Глава 5
Разведка территории

Саундтрек: LYNX – Посмотри в глаза

Сэм

Чтобы не тратить время зря, ставлю чайник и открываю новую папку с дополнениями досье. Итак…

Бергер Анастасия Кирилловна, восемнадцать лет. Образование среднее с математическим уклоном. Интересы: мотогонки, выставки животных. Аллергические реакции на кокосовое молоко, красную рыбу и креветки. Эпипен ^[1] в аптечке обязателен.

Внутрь папки вложено несколько фотографий, обычных таких, школьных, как были в том моем досье. Ясное дело, что я не узнал эту Лису – здесь она совсем на себя не похожа: на фоне бело-синего фона сидит на высоком стуле, обняв руками книжки, и мило улыбается. В волосах белый цветок, а волнистые пряди прячут множественные серьги в ухе.

Снова в глаза бросаются эти пухлые губы… В природе такие вообще существуют или там уже наколото по самое не балуй?

Слышу хлопок входной двери, вырывающий меня из мира грез, и стук собачьих когтей по ламинату. Захлопываю папку, встаю и перевожу взор на дверной проем, где уже стоит Стася.

– Можно? – спрашивает Стася.

– Во-первых, ты уже зашла, – говорю я. – Во-вторых, это квартира твоего отца… Ну или дяди. Так что да, можно.

– Учту, – кивает она.

– Я нужен? – выключаю засвистевший чайник и вновь поворачиваюсь к ней.

– Да, отвези нас на гоночный трек, – спокойно говорит она.

– Нас? – хмурюсь я.

– Меня и Дебби, – разводит руки в стороны Стася, как будто я сейчас спросил неведомую глупость.

Так, хорошо, привыкаем. Собака – неотъемлемая часть ее передвижений. А я-то надеялся…

– Как скажешь, – беру ключи и направляюсь к ней. – Едем сразу или что-то еще нужно сделать?

– Нет, – качает головой Стася. – Разве что перенести веселый вечер с обворожительным незнакомцем на никогда.

Снова улыбается, снова этот хитрый взгляд – нашла слабое место, зараза. Что ж, папку дочитаю – тоже буду знать слабые места, а пока… Наслаждайся, дразни.

– Как жаль… Вечером как раз собирался пожарить креветки, заказать «филадельфию» с лососем и запить все это пина коладой. Значит, не присоединишься? – ловлю ее взгляд и невинно приподнимаю брови.

Девчонка щурится и склоняет голову набок. До нее не сразу доходит мой подкол, но как только в глазах появляется огонек понимания и даже, кажется, гнева, я обхожу ее и распахиваю дверь квартиры.

– Едем на трек – значит, на трек.

Псина сидит на переднем сиденье, снова пялится на меня всю дорогу… Взгляд такой цеплючий, неприятный, как будто в душу мне смотрит, читает как открытую книгу. Изредка поворачиваю голову в ее сторону и сталкиваюсь с изучающими меня дерзкими карими глазами. Почти как у своей хозяйки. Как там эту шерстянку зовут? Добби?

– Что она на меня так странно смотрит? – спрашиваю я у Стаси. – Как будто хочет в глотку вгрызться, чесслово.

– Как знать, – усмехается Стася, а я опасливо кошусь на псину. – Не бойся, она слишком умна и послушна. Вреда без приказа не причинит.

– Это утешает, – подмигиваю овчарке, а та как смотрела на меня невозмутимо, так и смотрит.

В нашем городе есть всего один гоночный трек – Авдеевский. На самом деле там что-то в названии а-ля Fast club, но все называют по фамилии основателя – Станислава Юрьевича Авдеева, получается, дяди моей подзащитной. Треку меньше двадцати лет, а это считается мало, но он уже служит отличной «взлетной полосой» в большой мотогоночный спорт. Гонщики попадают даже в иностранные команды, а Авдеев всячески старается создать для молодежи все условия. Несколько лет назад у Авдеева еще был развлекательный клуб для мотогонщиков, но там случились какие-то пара неурядиц и косяков, вроде бы что-то с наркотиками. Учредитель быстро все взял в свои руки и избавился от грязи.

Моя подопечная любит мотогоночный спорт и выставки животных… Ну, относительно любви к животным я уже понял, а вот гонки… Не подумал бы никогда, что такая, как Стася, замешана в этом, вот совсем не похожа на гонщика.

– Зачем мы едем на трек? – обращаюсь к Стасе и чуть поворачиваюсь, когда останавливаемся на светофоре.

– Завтра у меня пробный заезд, – пожимает плечами она.

– Так почему же мы едем сейчас? – все еще не понимаю я.

Стася закусывает губу и несколько долгих секунд о чем-то думает. Уже кажется, что она не ответит, но неожиданно задает мне встречный вопрос:

– Скажи, ты ведь служил?

– Разумеется.

– Тогда должен понимать, что любое поле боя нуждается в хорошей разведке, – говорит она.

– Интересная мысль, – усмехаюсь я. – Все настолько серьезно?

– Люди бывают жесткими, чтобы выйти в высшую лигу и обойти конкурента, – отвечает Стася. – А девушек здесь вообще не любят. Травят, – спокойным тоном продолжает она. – Поэтому я хочу посмотреть со стороны и понять, кто есть кто.

Оставшийся путь до трека проводим молча. Паркуюсь на стоянке для посетителей, и мы выходим из машины. Девушка с чувством и с толком сразу направляется к самой высокой трибуне, ее собака не отстает и занимает позицию слева от хозяйки. Мне не остается ничего, кроме как идти с правой стороны.

Долгое время просто сидим и смотрим на парней, катающихся по кругу, болтающих и смеющихся. Разговоров не слышно, мы слишком далеко от стартовой полосы и огромного ангара, но наблюдать и правда было интересно… Первые минут десять.

– Если ты уже оценила обстановку, мы можем вернуться в машину и выстроить график на завтрашний день, – обращаюсь к девушке я. – Так будет проще работать, если я буду знать все твои передвижения и планы…

– Смотри, – перебивает мою заготовленную речь Стася. – Вон тот в белом с черной полоской, видишь? Это главный хайпожор, назовем его Альфа. Парни в серо-черном – его «шестерки», это видно по поведению, скачут вокруг него, подлизываются. Он хорошо катает, но очень много показухи – он будет бороться за выход в высшую лигу и будет готов пройтись по головам, – говорит она, не сводя взгляда с парней возле старта. Вновь попадаю под ее неведомые чары и затыкаюсь, внимательно глядя ей в лицо и вслушиваясь в каждое слово. – Тот, что в черном, не сложно догадаться, главный соперник Альфы, давай назовем его Бета. У него есть свои «шестерки», и он тоже будет бороться за лигу, но в нем нет пафоса. Каждый круг пройден идеально, а финиш без эмоциональных всплесков. Он просто идет к своей цели и делает то, что умеет.

– И что же это тебе дает? – задаю очередной вопрос, который уходит в пустоту.

– Во-о-он тот чувак в красном с белым – пусть будет Бунтарь, он ни с теми, ни с другими, а значит, соблюдает нейтралитет и просто тусуется тут по фану, хотя откат был просто идеальным. – Стася запускает пальцы в гриву овчарки и начинает нервно ее поглаживать. – Рядом с ним еще один парень в белом, тоже видно, что нейтральный, с очень дорогим байком, но вот гонщик хреновый, много косяков. Просто Мажор… Мне нужно занять место среди них. Альфа и Бета меня раздавят при удобной возможности.

Смотрю на парней и вижу четкую картинку: две кучки и два парня на отшибе. Она провела очень хорошую оценку, я уверен, потому как сам не особо разбираюсь в мотоциклах и уж тем более в гонках.

Стася резко встает и попросту направляется к выходу с трека. Ни слова, блин, не сказав!

Ладно, выдыхаем… Я еще научу ее соблюдать правила.

– Тебе не страшно этим заниматься? – спрашиваю я. – Опасно же.

– А тебе? – поворачивается и хитро щурится Стася. – Тебе не страшно людей охранять? Опасно же.

– Это немного другое, – усмехаюсь я. – Я рискую ради клиента и его безопасности, а ты просто так.

– Вообще говорят, что и жить опасно, можно умереть, – улыбается Стася и открывает переднюю дверь для своей собаки. – А я просто хочу взять от этой жизни максимум.

– А как отец к этому относится?

Казалось бы, невинный вопрос, вот только девчонка мрачнеет и, сев на заднее сиденье, громко хлопает дверью. Ответ ясен – предок не в восторге.

Глава 6
Удиви меня

Саундтрек: Aloe Blacc – Make Way

Стася

«А как отец к этому относится?»

Очень глупый вопрос. Уж кто-кто, а Семен Николаевич мог бы догадаться, что папу не очень устраивают мои увлечения, хотя бы по своему присутствию рядом со мной.

Еще с раннего детства, когда мы из Германии приезжали в Россию, больше всего меня тянуло на гоночный трек дяди Стаса. Было что-то невообразимо завораживающее и будоражащее в людях, восседающих на «железных конях» и мастерски балансирующих на грани риска для жизни и эмоционального кайфа. Тогда-то впервые и появилась мысль: «Хочу так же!»

Я изучала теорию, смотрела гонки всех возможных стилей, интересовалась мотоциклами и их механической составляющей. Первый раз села на байк в двенадцать лет, когда гостили у дяди. Он прокатил меня на минимальной скорости всего пару кругов, но впечатлений этот откат оставил массу.

Потом в шестнадцать лет сдала на простейшую мотокатегорию и выпросила на день рождения у дяди Стаса свой первый малогабаритник, радовалась до ужаса. Сразу рванула на нелегалки и загремела в участок. Выслушала нравоучительную лекцию, но свое занятие не оставила, сбегала от охраны, из дома ночью тоже сбегала, врала родителям, врала учителям в школе… Попадание в участок и нотации от предков стали почти стабильными. Порой было стыдно, но бросать свое хобби только из-за «ты же девочка» я точно не собираюсь.

Как только стукнуло восемнадцать – я рванула сдавать на права на категорию «А» и покупать свой первый настоящий серьезный байк, а не драндулет. Подружилась с мотолюбителями, продолжила участвовать в нелегальных заездах, ходить по тусовкам. После выпускного решила, что однозначно попробую себя в гонках, а лучше не просто попробую – а выйду в высшую лигу.

Собственно, когда об этом сообщила папе, ничего хорошего не получилось… Времени он мне дал до конца лета, а на срок пребывания в России у меня будет «хвост», сообщающий родителям о моих передвижениях и прочем. К охране в целом я привыкла с детства, но вот как привыкнуть к этому человеку? Ша́ховский-Ша́ховский…

Дядя Стас сегодня подбросил меня в парк и поехал за отцом, зависшим в соседнем ресторане с каким-то партнером. Я знала имя своего будущего охранника, знала, как он выглядит, даже марку его машины знала, поэтому, как только подъехала черная тачка и из нее вышел задумчивый брюнет, я поняла, что это он.

Сразу все как-то внутри напряглось, перевернулось. В момент, когда Семен Николаевич решил меня склеить, осознала, что это мой шанс от него избавиться, но вот беда: он тоже оказался крепким орешком. Сразу предложил отцу новою кандидатуру с GPS-слежкой и прочей дичью. Мне этого не нужно, уж точно не нужно… Так что придется привыкать и искать лазейки в работе с этим телохранителем.

В конце концов, я здесь для достижения своей цели, а все остальное можно и потерпеть. В том числе и его странные взгляды.

Телохранитель садится за руль и заводит двигатель, бросает на меня короткий взгляд и как-то странно хмурится.

– Извини, если обидел своим вопросом, – откашливается он.

– Не обидел, просто все очевидно, – дергаю плечом я. – Сэм, ты здесь и охраняешь меня. Собственно, понять легко, что папа не в восторге.

– Куда едем, какие планы? – после секундной заминки мастерски переводит тему Сэм.

– Посмотреть город и проводить папу, – отвечаю я, рассматривая его профиль, обрамленный лучами солнца. Радует одно – он хотя бы симпатичный и не старпер. – Знаешь здесь что-нибудь интересное?

– Я плохой экскурсовод, – улыбается Сэм.

– Не удивлена, ведь твоя работа заключается в другом, – не могу сдержать колкость. – Следить за молодыми девушками, а не смотреть по сторонам.

– Однако, – фыркает Сэм, – могу поведать кое-что удивительное о городе. Не поверишь, на работе узнал!

– Удиви меня.

Сэм бросает загадочный взгляд в зеркало заднего вида и сворачивает в сторону, противоположную от дома дяди Стаса.

– Я думала, что все самое примечательное находится в центре, – говорю я, выглядывая в окно.

– Ты же сказала удивлять, – хмыкает он.

Через двадцать минут пути по кишащей автомобилями дороге Сэм начинает говорить.

– Место, которое сейчас покажу, на самом деле очень старое, но приобрело культурную ценность совсем недавно, – говорит Сэм и съезжает в сторону какой-то рощи или, быть может, парка.

Сэм паркует автомобиль, и мы выходим. Осматриваюсь и не понимаю, что же такого особенного в обычном парке. Открываю дверь для Дебби, и верный друг, странно навострив уши, начинает к чему-то принюхиваться в воздухе. Крутится на месте и будто что-то пытается найти.

– Что такое? – обращаюсь я к собаке, не в силах трактовать ее поведение. – Что, Дебби?

На всякий случай пристегиваю поводок к ошейнику и сама оглядываюсь по сторонам: странная роща, огромная, огороженная сеткой поляна, даже скорее стадион, огромный крытый полукругом ангар – меньше гоночного, но тоже внушительных размеров.

– Что это? – обращаюсь к Сэму, наблюдающему за нашими с Дебби метаниями. – Куда ты нас привез?

– Пойдем, тебе точно понравится, – улыбается телохранитель.

Больше ни слова не говоря, Сэм направляется к массивным воротам и достает… ключи. Отпирает замок и распахивает металлическую решетчатую дверцу, пропуская нас внутрь. Дебби заметно нервничает, но не в плохом смысле, а скорее это некое возбуждение на грани радости.

– Это тренировочный стадион для собак. В общем, тут обитают полицейские кинологи, – поясняет Сэм и кивает на специальные установки и конструкции, виднеющиеся вдалеке. – Здесь тренируют лучших, которых потом отправляют работать на поиск наркотиков, взрывчатки и просто для спасения и захвата в горячих точках. А еще здесь иногда позволяют проводить выставки собак, чтобы получить прибавку к бюджету.

Дебби тянет меня в сторону, и мне приходится крепче сжать в руках поводок. Где-то на противоположной стороне мужчина тренирует свою овчарку, и моя принцесса, выпрямившись, напряженно наблюдает за этим действом.

– Ты считаешь, что этим можно удивить? – поворачиваюсь и скептически выгибаю бровь.

– Я еще даже не начал, – дергает плечом он. – Ты всегда будешь такой колючкой или мы хотя бы попробуем сотрудничать без оглядки на былые недоразумения?

Сталкиваюсь с его суровым взглядом и задумчиво кусаю нижнюю губу, придумывая ответ.

Вот неожиданность, его взгляд после этого невинного жеста моментально опускается от глаз ниже.

– Попробуем, – отвечаю я и иду следом за Сэмом вдоль ограждения.

В конце забора находится небольшой прямоугольник лужайки с лавочками, оформленный под мини-сквер. Посередине лежит огромный булыжник, исцарапанный, судя по всему, кличками собак, а прямо за ним находится огромное ветвистое дерево, выполненное из тонкой проволочной арматуры. Его ветви с завязанными на них зелеными ленточками ниспадают на булыжник, и это выглядит неимоверно красиво.

«Навеки с нами» – гласит надпись на гранитной доске, вживленной в необъятный булыжник.

– Удивил? – спрашивает Сэм, и я даже вздрагиваю, потому как слишком погрузилась в рассмотрение этого места.

– Да, немного, – киваю я и подхожу к дереву, глядя, как на ветру колышутся зеленые ленты с именами. – А откуда у тебя ключи?

Сэм обходит «дерево» и высматривает что-то среди импровизированной листвы, после чего протягивает руку и разворачивает одну из лент. Делаю шаг и отчетливо вижу имя на ткани:

«Ша́ховский Н. Н.»

«Н» – это Николай? А если мой телохранитель Семен Николаевич, значит, это может быть отец?

Не знаю насчет культурной ценности этого места, но для него оно значит гораздо больше, чем для всех прочих. Это нечто личное, оставившее в его душе глубокий отпечаток.

– Мой отец, Ша́ховский Николай Николаевич, был полицейским, кинологом, много лет назад погиб при исполнении со своей группой, – грустно улыбнувшись, говорит Сэм. – Был отправлен со своей собакой, Арманом, – он обводит пальцем на камне выцарапанное имя «Арман», – на операцию преследования и поиска распространителя наркотиков. Нужно было найти козла по следу. Все просто как белый день, такие задания не в диковинку, но судьба злая штука. Что-то может пойти не так даже тогда, когда этого не ждешь…

– Печальная история, – киваю я.