Мы с этой девушкой находились в похожей ситуации. Разница была лишь в возрасте, а точнее, в том количестве дней, что оставалось каждому из нас до даты, в которую мы будем ожидать неминуемого конца. Видимо, только ради надежды на победу в бою она и обучалась искусству обращения с оружием. Мечом Клементина владела неплохо, но для него требовалась физическая сила, которой у неё просто не было.

– Что вы предлагаете?

– Побеждаете вы – мы с другом завтра спокойно уезжаем. Побеждаю я – мы с вами идём беседовать с вашим отцом. Как вы сможете это устроить – ваше дело. Учитывая, что мы оба безоружны, бой будет более честным.

Я с любопытством уставился на лицо гостьи. Интересно, она догадывалась, что всё, о чём она думала, отражалось в мимике до мельчайших подробностей? Едва заметно облизнув губы, девушка окинула меня оценивающим взглядом с ног до головы, а потом, вздёрнув подбородок так, что коса соскочила с плеча, протянула руку.

– Кто первый сдастся, тот и проиграл. До крови, пожалуй, не стоит.

– Согласен. – Я, ничего не подозревая, сжал её ладонь.

Воспользовавшись моей расслабленностью, Клементина вывернула мне запястье так, что я невольно стиснул зубы, чуть не прикусив язык. Она же стремительно обошла меня и попыталась заломить мою руку за спину, а второй преградила путь к себе, уперевшись ладонью мне в грудь. Ход выглядел весьма неуклюже, но, должен признать, из-за неожиданности почти сработал. Мне ничего не стоило воспользоваться её же манёвром и крутануться в ту же сторону, а затем завести ногу за противницу и попытаться завалить девушку своим весом. Угадав мои замыслы, та тут же отпрянула.

Выпрямившись, я расставил ноги на ширине плеч и с интересом стал наблюдать за дальнейшими действиями Клементины. Первые несколько минут она безуспешно пыталась нанести мне удар. В ход шло всё: кулаки, ноги, локти. Какие-то атаки я спокойно пресекал запястьями или ладонями, а от ног уворачивался, отступая в сторону. Просторная комната с пустым местом в центре позволяла подобные манёвры. Из мебели здесь были два дивана, что стояли друг напротив друга, между ними и происходил наш поединок, а за моей спиной, ближе к окну, располагался обеденный стол с шестью стульями, по три с каждой стороны.

От понимания, что я так и не предпринял ни одной атаки в её адрес, девушка начала злиться. Это отчётливо бросалось в глаза, вызывая у меня улыбку. Когда её очередной хитроумный приём провалился, она резко бросилась прямо на меня, а затем пригнулась, проскочила под мышкой и попыталась ударить со спины. Однако я вовремя перехватил её руку и сжал пальцы на запястье. Мы встретились взглядами. Девушка тяжело дышала, но пока не выдохлась, и даже близко не была к грани своих возможностей. Стоило продолжить игру. Мне не хотелось причинять ей боль, хотя я был уверен, что пару раз точно попал бы кулаком в живот.

Резко схватив меня за волосы на затылке, она подпрыгнула и обвила ногами мою талию. Покачнувшись от веса её тела, я ощутил боль в ноге в том месте, где ещё не зажила царапина, нанесённая днём мечом. Мы опасно накренились вперёд, грозя рухнуть прямо на стол за спиной девушки. Подставив руку для смягчения удара, второй я неосознанно сжал бедро противницы, словно мы не в поединке сошлись, а занимались чем-то поинтереснее.

Когда мы с грохотом обрушились на стол, его ножки не выдержали и треснули, утягивая нас за собой. Стараясь не раздавить Клементину весом своего тела, я принял весь удар на руку, согнутую в локте, и плотно стиснул зубы от пронзившей меня боли. Какую-то часть удара всё же приняла спина противницы. Лицо девушки перекосилось, она вскрикнула и запрокинула голову, вцепившись в меня, как одержимая. Её ноги плотно обвивали пояс, вызывая боль в боках, а пальцы сжимали волосы и притягивали меня к ней. Из-за случившегося я выпустил её вторую руку, чем противница сразу воспользовалась самым неожиданным образом.

В тот момент, когда мы оказались на полу, она схватилась за ближайший стул и попыталась обрушить его на меня. Отпустив её бедро, я перехватил запястье Клементины и придавил к полу. Стул с грохотом обрушился рядом. Вторую свою руку я прижал к горлу девушки. Этим я давал понять, что победить, основываясь на физической силе, в битве с мужчиной, ей явно не светит. Она же сжала пальцы на моём затылке и потянула их назад, пытаясь причинить этим боль.

Смотря на голубоглазую блондинку с милым личиком, я чувствовал, что, если бой продлится ещё пару минут, то мне будет уже всё равно, кто победит. Она была очень похожа на ту, вторую, столь рьяно отказавшую мне в пустом зале. В темноте их можно было бы даже перепутать, если не обращать внимания на цвет глаз. Невольно мне представилось, что подо мной лежит младшая дочь барона, а не эта. Клементина извивалась всем телом, пытаясь сбросить меня с себя. Пятки её сапог избили мои бёдра до боли. Я был уверен, там появятся синяки.

Кожа на шее противницы оказалась нежной и мягкой на ощупь, довольно приятной. Прикосновение к ней сбивало меня с цели поединка. К сумеречным всё, я найду другой способ решить свою проблему. Сейчас я до ужаса хотел заполучить эту блондинку, а значит, следует поддаться ей.

Изобразив гримасу боли на лице, я убрал руку от её запястья и сделал вид, что пытаюсь высвободить волосы. В этот самый миг Клементина снова схватилась за стул и хотела обрушить его мне на спину, но я вовремя оттолкнулся и перекатился влево вместе с ней. Стул отлетел куда-то в другую часть комнаты. Теперь к полу оказался прижат уже я, а противница нависала сверху, придавливая меня своим телом. Правда, весила она всего ничего, но роль проигравшего следовало играть до конца. Тяжело дыша, девушка наклонилась и упёрлась локтем мне в горло, а второй рукой продолжила сжимать волосы на затылке. Мои руки были свободны, но я решил сделать вид, что у меня их нет, и безучастно прижал ладони к полу.

Мы смотрели друг на друга, и в синих глазах я видел, что она всё прекрасно понимала. Мои губы дёрнулись в улыбке, но я поспешил спрятать её: не стоило заканчивать игру раньше времени. Клементина уже не обхватывала мою талию ногами, а просто сидела сверху, успев вовремя вытащить голени, чтобы они не оказались прижаты моим телом.

– Сдаёшься? – тяжело дыша, спросил я.

На лбу противницы выступили капельки пота. Казалось бы, отчего? Мы тут ничего особого не делали. Или она выложилась на полную? Тогда у меня для неё плохие новости.

– Только после тебя.

– Мне кажется или мы хотим этого одинаково сильно? – Мой вопрос был вовсе не о победе. И мне было интересно, догадается ли она.

– Ты сам штаны снимешь или мне тебе и в этом помочь? – с придыханием спросила Клементина, приблизившись к моему лицу и снова дёрнув за волосы так, что макушка коснулась пола. А потом неожиданно девушка поцеловала меня, и увернуться я уже никак не смог. И почему они все лезут с этими поцелуями? Противиться я не стал, ведь дочь барона была вполне красива и отвращения своим обликом не вызывала. Приоткрыв рот, я пропустил её настойчивый язык внутрь. Пусть делает что хочет, у меня есть занятие поинтереснее поцелуев.

Обхватив одной рукой её бедро, вторую я запустил за пояс её штанов и скользнул пальцами между ног. С губ Клементины сорвался стон, и он мне понравился, но ещё больше мне понравилось, что в предварительных ласках она уже не нуждалась. Переместив руку с бедра на спину, я оттолкнулся и перевернулся вместе с ней так, что она снова оказалась снизу.

Тонкие пальцы девушки запутались в моих волосах и теперь не причиняли боли. Они просто перебирали их, а ногти слегка царапали кожу, приятно массируя голову. Прервав поцелуй, она коснулась губами моего уха. Они сперва обхватили мочку, а затем язык заскользил по ушной раковине. Как Клементина оказалась без штанов, я не понял: настолько погрузился в накрывшее меня предвкушение близости, что оставил эту часть без внимания. От своих штанов я избавляться не стал – их было достаточно приспустить.

Когда я вошёл в неё, то ощутил обволакивающее тепло. Девушка издала сладострастный звук, что ещё больше взбудоражило меня, заставив начать двигаться. Она стонала в такт этим движениям, сильнее прижимая ноги к моим бокам, пока совсем не закинула их мне на спину. На каждый мой толчок Клементина отвечала своим, выгибаясь и стараясь сделать так, чтобы в следующий раз я проник как можно глубже внутрь неё.

Не знаю, как долго это продолжалось, но, когда тело девушки выгнулось подо мной дугой и замерло, заметно подрагивая в моих руках, я понял, что своего пика она достигла. Ускорившись, я приблизил свой и уже через несколько минут устало рухнул, прижавшись к её груди и ощущая, как мои мышцы расслабляются, выпуская всё накопленное за день напряжение. Такого экстаза я давно не испытывал, и здесь главная заслуга, несомненно, принадлежала девушке. Она не шла ни в какое сравнение с дочкой хозяев постоялого двора или с любой другой за последние месяцы.

Лёжа подо мной, Клементина тяжело дышала, её грудь поднималась и опускалась, упираясь в мою, из-за чего я чувствовал каждый её вдох. Пальцы продолжали перебирать мои волосы, а второй рукой она всё это время сжимала моё плечо. Уверен, там тоже останется синяк.

Теперь, когда всё закончилось, я осознал, что никакой невинностью от неё и не пахло, и усмехнулся. Приподнявшись на локтях, посмотрел на её лицо и обнаружил, что она равнодушно смотрит в потолок, словно произошедшее – какой-то пустяк, а сам процесс был смертной скукой, не доставившей ей ни капли удовольствия. Как же! Пытаться доказать это мне было глупо – я всё чувствовал лучше неё.

– Полагаю, замуж ты не собираешься, чтобы не раскрылась правда о твоей невинности? Вернее, о полном её отсутствии, – сказал я, как только выровнялось дыхание. Нахмурившись, Клементина со всей силы ударила меня в плечо, а затем попыталась спихнуть с себя. Сопротивляться я не стал и откинулся на остатки стола, на которых мы всё ещё лежали. Резко встав на ноги, девушка принялась одеваться. Я же парой движений натянул штаны обратно.

– Это одна из причин, – недовольно отозвалась она.

– А на башне ты была?

Я вспомнил мужскую руку на талии незнакомки в розовом и невольно поморщился. Вполне логично, что там она пряталась от посторонних глаз с каким-то любовником и занималась тем же самым, чем сейчас со мной. Покосившись на меня, Клементина фыркнула и сунула ноги в сапоги. Я и их с неё снять успел? Вот это меня накрыло, что часть действий даже не запомнил.

– На какой башне? – сухо спросила она.

– Ну, возле ворот в крепость есть башня. – Вставать с пола мне не хотелось: ноги ещё приятно подрагивали, отходя от экстаза.

– В розовом?

От этого вопроса я чуть приподнялся и посмотрел на собеседницу.

– Да.

– Это Криста. Башня – её любимое место, – фыркнула девушка.

– Криста?

– Кристалина, – кивнула она, но внезапно сообразила, что мой интерес явно вызван не простым любопытством. – От моей сестры держись подальше. Она не такая, как я.

– Ты в этом уверена? – усмехнулся я.

Видимо, обе сестры Десмонтас имеют по паре скелетов в шкафу, а значит, у меня появлялись шансы добраться через них до барона и исполнить изначальный замысел. Осталось придумать как. На моих губах засияла улыбка, которую я не успел спрятать.

– Абсолютно уверена.

Закончив обуваться, Клементина подхватила плащ и подошла ко мне. Злобно пнув меня ногой в бедро, она накинула его на плечи. Вскрикнув от боли, я заставил себя подняться с пола и выпрямиться. Поясница болела, локоть и рука, принявшие основной удар при падении, напоминали, что я не железный, а просто человек. Бёдра тоже сообщили, что их неплохо побили пятками, на тот момент ещё облачёнными в сапоги с небольшим каблуком. Но больше всего болела нога.

– Мы в расчёте. Никто никому ничего не должен. Никто ни о ком ничего не рассказывает. Мы же оба не хотим раздувать скандал вокруг наших имён?

– Конечно нет, – согласился я.

– Прекрасно, – кивнула девушка и направилась к двери.

– Клементина! – окликнул я, когда она уже взялась за дверную ручку и накинула капюшон на голову. Обернувшись, гостья хмуро посмотрела на меня. Её взгляд так и спрашивал, что мне ещё нужно и не идиот ли я орать её имя на всю гостиницу. – Найди себе учителя получше. Этот ни на что не годен. Он привык обучать солдат, основываясь на их физической силе, а тебя следует учить манёвренности и тому, как пользоваться своими преимуществами.

Лицо девушки изменилось. Благодарно кивнув, она открыла дверь и вышла в коридор. Окинув взглядом разгром, что мы устроили, я в очередной раз поморщился от боли в ноге. На штанине, в том месте, где был порез от меча Клементины, проступала кровь. Прекрасно, рана открылась. Из-за боли в других частях тела я не придал этому особого значения. Неудивительно.

– Ты, должно быть, шутишь, – раздался голос Нейтана, и дверь в комнату с грохотом захлопнулась за его спиной. Виновато почесав затылок, я снова окинул взглядом сломанный стол и посмотрел на друга. Интересно, он всё это время стоял в коридоре, подслушивая под дверью?

– Там вторая не приходила? А то будет забавно, если они сейчас встретятся в холле, – усмехнулся я. Лицо Нейтана перекосилось от раздражения, на щеках зашевелились желваки, но он ничего на это не ответил. – Взятка этой дочери барона мне понравилась больше. Хорошо, что за нас платит вторая дочь.

– Мне казалось, что мы приехали сюда не дочерей барона соблазнять. Иначе мог бы предупредить.

– Одной нужны доказательства наличия рабов, другая даже слушать про это не захотела. Я воспользовался моментом и решил хоть что-то с неё поиметь, – пожал я плечами и направился в сторону своей спальни.

Но стоило сделать шаг, как раненую ногу вновь пронзила дикая боль. Поморщившись, я схватился за неё, однако устоял и не рухнул на пол.

– Вернее, ты решил поиметь её саму? Она наследница барона. Ты понимаешь, что если об этом узнают, то тебя точно заставят на ней жениться?

– Ей самой это не нужно, – отмахнулся я от Нейтана. – Да и не я лишил её невинности, тут до меня кто-то постарался.

Приподняв брови, друг поставил руки на пояс, а я заметил, как он нервно дёргает пальцами, барабаня ими по кожаному ремню.

– А вторая?

– Что вторая? – не совсем понял я вопроса. – Ну, ко мне она не приходила, так что я без понятия.

В этот момент я уже преодолел половину пути до спальни. Нейтан вздохнул и перевёл взгляд на окно, но я точно знал, что он видит там только разгром в комнате и своё отражение.

– Ты всё ещё хочешь побеседовать с бароном? – поинтересовался друг, заставляя меня остановиться.

– Да.

– Тогда я попытаюсь это устроить.

– Как? – удивлённо спросил я. Вот за что я всегда любил Нейтана, так это за безоговорочную преданность мне и моим целям. Чтобы я ни придумал, он всегда был рядом и помогал мне во всём. Правда, с девицами я и сам справлялся, но, думаю, что и тут он помог бы, стоило только попросить.

– Мы выманим барона на нашу территорию. Туда, откуда он не сможет нас прогнать, и устроим беседу там.

– Ты хочешь сказать…

– Да. Мы пригласим его от имени моего отца.