацкой улыбкой и разговорами про контент.

Денис перестал улыбаться.

— Я не боюсь, — сказал он тихо.

— Боитесь, — отрезала Ольга Петровна. — И правильно делаете. Джунгли — это страшно. Там нет розеток, нет вайфая и нет доставки еды. Там есть только вы и природа. А природа, Денис, не любит дураков.

Она развернулась к монитору и продолжила печатать. Денис посидел еще минуту, потом встал и на цыпочках вышел, стараясь не шуметь.

Зина проводила его взглядом и повернулась к Ольге Петровне.

— Оль, а зачем ты его так? Он же хороший парень.

— Хороший, — согласилась Ольга Петровна, не оборачиваясь. — Но глупый. И если он поедет в джунгли с этой своей дурацкой улыбкой и верой в контент, он погибнет первым. Я просто готовлю его к реальности.

— К какой реальности?

— К той, где бананы могут оказаться единственной едой, а пиявки — единственными друзьями.

Зина вздохнула и достала из ящика стола второй бутерброд. Разговор с Ольгой Петровной всегда вызывал у нее желание заесть стресс чем-нибудь калорийным.

А Ольга Петровна продолжала считать. Она открыла новую вкладку и начала составлять список вещей, которые нужно взять с собой, чтобы выжить в джунглях с минимальными потерями. Список получался длинным и пугающим.

Снаряжение:

· Треккинговые ботинки (водонепроницаемые) — 2 пары.

· Москитная сетка на лицо.

· Репелленты (3 флакона).

· Антигистаминные (от укусов).

· Антибиотики широкого спектра.

· Обезболивающие.

· Противомалярийные табаклетки.

· Бинты, пластыри, жгут.

· Нож (мачете, если разрешат взять в багаж).

· Фонарик налобный (3 штуки, запасные батарейки).

· Спички (зажигалки) в герметичной упаковке.

· Соль (много соли, от пиявок и для еды).

· Сухой паек (про запас).

Она посмотрела на список и приписала внизу:

Вопросы к Марине:

1. Точная программа по дням.

2. Меню (с калорийностью).

3. Наличие медицинской помощи.

4. Связь с внешним миром в экстренных случаях.

5. Кто конкретно будет проводником (имя, возраст, опыт, наличие лицензии).

6. Страховка (подтверждение, что покрывает укусы змей).

7. Что будет, если кто-то захочет вернуться досрочно.

8. Есть ли поблизости больница.

— Вот, — сказала она удовлетворенно. — Теперь я готова.

Зина посмотрела на список и покачала головой.

— Оль, ты как на войну собираешься.

— Война, Зина, — это когда стреляют. А джунгли — это когда ты один на один с природой. И природа всегда выигрывает, если ты не подготовился.

Она отправила список Марине по почте и закрыла файл. Потом допила остывший чай и посмотрела в окно. За стеклом все так же моросил снег, по карнизу бегали голуби, и жизнь казалась обычной и предсказуемой.

---

Open space компании ООО «АйПиПиПи» представлял собой классический пример того, как дизайнеры пытались совместить несовместимое: функциональность и креативность, комфорт и экономию, серьезный бизнес и стартап-тусовку. Получилось то, что получилось.

Пространство было разделено на зоны без всяких перегородок — руководство считало, что это способствует общению и обмену идеями. На практике это означало, что каждый сотрудник слышал не только свои мысли, но и мысли всех остальных, включая подробности личной жизни, обсуждение вчерашнего сериала и звуки пережевывания обеда.

В центре висели разноцветные лампочки на веревочках, создавая иллюзию праздника, которая быстро рассеивалась при взгляде на унылые лица менеджеров. В углу стояли мягкие пуфики, на которых никто никогда не сидел, потому что сидеть на пуфике с ноутбуком было неудобно, а просто так сидеть никто не позволял — начальство считало это бездельем.

Столы были расставлены хаотично, якобы для стимуляции творческого беспорядка. На столах громоздились мониторы, кружки с недопитым кофе, стикеры с напоминаниями, провода, которые никто никогда не распутывал, и фигурки из «Киндер-сюрпризов», которые кто-то принес для поднятия настроения и забыл убрать.

Кондиционер работал в режиме «то холодно, то жарко», и сотрудники давно привыкли сидеть то в куртках, то в футболках, в зависимости от капризов климат-контроля. Окна выходили на соседний бизнес-центр, и единственным видом были такие же офисы с такими же людьми за такими же столами. Иногда кто-нибудь в соседнем здании тоже смотрел в окно, и они встречались взглядами, как два заключенных в соседних камерах.

Было 10:30 утра. Опенспейс жил своей обычной жизнью: кто-то печатал, кто-то говорил по телефону, кто-то делал вид, что работает, листая ленту новостей. В углу курилка (формально запрещенная, но фактически существующая) собрались несколько человек и обсуждали вчерашний футбол.

Денис сидел за своим столом и вертелся на крутящемся стуле, как ребенок, которому не сидится на месте. Стол Дениса отличался от остальных таким количеством хлама, что неподготовленный человек мог бы принять его за склад ненужных вещей. Здесь были: три внешних аккумулятора (все разряжены), штатив для телефона, кольцевая лампа, которая никогда не выключалась и слепила глаза всем проходящим мимо, две пары наушников (одни сломаны, вторые потерялись где-то в проводах), коллекция значков с разных конференций, недопитая банка энергетика, открытая неделю назад, и фотография самого себя в окружении каких-то блогеров, подписанная «Мы делаем контент!».

Денису было двадцать восемь лет, но по поведению он напоминал подростка, который только что обнаружил, что мир состоит из лайков и подписчиков. Одевался он соответственно: худи с принтом «Content is king», кеды ярко-оранжевого цвета, которые были видны за версту, и бейсболка, которую он носил даже в помещении, потому что так делал один известный тик-токер.

В данный момент Денис как раз готовился к записи сторис. Он установил телефон на штатив, поправил кольцевую лампу, причесался пятерней и включил запись.

— Всем привет! — заорал он так громко, что несколько человек вздрогнули и подняли головы. — С вами Дэн! И у меня для вас новость, от которой вы обосретесь!

Соседний менеджер, немолодой уже мужчина по имени Семен, занимающийся логистикой, закатил глаза и надел наушники. Он знал Дениса уже три года и успел выработать иммунитет к его энтузиазму. Остальные сотрудники, не имевшие наушников, просто стиснули зубы и продолжили работать — спорить с Денисом было бесполезно, он все равно не слышал никого, кроме себя.

— Ребята, — продолжал Денис, поворачивая телефон то влево, то вправо, чтобы поймать лучший ракурс. — Я лечу в джунгли! В настоящие джунгли! Вьетнам, пальмы, обезьяны!

Он сделал эффектную паузу, ожидая реакции. Реакции не последовало, потому что никто, кроме него, не смотрел в камеру. Дениса это не смутило — он привык работать на воображаемую аудиторию.