Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Цитаты из Леопард

Слушать
Читайте в приложениях:
2285 уже добавило
Оценка читателей
4.53
  • По популярности
  • По новизне
  • Но гордость – это роскошь, которую можно себе позволить далеко не всегда.
    2 В мои цитаты Удалить из цитат
  • гордость – это роскошь, которую можно себе позволить далеко не всегда.
    1 В мои цитаты Удалить из цитат
  • мне плевать на трусливую полицейскую лояльность, на кровосмесительное кумовство, единственное объяснение которому – боязнь, что и тебе самому когда-нибудь понадобится ответная услуга. Коллега, который способен тебе и отомстить, и обеспечить нужные свидетельские показания, и, если понадобится, на что-то закрыть глаза. Я все это ненавижу. – Харри повернулся к Бельману. – Но полиция – единственное, что у меня есть. Это мое племя. А распутывать убийства – моя работа.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • И сейчас вы чувствуете, что поступаете точно так же с собственным отцом, вы оставляете его страдать и не позволяете умереть.
    Харри потер затылок:
    – Это не потому, что я придерживаюсь принципа, что жизнь священна, и тому подобной чуши. Чистой воды слабохарактерность. Трусость это.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Бьёрн Холм попытался заглянуть через плечо шефа.
    То, что он увидел, он не мог забыть потом еще долго.
    Наклонившись над спинкой стула, стоял мужчина, успевший стать живой легендой не только в Управлении полиции Осло; любой полицейский в Норвегии наверняка слышал о нем что-то хорошее или плохое, но неизменно невероятное. Мужчина, с которым Холму и самому доводилось тесно сотрудничать. Но не так тесно, как таможеннику, который в данный момент стоял позади живой легенды, засунув руку в латексной перчатке в бледный зад легенды.
    – Он мой, – сказал Хаген таможеннику и снова помахал удостоверением. – Отпустите его.
    Таможенник уставился на Хагена, казалось, ему не хотелось прекращать исследование, и, только когда вошел его начальник, пожилой и с золотыми полосками на погонах, и чуть кивнул, прикрыв веки, таможенник крутанул руку еще раз, а потом вытащил ее. Жертва издала тихий стон.
    – Надевай штаны, Харри, – сказал Хаген и отвернулся.
    Харри натянул штаны и повернулся к таможеннику, стягивающему с руки перчатку:
    – Тебе тоже было хорошо?
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Мимо автомобиля прошествовала цепочка детсадовцев, одетых в шуршащие дождевики. Кое-кто из ребятишек во все глаза смотрел на древнюю чудную машину с двумя гоночными полосками на кузове и на двух человек, сидевших позади дворников, смахивающих капли утреннего дождя.
    Мужчина на пассажирском месте, комиссар Гуннар Хаген, понимал, что при виде детей, держащих друг друга за руки, следовало бы улыбнуться и подумать о единении, заботе и об обществе, где люди поддерживают друг друга. Но первой ассоциацией Хагена было прочесывание местности, когда идут цепочкой, чтобы найти человека, который предположительно убит. Вот что делает с человеком работа в убойном отделе. Или, как один остряк написал на двери кабинета Холе, «I see dead people»[16].
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Un mauvais esprit. A demon. He makes you thirsty for alcohol. And take away your emotions
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • – Ты всегда считал, Харри, что сражаться с чудовищами надо только самому.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • если шагнуть в пропасть, то твой род не продолжится.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • – Ты разгромил все в своей комнате. Ты хотел убить врачей и тех, кто ее заразил, и даже меня. Потому что я… ну, потому что я не обнаружил этого вовремя, я так думаю. Тебя переполняла любовь.
    – Ты хотел сказать – ненависть.
    – Нет, любовь. Это то же самое чувство. Все начинается с любви. А ненависть – просто ее обратная сторона. Я всегда думал, что именно из-за смерти матери ты начал пить. Или, точнее, из-за любви к матери.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • хрюкающий смех. О’кей, ну допустим, он и правда так смеется. Он делал это начиная с начальной школы, особенно
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Харри вздрогнул и растерянно поморгал в темноте. Между стенами повисло эхо. Эхо чего? Он схватил револьвер, который лежал на ночном столике, спустил ноги на холодный пол и пошел вниз, в гостиную. Пусто. В пустом баре по-прежнему горел свет. И одиноко стояла бутылка «Мартеля». Отец всегда был очень осторожен с алкоголем, он знал, какие у него гены, и коньяк берег на тот случай, если понадобится что-нибудь предложить гостям. Гостей бывало немного. Пыльную ополовиненную бутылку унесло цунами – вместе с капитаном Джимом Бимом и матросом Харри Холе
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Международный этикет запрещает смотреть друг на друга в мужском туалете. За такой взгляд, даже случайный, могут убить. Поэтому незнакомец не обернулся, чтобы взглянуть на Харри.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • еще.
    – Мы и об этом подумали, – сказал Хаген и переглянулся с Бьёрном Холмом. Звук торопливых шагов приближался. – Средний
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • никакой связи, – сказал Элиас. – Ведь это же не так сложно. Они же
    В мои цитаты Удалить из цитат