Цитаты из книг автора «Ю Несбё»

Взять этих твоих птиц, Рой. Они перелетают с места на место. Так и называются – перелетные. Но они никогда не летят туда, где прежде не бывали сами или их предки. Они вьют гнезда и высиживают яйца на тех же самых местах и в то же самое время. Свободен как птица? Ну да, ну да. Мы сами это и выдумали, просто потому, что нам нравится в это верить. Мы движемся по одному и тому же проклятому кругу, мы – птицы в клетке, только клетка просторная, а решетка тонкая, и поэтому мы ее не замечаем

да-то. И мы додумываем красоту, с которой действительность никогда не смогла бы соперничать.

Частично разрушенная греческая скульптура особенно красива, потому что по оставшимся неиспорченным фрагментам мы видим, насколько красивой она могла быть, должна была быть, была ко

– А за этим радостным всенародным фасадом можно скрыть столько дерьма! Напротив, Отто, разодетый как попугай, представляет соблазнительное, иллюзорное и ложное. Он произвел на меня впечатление самого неподдельного и настоящего

Перво-наперво сексуальное насилие губит из-за связанного с ним общественного осуждения и позора. Мы узнаём о собственной , а потому вешаем на этот крючок все плохое. Взять хотя бы еврейских мальчиков, которым сделали обрезание. Это же увечье. Пытка. Намного хуже, чем если тебя просто поимели. Но мало что говорит о том, что очень многие из них в результате обрезания пострадали морально. Потому что в данном контексте происходящее – норма, надо просто потерпеть, это же часть культуры. Может быть, самую серьезную травму наносят не в момент насилия, а когда мы понимаем, что это не норма.

Самая скользкая пора – это когда на улице примерно минус семь. Именно такую температуру стараются поддерживать на хоккейном поле. И субстанция, на которой мы поскальзываемся, – это вовсе не тонкий слой замерзшей воды под давлением, как считалось прежде, а газ, возникающий благодаря молекулам, освобождающимся при этой температуре.

«В дороге». «Повелитель мух». «Девственницы-самоубийцы». «И восходит солнце». «Осиная фабрика». А еще я прочитал дяде Бернарду вслух (он в жизни не прочел ни одной книги) «Почтамт» Чарльза Буковски – он смеялся так, что начинал кашлять. После он казался усталым и благодарил меня за визит, но тогда мне было лучше уйти.

Разумеется, пришлось непросто, а прочитав «Превращение» Кафки – об этом парне, который как-то проснулся и обнаружил, что превратился в мерзкое насекомое, – я понял, что, если начну рыться в подсознании и его окрестностях, увеличатся шансы найти то, что мне не понравится.

Нет почти ничего невозможного. Все случится – это лишь вопрос времени. – Я ему верю, – сказал я.

Только представь: дрожащая жертва пытается спрятаться, но понимает, что запах собственного страха убьет ее.