Цитаты из книг автора «Юлия Васильева»

Сначала ты привыкаешь к морщинам на лице, потом к тому, что дети твоих детей зовут тебя бабушкой. Больные колени на этом фоне не кажутся такой уж катастрофой.

Когда за непреклонной менторшей закрылась дверь спальни, мы уже едва не подпрыгивали от нетерпения. Нужно было успеть до рассвета. – Ты точно не хочешь, чтобы я пошла с тобой? – в который раз спросила я свою боевую подругу, когда она ради предосторожности выглянула из своей комнаты в коридор.

К небольшому городку под странным названием «Кладезь» (даже старожилы не могли объяснить, кладезем чего он являлся) примыкало не более пяти мелких имений (наше среди них) и всего одно крупное, принадлежащее старшему лорду Гордию. К лорду я конечно же

Лет после пятидесяти Лукреция стала воспринимать красивых мужчин именно так – как картины или статуи, не больше.

У вас есть сейчас в наличии какой-нибудь живой корм: коза там, ну, не знаю, или та же свинья, что-нибудь, что бы бегало и отвлекало внимание? – Нет-нет-нет, привезут только завтра. Брут растерянно огляделся вокруг. – Или вот хоть собака подойдет, – показал он на безродную по виду шавку, беспечно спящую под скамейкой. – Что вы, господин доктор, это ж живое существо, да и года три, почитай, тут при нас уже обретается, возьмите лучше с собой господина пристава. Сэр Бенедикт покосился на полицейского чиновника: – То есть господин пристав как бы не совсем живой и его не жалко? – А то ж… Он при исполнении, а Тузик наш – гражданское население, – пояснил Меховой.

– Завидую я вам, Брут, – вдруг задумчиво изрек пристав, когда они с доктором остались в саду одни, потягивая виски. – Многие мне завидуют, – усмехнулся сэр Бенедикт, но интонацию его можно было трактовать по-разному. – Таков удел всех харизматичных талантливых личностей. – Работе вашей завидую. – Порфирий Аверьянович будто пропустил мимо ушей половину реплик собеседника. – Отчего же? – Вот вы заранее знаете, что будете работать с монстрами, а потом вдруг они вам преподносят прекрасные сюрпризы. Как сегодня. А я вот работаю с людьми… – Которые на поверку оказываются хуже любого монстра, – продолжил за него криптозоолог.

– Забавно: три холостяка, вдова и незамужняя девица собрались вечером, чтобы понаблюдать за родами какой-то ящерицы.

– Ладно-ладно, покуражились – и хватит, – примирительно сказал пристав. – А у нас тут, между прочим, возможный труп. Директор зоосада на себе волосы рвет. На себе и на стороже, который, как всегда, ничего не видел. Не опасаетесь, что, когда волосы на этих двоих закончатся, в ход пойдут шкуры ваших обожаемых монстров? – Судя по тому, как вы жаждали увидеть мою персону, подозревать представителей рода человеческого никто не хочет? – Брут, не прикидывайтесь, будто ваши пациенты пушистые милашки, мы оба знаем, что это не так. – При всем уважении, Порфирий Аверьянович, чтобы стать жертвой этих «пушистых милашек», надо быть либо самоубийцей, либо идиотом. – При каждой встрече вы с жаром доказываете мне, что и тех и других вокруг пруд пруди.

Вместо того чтобы следовать разрозненным указаниям сэра Бенедикта, Кусаев решил повышать свое образование систематизированно, принимаясь за книги по порядку, начиная с левого края нижнего ряда полок.

– Я так и знал, что ты из-за денег выбрал эту профессию! – воскликнул Модест Дионисович, явно еще не до конца срисовавший характер нового приятеля. – Нет, просто я не очень люблю людей. Все они не те, кем кажутся, и только василиск – это всегда василиск.