– Почему ты не рассказал, что у тебя проблемы на работе?
Андрей замер и перестал размешивать сахар в кофе.
В последнее время для нормального подъема ему требовалась убойная доза сладкого по утрам, чтобы функционировать весь день. Сегодня он обещал стать не только привычно напряженным, но и нервным, потому что в шесть до него дозвонился Михаил и напомнил про Гессера.
Точнее, сначала наорал за отключенную связь, а потом напомнил. Андрей же миллион раз проклял все. Играя вчера со Стасом, он не подумал, что кому-то понадобится. Даже немногочисленным клиентам его фирмы.
К утру оказалось, что всем и сразу. Срочно.
– Не думал, что тебя это волнует, – отпил кофе и поморщился от сладости. Переборщил. – Если вопрос в деньгах, мои личные счета в порядке. Их не блокировали, и я спокойно распоряжаюсь фондом. Вы со Стасом ни в чем не обделены.
Оксана посмотрела на него исподлобья так, словно Андрей сморозил несусветную чушь. А он растерялся, озадачился и непонимающе вскинул брови, попутно пытаясь придумать, кому бы из оставшихся коллег передать дело инфлюенсера. Того, что чистил кармы через виртуальные путешествия.
Причем сделать это нужно максимально быстро и без финансовых потерь, поскольку сам Андрей уже подумывал об убийстве. Ведь они трижды обсуждали стратегию защиты, но великовозрастная жертва социальных сетей продолжала нарываться на проблемы до суда.
Такими темпами дело будет развалено, а суд проигран. Для фирмы Андрея случится весьма нежелательный итог.
– Что? – он устало поинтересовался у Оксаны ворчливо, пока та нарочито громко стучала чашками и недовольно сопела. – Что я опять сделал не так?
– Ничего, – раздался невнятный бубнеж в ответ.
– Ксюша…
Веки потяжелели, и виски знакомо заныли, когда из глубин подняло жуткую морду раздражение. Хорошие впечатления от вчерашнего вечера смазало погано начавшееся утро, а теперь и завтрак в компании Оксаны.
Понятно, почему за последние пару часов она как-то странно косилась на него: то ли с недоверием, то ли с беспокойством. Боялась за собственное благополучие и того, что его деньги внезапно закончатся.
Андрей нисколько не удивился ее реакции, ведь он безропотно и без всяких условий взял финансовые обязательства перед Стасом и Оксаной. Просто стало чуточку обидно за себя любимого. Все-таки он не только большой банковский счет и какие-никакие перспективы, несмотря на испорченную репутацию.
– Что «Ксюша»? – Оксана не выдержала и вновь грохнула чашкой, а потом еще крышкой от многофункциональной машины. – Радов, ты в курсе, что про проблемы надо рассказывать полностью и без утайки?
– Никто ничего не скрывал. Вся информация доступна в СМИ. Читай – не хочу, – сухо откликнулся Андрей, после чего вернулся к распитию мерзкого кофе.
Теперь от него скрипел на зубах сахар, а горькое послевкусие мешало наслаждаться процессом и нормально просыпаться.
– Ты без меня знаешь, какую разноплановую чушь там пишут.
– Тогда не читай.
Они уставились друг на друга: она с возмущением, а он равнодушно. Оксана понизила интонацию, чтобы не побеспокоить сына. Ведь Стас до сих пор не спустился к завтраку, поскольку в школу ему надо было ко второму уроку.
– Радов, я пытаюсь поговорить.
– Нет, ты хотела поругаться и нашла для этого совершенно тупой повод, – огрызнулся Андрей.
От ее жалостливого взгляда на душе сделалось муторнее. Такое чувство, что они вернулись в начало их нелепых и шатких отношений. Взяли и миновали психолога, замечательные дни и проведенную вместе ночь.
Как сказала бы Арина Аркадьевна: деградация успешно выстроенных связей.
У них с Оксаной сегодня целый вечер, чтобы обсудить возникшую проблему с психологом. И, как обычно, ни к чему не прийти.
– Никто с тобой не ругался, Радов. Я задала вопрос и ждала полноценного ответа. В итоге получила все, кроме конструктивного диалога! – прошипела она и, поднявшись, схватила со спинки стула синий кардиган. – Ты видишь угрозу личному пространству там, где ее нет.
Боль усилилась, и ярость полыхнула в крови, точно спичка. Быстро, ярко и опасно. Бешеное пламя понеслось по телу и опалило нервные окончания. Добралось до головы, затем взорвало скопившиеся баллоны с проглоченными за последние дни обидами.
– Отлично, я снова виноват, – чашка со звоном полетела в раковину, а переполошенный от крика домашний робот засуетился возле подстанции. – Теперь мы пришли к общему знаменателю, мать твою!
– Не ори.
– Начинай нормально разговаривать!
– Я пытаюсь! – сорвалась, наконец, Оксана и ткнула в него пальцем. – Пытаюсь с тобой говорить! Играю по твоим правилам, помогаю тебе и жду хоть какого-то доверия, Андрей! Я. Просто. Задала. Чертов. Вопрос! Все! Больше ничего! А получила только нелепые обвинения и твой гнев!
Она отвернулась и закрыла ладонями лицо, после чего опустилась на стул. Андрей же, сжал край столешницы, шумно втянул носом воздух в попытке навести порядок внутри себя и расчистить хаос.
Он досчитал до десяти, затем повторил процесс дважды. Микрочастицы равновесия, разорванного в клочья взрывом, зависли в воздухе вокруг них. Но никак не желали соединиться в единую субстанцию для помощи в разговоре.
Тихое шуршание привлекло внимание, и Андрей чуть не застонал в голос. Меньше всего он ждал, что на их крики спустится Стас.
– И вам недоброго утра, дорогие родители, – буркнул в гудящей тишине. Под напряженными взглядами он дошел до раковины и набрал чистой воды в стакан. – Я, пожалуй, в школе позавтракаю.
– Подожди, я отвезу тебя…
– Вы лучше друг с другом разберитесь. А меня Фаина Дмитриевна отвезет, – чересчур взросло ответил сын.
Стас замер и неуверенно покосился сначала на Андрея, потом на Оксану. Будто не знал, на чью сторону ему вставать. Кого следовало защищать, а кого обвинять во всех бедах, которые сыпались им на головы.
– Милый, прости.
Оксана поднялась, чтобы подойти к нему и обнять, но ничего не вышло. Он шарахнулся от нее и расплескал немного воды себе под ноги. Взгляды присутствующих сошлись на небольшой лужице, которую бросился стирать робот.
– Я устал от ваших криков, – прошептал Стас и вдруг со злостью бросил стакан на пол. – Ненавижу вас. Ненавижу! Почему вы не можете быть нормальными?! Почему вам каждый раз надо ссориться?!
– Стас…
Он вылетел из кухни под изумленные взоры и негромкое оханье Оксаны.
Образовавшийся вакуум сжался, и Андрей с трудом выпустил переработанный кислород из переполненных легких. Все время, пока сын стоял здесь, толком не получалось ни вдохнуть, ни выдохнуть.
– Так больше нельзя, – тихо проговорила Оксана, не глядя на него. – Хватит.
– Ксюша, пожалуйста, прекрати, – попытался возразить он, но замолчал, когда она посмотрела на него печальным взором.
– Нам по отдельности лучше, чем друг с другом. Давай… Разъедемся? Скажем всем, что у нас ничего не вышло. Не сошлись характерами. Тогда и твоим врагам будет неинтересно за нами гонятся. Если хочешь, мы уедем к твоим родителям. Там безопасно…
– Нет.
Оксана дернулась, как от пощечины и обхватила себя руками.
– Никто никого не оставит в покое, – процедил Андрей, чувствуя, как у него едет крыша от больно. Каждое ее слово, словно отравленный гарпун, оставляли на его теле незаживающие раны. – И ты прекрасно знаешь об этом.
– А потом? – робко спросила Оксана. – Что будет, когда все закончится?
– Мы начнем все заново, – твердо заявил он. – Походим к психологу, разрешим наши разногласия, поженимся, родим второго ребенка. Ты займешься своей бестолковой карьерой в кино, я решу проблемы с фирмой и вновь займу положенную мне нишу.
– Я не хочу. Уж точно не так.
– Значит, попробуем иначе.
– Андрей, ты меня не слышишь.
Он развернулся и пригвоздил ее к месту жестким взглядом. На сей раз спорить никто не собирался.
– Моя любовь к тебе безгранична, Ксюша, а вот терпение давно на исходе, – процедил холодно. – Не проверяй его на прочность. Итог может не понравиться.
– Хочешь сказать, что я слишком многого требую от Андрея?
– В вашей ситуации любая просьба выше нормы – много.
В голосе Ады прозвучало столько иронии, что Оксана непроизвольно поморщилась и обошла двух сотрудник студии на выходе. Пробегая мимо знакомого андроида, она автоматически кивнула, но почти сразу притормозила и растерянно похлопала ресницами.
– И вам доброго дня, Оксана Константиновна, – белозубо улыбнулась девушка.
– Ау, ты слушаешь меня? В Лондоне говенная связь, я могла чего-то не понять.
Коснувшись крохотного наушника, Оксана автоматически усилила громкость и продолжила рассматривать андроида.
– Нет, все хорошо. Просто я… Удивилась.
– Чему?
– Здесь андроид, – протянула Оксана.
Она растерянно и покрутила головой в поисках кого-нибудь охраны или администратора. Но никого не заметила в толпе, поэтому вновь обратила взор на безмятежные черты стоящей перед ней белокурой девушки.
Ничего, кроме вежливой улыбки, та не выражала. Взгляд так и оставался пустым, лишь изредка на окантовке голубой радужки появлялось легкое свечение.
– И что? Подобные штуки сейчас везде. Век такой, – фыркнула Ада. – Лучше вернемся к теме Радова и твоих чувств.
– Нет у меня чувств.
Развернувшись на каблуках, Оксана раздраженно двинулась вперед к парковке. Взгляд андроида по-прежнему обжигал лопатки, но она старалась не обращать внимания на странные ощущения. Голову занимала утренняя ссора, которая вылилась в сложный разговор с сыном перед школой.
Да такой, что на душе до сих пор тлела невысказанная горечь.
«Можно я поживу с Владом? Или дядей Мишей? Не хочу с вами находится в одной квартире» – попросил Стас, когда Фаина Дмитриевна приехала за ним в окружении охраны.
Все бы ничего, но вот это его «не хочу находиться», как наждачкой по нервам или пенопластом по стеклу. Больно, резко и против от самих себя. Да и угроза Андрея, прозвучавшая после ссоры, тоже не добавляла оптимизма и надежды на возвращение их отношений в нормальное русло.
Оксана перешла в позицию защиты, а ее бывший вернулся к излюбленному методу шантажа. Ничего нового.
– Иногда мне кажется, что наши отношения просто тонущий лайнер с огромной дырой в корпусе. Хоть клеем мажь, хоть цементом забивай. Все равно даст течь и пойдет ко дну, – пробормотала она устало.
– Ну и метафоры у тебя, милочка, – фыркнула подруга. – Ты начиталась на ночь сценария к новому спектаклю про «Титаник»?
– Вроде того. Неплохая, кстати, идея. Да и постановщик Зубров. Он работал со многими известными артистами. Плюс там такие спецэффекты…
– Купаться в искусственном бассейне, полным ледяной воды, пока рядом с тобой тонет здоровенный реквизит в форме лайнера двадцатых годов? И все ради антуража и выкручивания нерва у зрителей? Ни за что. Я привыкла к спецэффектам и компьютерной графике, которая делает половину работы, и мне не нужно рисковать здоровьем.
– Нет в тебе романтики, Галич.
– А ты так и не назвала причину, по которой до сих пор не послала своего Андрюшу на три веселых буквы, – со смешком откликнулась Ада, и Оксана, тяжело вздохнув, подошла к ожидавшему ее охраннику.
– Оксана Константиновна, – кивнул тот и открыл перед ней дверь мерседеса. В груди кольнуло при воспоминании о любимой машинке, которая давно имела другого хозяина.
Теперь у нее ни свободы передвижения, ни нормальной жизни с постоянными угрозами, хотя ничего ужасного за последние дни не случалось. Помимо тех фотографий, лишь вечное нагнетание проблемы и постоянная паранойя Андрея в отношении их личной безопасности.
Все.
Остальное – домыслы и загадочные переглядки общих знакомых. Того же Антона или его семьи. Михаила, Влада, остальных. Кристина и Сергей, к примеру, вели себя спокойно. После рассказа про ссору предложили перебраться к ним, но Оксана отказалась и открестилась новыми проектами.
Еще от проблем она не сбегала в родительский дом своего бывшего, ага. Пусть его родственники и стали ей почти родней.
– Ад, все просто. Стас любит папу, а я люблю Стаса и делаю для него как лучше…
– Сомневаюсь, что регулярные родительские скандалы – лучшее, что предлагают ребенку.
Закатив глаза, Оксана устроилась на заднем сиденье и дернула на себя ремень безопасности. Тот почему-то не пристегнул ее автоматически. На задворках бортовой компьютер поприветствовал водителя машины, который в этот момент садился за руль.
– Мы пытаемся. Вот опять записались к психологу, – пробурчала она и нервно потерла нос, чувствуя непонятное напряжение.
Наэлектризованный воздух легкими разрядами ударял по коже и оставлял невидимые ожоги, отчего Оксана поежилась в теплом пальто и неосознанно подтянула рукава.
– Для начала вам обоим пора перестать искать тройные смыслы в словах друг друга. Глядишь, до чего-то договоритесь. Андерстенд?
– Угу.
– Вот и прекрасно. Ладно, меня зовут. Что у тебя с графиком? На следующих выходных хочу прилететь в Москву к родителям. Посидели бы в кафе, поржали над фотографиями Валеры в социальной сети…
– Тебе лишь бы посмеяться, – хмыкнула Оксана и почувствовала, как машина тронулась с места.
Она не поняла, что произошло в момент, когда они свернули к выезду. Шутливая перепалка с Адой и мысленный перебор дел на сегодняшний день закончились внезапным толчком, от которого ее понесло вперед. Только чудо и крепкий ремень не позволили расшибить нос о спинку водительского кресла.
Первые несколько секунд Оксана не ощущала ничего. Сплошная пустота и вязкая тишина наполняла пропахший сладостями салон. Красными бликами вокруг мигали светодиоды, а бортовой компьютер надрывался и орал:
«Внимание! Аварийная ситуация! Просьба покинуть салон…»
– Ксюша? Ксюша! – где-то издали прокричала Ада.
– Оксана Константиновна, вы в порядке? – позвал ее водитель, который почти выбрался, но отвлекся на борьбу с подушкой безопасности.
– Д-да, кажется, – пробормотала она неуверенно и подняла голову.
Со стороны здания к ним бежали люди. Кто-то размахивал блестящей палкой, походившей то ли на регулятор движения для охраны, то ли на световой меч. Другие орали и требовали вызвать специальные службы или полицейских дронов.
Отдельные индивидуумы снимали на камеру происходящее.
– Я перезвоню, – шокировано пробормотала Оксана и одним движением сбросила пискнувшую в наушнике Аду.
Еще минута ушла на то, чтобы нащупать кнопку и выйти из машины. Потом привыкнуть к солнечному свету, который отражался от глянцевых поверхностей автомобилей на парковке. Взгляд бестолково скользил по ним, пока не наткнулся на жуткое отражение в крыле одного из них.
– Господи, что произошло?
– Это андроид? У нее сбились настройки?
– Да она под машину сама прыгнула!
Знакомый андроид лежал на асфальте.
Провода и многочисленные микросхемы обнажились в месте, где слез верхний слой искусственной кожи. Взгляд, пустой и безжизненный, был обращен к небу, а чудесные белокурые волосы слиплись от потекшего масла.
– Повре…Жде… Повре… Жде… Микро… Микро… – повторял андроид.
– Оксана Константиновна, пройдите в здание. Здесь небезопасно, – окликнул ее охранник.
Но она стояла и ждала. Просто смотрела на лежащую девушку.
О проекте
О подписке
Другие проекты