Цитаты из книг автора «Януш Корчак»

Потому ли ребенок нервный, что рожден нервными родителями, или потому, что воспитан ими? Где граница между невропатичностью и утонченностью психической конституции – наследственной одухотворенностью? Рожает ли отец-гуляка расточителя-сына или заражает своим примером? «Скажи мне, кто тебя породил, и я скажу, кто ты» – но не всегда. «Скажи мне, кто тебя воспитал, и я скажу, кто ты» – и это не так. Отчего у здоровых родителей бывает слабое потомство? Отчего в порядочной семье вырастает подлец? Отчего в заурядной семье появляется знаменитый потомок?

Хочу иметь – имею, хочу знать – знаю, хочу мочь – могу – вот три разветвления общего ствола воли, корни которой два чувства: удовлетворения и неудовлетворения

Вот, волосы седые, а работа не кончена.

А дальше надо отыскать себя в обществе, себя в человечестве, себя во Вселенной

Ты вспыльчив, – говорю я мальчику. – Ладно, дерись, только не слишком больно, злись, но только раз в день. Если хотите, в этой одной фразе я изложил весь педагогический метод, которым я пользуюсь.

Ребенок не лотерейный билет, на который должен пасть выигрыш в виде портрета в зале магистратуры или бюста в фойе театра. В каждом есть своя искра, которая может зажигать костры счастья и истины, и в каком-нибудь десятом поколении, быть может, заполыхает он пожаром гения и спалит род свой, одарив человечество светом нового солнца. Ребенок не почва, вспаханная наследственностью под посев жизни; мы можем лишь содействовать росту того, что дает буйные побеги еще до первого его вздоха. Известность нужна новым сортам табака и новым маркам вина, но не людям.

И одновременно он, ребенок, скажет: «Хочу жить своей жизнью», а ты, мать, скажешь: «Живи теперь своей жизнью». Сильными спазмами ты станешь его выталкивать из своего чрева, не считаясь с его болью; мощно и решительно он станет пробиваться, не считаясь с твоей болью. Зверский акт. Нет – и ты и он подвластны сотне тысяч неуловимых, легких и дивно точных импульсов, дабы, забирая свою долю жизни, вы не взяли больше, чем принадлежит вам по праву, всеобщему и извечному. «Мой ребенок». Нет, даже в долгие месяцы тягости и часы родов ребенок не твой. Ты говоришь: «Мой ребенок». Нет, это ребенок общий, матери и отца, дедов и прадедов

Уважайте, если не почитайте, чистое, ясное, непорочное, святое детство

Мы наивно боимся смерти, не сознавая, что жизнь – это хоровод умирающих и вновь рождающихся мгновений

лишь ребенка. Мы играем с детьми краплеными картами; слабости детского возраста бьем тузами достоинств взрослых.