– Стоит хотя бы раз увидеть, как становишься красивой в его глазах, – и все, это как… колдовство. Ты уже не можешь от него уйти. Потому что жаждешь увидеть это еще раз.
И смерть не самое страшное. И даже не страх смерти.
– А что же тогда?
– Унижение. Лишение чести и достоинства. Когда ты голый, когда отвержен всеми. Это самое ужасное наказание, все равно что похоронить человека заживо. И единственное утешение – что сгниешь сравнительно быстро.
Проклятая непритязательность и умеренность, порок, от которого эта маленькая и совсем еще недавно такая бедная демократия на севере Европы никак не может отделаться!
– Извини, я не посылаю эсэмэсок.
– Почему?
Харри пожал плечами:
– Не знаю. Мне не нравится сама идея. Как туземцам не нравилось, когда их фотографируют, потому что им казалось, что они теряют частичку своей души.