23febsale10
Написать рецензию
  • Zok_Valkov
    Zok_Valkov
    Оценка:
    32

    Очарованная удачным сочетанием легкости изложения с большим количеством интересных фактов в предыдущей книге Торвальда «Век криминалистики» я с нетерпением ожидала «Век хирургов». И главным разочарованием стала художественная подача материала – линия жизни и поисков доктора Хартмана кажется натянутой и совершенно лишней. В ней совершенно не чувствуется необходимости. А вот фактическая сторона книги, если очистить с неё художественно-эмоциональную кожуру, очень познавательна и увлекательна. Мои знания об истории медицины более чем скромны – Парацельс, Авиценна, Ибн-Сина, а потом сразу Сеченов, Пирогов, Павлов. И то, для меня это скорее имена из данной области, нежели реальные представления о медицинской и научной деятельности. Еще одно знакомое мне имя – Флоренс Найтингейл, о её деятельности я хоть какое-то представление имею, и была удивлена, не встретив упоминания о ней в этой книге.

    Как оказалось, «век хирургов» - первая часть дилогии и найти «Империю хирургов» мне еще предстоит. Пока же приоткрыта завеса над открытием анестезии, становлением асептики и антисептики, а также первыми опытами хирургии внутренних органов. История медицины, как история любой науки полна личных трагедий и вдохновенных открытий. Меня, например, впечатлила история Хораса Уэллса – человека невольно ставшего наркоманом в ходе своих исследований. В поисках идеального газа способного выступить в качестве безвредного обезболивающего Уэллс поставил на себе десятки экспериментов и получил неизвестную тогда и разрушительную для психики зависимость – токсикоманию, которая привела его суициду.

    Начало книги, посвященное операциям в эпоху до наркоза, может шокировать современного человека. Читая чудовищные описания операций, я невольно спрашивала себя - какими психическими и физическими особенностями должен был отличаться врач этого времени? Да, жажда познания – великая движущая сила, но мне кажется, мало кому в современном мире её хватило бы, чтобы двигаться к цели через море крови, гноя и бесконечной боли, зная, что десятки людей умрут после твоего вмешательства. В этом смысле поучительна история венгерского акушера Игнаца Филиппа Земмельвайса. По мнению Торвальда, осознание того, что его нестерильные руки и инструменты могли стать причиной смерти от сепсиса многих рожениц мучило Земмельвайса столь сильно, что в атмосфере травли, которой его окружили коллеги за его «маниакальную чистоплотность», у него развилось серьезное психиатрическое заболевание. Земмельвайс закончил свои дни в психиатрической лечебнице, по иронии судьбы, умерев от того же сепсиса, борьбе с которым он посвятил свою жизнь.

    Но не хотелось бы создать у будущего читателя совсем уж неприглядную картину и отпугнуть мрачными заметками от прочтения. В «Веке хирургов» есть и прекрасные истории личного триумфа и признания. Думаю, каждое спасение человеческой жизни вдохновляло этих людей на дальнейшие изыскания и открытия.

    История хирургии в изложении Торвальда в этой книге заканчивается началом XX века и описанием случая первого официального хирургического вмешательства в сердечную мышцу.

    Хочется продолжения!

    Ведь впереди столько открытий, свершений и прорывов!

    Читать полностью
  • bookeanarium
    bookeanarium
    Оценка:
    21

    Книга «Век хирургов» - лучший способ осознать, что всего 170 лет назад наркоза не существовало, а антисанитария в операционных существовала вплоть до середины девяностых годов XIX века. Образ одноногого пирата (или однорукого, как Капитан Крюк) ещё и потому настолько устойчив, что во времена пиратства единственным способом не умереть от гангрены при переломе ноги или глубоком рассечении было ампутировать конечность. Как только хирургические инструменты додумались кипятить, в обиход вошли целиком металлические скальпели, деревянные ручки ушли в прошлое. Как только наркоз вошёл в обиход, одним из главных требований к хирургу перестала быть физическая сила.

    Век современной хирургии, по словам Юргена Торвальда, начинает отсчёт в 1846 году в американской больнице города Бостона, где впервые применили эфирный наркоз – обезболивание с помощью вдыхания определённого газа. И всего год спустя в большинстве стран начали оперировать без боли: удивительная скорость принятия новинки. Против обеззараживания инструментов и хирургического поля, даже против мытья рук сопротивлялись годами, с переменным успехом. Представьте себе персонал больницы, который живёт по заведённому распорядку, и вдруг от каждого теперь требуют постоянно мыть руки, а вспомогательному персоналу теперь ещё вменяется в обязанность регулярно менять и стирать простыни, перед каждой операцией кипятить инструменты, а ведь раньше их всего-навсего протирали о полы одежды.

    Штурм на антисанитарию продолжается, когда в качестве обеззараживающего вещества повсеместно пытались внедрить карболку: Луи Пастер и Крукс заметили, что карболовая кислота помогает избавляться от запаха гниения, но доказать эффективность препарата смог значительно позже только Роберт Кох, поначалу безвестный общинный врач. Ему удалось подкрасить и сфотографировать через микроскоп возбудителей краснухи, столбняка, гангрены, сибирской язвы. Но и доказать – ещё не значит найти возможность предотвратить. Даже вымытые до скрипа руки хирурга – не гарантия стерильной чистоты. Но выход нашёлся благодаря влюблённости одного балтиморского профессора хирургии, Уильяма Стюарта Хальстеда, в старшую медсестру, у которой карболовая кислота стала разъедать кожу рук. Карболовый спрей распыляли по операционной, в карболовом растворе держали инструменты, в нём замачивали шовный материал, да и просто раны заливали литрами разведённой карболовой кислоты: от такой концентрации у кого угодно начнётся раздражение от постоянного соприкосновения с препаратом. Профессор Хальстед решил исправить ситуацию и заказал в недавно открывшейся фирме «Goodyear Rubber Company», сейчас эта компания известна как производитель шин, тонкие резиновые перчатки для своей будущей супруги; и перчатки вскоре стали обязательным атрибутом всех операционных мира. Десятки таких правильных решений перечислены в книге «Век хирургов», и каждая удача обнадёживает.

    Читать полностью
  • ink_myiasis
    ink_myiasis
    Оценка:
    15

    Очень жаль, что издание «Века хирургов» Юргена Торвальда не было замечено и оценено по достоинству. Изданная чудовищно маленьким тиражом в 300 экземпляров, книга вполне очевидно станет библиофилической редкостью.

    Юрген Торвальд, автор самой известной в России книги по истории криминалистики «Век криминалистики», писал также и по истории медицины. Книга «Век хирургов» посвященная нелегкому акту открытия и внедрения революционных для хирургии средств. Главный повествователь книги - это хирург, дед автора, Генри Стивен Хартман - человек удивительной судьбы, который имел контакты со многими выдающимися хирургами и врачами своего времени.

    Книга затрагивает основные революционные события в хирургии 19 века. Открытие наркоза, лечение мочекаменной болезни, открытие антисептики, резекция желудка и первая операция на сердце. Поразительно, с каким трудом и драмой могли вводиться в научную практику эти революционные открытия. К примеру, чтобы внедрить очевидные для нас представления об антисептике, потребовалось порядка двадцати лет борьбы с постностью старых учений. Дело в том, что хирурги старой школы считали чудовищной ересью мыть руки, измазанные в препарированном трупе, перед осмотром послеродового влагалища.

    Автор мастерски балансирует между увлекательным историческим очерком и натуралистичным описанием телоразъятия. На мой взгляд, это одна из лучших non-fiction книг, вышедших в 2011 году по медицине. Так что скорее покупайте остатки «Века хирургов» в магазинах, пока книга полностью не исчезла.

    Читать полностью
  • tima
    tima
    Оценка:
    12

    Эталон того, как надо писать нон-фикшн, и вообще рассказывать о каких-то узкоспециальных штуках широкой публике - история хирургии это, ВНЕЗАПНО, одни драмы, драмы, детективы и драмы, охуенно интересно, берет за душу, за горло и проч.

    Кроме того, здорово вправляет мозги насчет картины мира и недовольства современностью - каких-то сраных 150 лет назад врачи опрерировали на грязных деревянных столах, вместо белых халатов носили черные фартуки, "забрызганные кровью и гноем", об эти же фартуки вытирали инструменты, лазали по пездам рожениц руками, которыми до этого препарировали трупы (с соответствующей смертностью), а аппендицит считался, буквально, смертельным заболеванием. Нам с вами довелось жить в счастливое, беззаботное время.

    Торвальд тоже родился и работал в XX веке, но пишет от лица доктора Хартмана, современника и знакомца всех этих сверхлюдей, который придумали анестезию, антисептики, провели первое кесарево сечение и операцию на открытом сердце, поэтому и стиль тут несколько своеобразный, "художественный", но это именно та точка, с которой нужно вести повествование, чтобы книжка по истории (!) хирургии (!) стала мировым бестселлером. Не в России, конечно - у нас ее выпустили постыдным тиражом в 300 экземпляров, и берут, судя по всему, плохо. Рано или поздно, впрочем, все равно раскупят, поэтому заказывайте ее немедленно - это нужно читать всем.

    Читать полностью
  • Michael_Balandin
    Michael_Balandin
    Оценка:
    6

    Популярная литература — совершенно особый жанр. Интересно рассказывать о каком-либо предмете не так-то просто, тут нужно какое-то специфическое вдохновение. Можно вспомнить Эдгара По, переписавшего довольно серьёзную книжку по конхиологии «для чайников» так, что её автор прыгал от радости. Можно вспомнить Якова Перельмана, который, будучи по образованию лесоводом, писал великолепнейшие книги по физике и математике. Можно ещё вспомнить Сергея Боброва — литератора и филолога — писавшего не менее замечательно о той же математике… да много кого можно вспомнить.

    Одним из лучших «популярщиков» второй половины ХХ века был Юрген Торвальд (это псевдоним, если что). На русский язык у него переводилось не так много, но всё же кое-что есть — по криминалистике, судебной медицине, просто медицине, военной истории… Медицину он, кстати, изучал, хотя до врача и не доучился. Так что область, о которой пойдёт речь, автор знал не понаслышке.

    Дальше...

    А речь пойдёт о «Веке хирургов» — первом томе сочинения, которое можно было бы с равным успехом озаглавить «Популярная история хирургии». (Второй том называется «Империя хирургов», он развивает изложение первого, и в таковом качестве представляет значительно меньший самостоятельный интерес.) Авторское же название отражает ключевую мысль: (золотой) век хирургии начался с появления в хирургической практике наркоза…

    Тема, прямо скажем, неподъёмная. Посему Торвальд выбрал для её раскрытия довольно нетривиальный приём: он ведёт повествование не документально, а от лица вымышленного персонажа — врача второй половины XIХ века, жадного до знаний и потому много переписывавшегося с зарубежными коллегами, а также непосредственно общавшегося с ними в своих многочисленных путешествиях.

    Собственно, книга открывается «биографией» этого персонажа. Читая её, понимаешь, что в принципе такой человек вполне мог бы существовать на самом деле, и ничего особенно необычного в его судьбе не было бы. Ну да, жизнь его выглядит явно более… гм… интересной, чем у среднестатистического обывателя — но в действительности ещё и не такое бывает. Интереса повествованию добавляет тот факт, что «прожил» этот персонаж достаточно долго, сам перенёс определённое число болячек, и как врач мог непосредственно оценить успехи медицины на себе.

    Введя такого рассказчика, Торвальд ловко отвёл от себя возможные обвинения в необъективности. Не раскрыта роль такого-то учёного? Не освещён тот факт, что методы лечения такого-то заболевания в названное время активно развивались ещё и кем-то неназванным? Ну так рассказчик-то этого просто не знал! Что знал, то и рассказывает… а всё знать невозможно, тема-то неподъёмная, см. выше…

    Круг вопросов, затронутых в «Веке хирургов», можно примерно очертить так: наркоз, операции без разрезов (на примере мочекаменной болезни), кесарево сечение, антисептика, операции на желудке, аппендицит, операции на сердце. Даже и того, что «знал рассказчик», более чем достаточно для разрыва читательского шаблона — гарантирую!

    Медицина первой половины ХIХ века — это, как говорится, чего-то особенного. Почитайте-почитайте, много интересного узнаете! Важнейшим качеством хирурга, к примеру, почиталась физическая сила — дабы он мог возможно быстрее провести операцию вопреки сопротивлению пациента: наркоза-то не было, резали «по живому». После этого как-то начинаешь осознавать, что предубеждение против женщин-врачей держалось отнюдь не на пустом месте: то ли мужик за полминуты руку ампутирует (а это считалось мастерским, но отнюдь не выдающимся результатом), то ли женщина будет несколько минут кость пилить. Это без наркоза-то! Почувствуйте, как говорится, разницу.

    Или вот ещё. Для врача в те времена считалось совершенно в порядке вещей после вскрытия трупа в больничном морге пойти принимать роды и не помыть при этом руки. Стерилизация инструментов? Я вас умоляю: вот стоит тазик с водой, ополоснуть в нём и все дела. Причём вода целый день не меняется… а то и несколько дней.

    После таких жутиков уже не вызывает удивления тот факт, что появление в регулярной хирургической практике операции кесарева сечения с 50% смертностью было воспринято как колоссальный успех медицины. До этого-то смертность за 90% зашкаливала, а тут половину пациенток научились спасать!

    И это ведь, блин, не авторские фантазии. Почитаешь литературу ХIХ века, пусть даже художественную, лишь бы тогдашняя медицина там была в описании писателя-современника — то же самое примерно и увидишь. Просто у Торвальда изложение именно на этом и концентрируется, вот оно и бросается в глаза… с потерей аппетита и прочими побочными эффектами. Да вот хоть «Севастопольские рассказы» Толстого почитайте — вполне документальное свидетельство воевавшего там очевидца. Или его же «Смерть Ивана Ильича». Воспоминания друзей Пушкина или Гоголя о их последних днях… ну вы поняли.

    В общем, очень, очень познавательное чтение. Крайне рекомендую, особенно перед визитом к стоматологу. :) Дабы лучше понимать, сколько за последнюю пару веков сделала медицина — не только для излечивания людей, но и для минимизации их страданий. А она таки сделала, и сделала ох как много…

    Читать полностью