3

Тот же день вечером, 2 сентября 2019 года

Настя заметила Валерика издалека: высокий и очень худой, он кутался в мешковатую ветровку и напряженно всматривался то в мобильник, то в людей, толпой выходящих из подземного перехода. Настя широко улыбнулась, подбежала к Валерику со спины и обвила руками его талию.

— Настена! — Валерик обнял девушку. — Ты не на метро поехала? А я жду-жду… Боялся, ты не придешь… — Он снял очки и принялся вертеть их в пальцах.

— Что ты, как я могу не прийти? — Настя встала на цыпочки и чмокнула парня в нос. — Мне на автобусе быстрее ехать, чем на метро, но на проспекте сегодня пробка из-за аварии. Я тебе фотку хотела отправить, а твой телефон их не принимает! — Настя с легким упреком кивнула на кнопочную трубку Валерика.

— Да, я в этом смысле консерватор. Как ты? Как первый день прошел?

— Пойдем греться в «Венский вальс», я за какао расскажу. Похолодало к вечеру! — Настя зябко передернула плечами, и парень тут же накинул ей на плечи свою ветровку.

— Спасибо! — тепло улыбнулась Настя.

Может, у Валерика и несовременный взгляд на вещи вроде смартфонов, но он очень милый и заботливый! Хотя иногда эта забота становится чересчур навязчивой… Нет, она не должна так думать! Она любит Валерика, а он любит ее! Настя решительно взяла парня за руку и направилась в сторону торгового центра «Серпантин», который находился рядом с метро. В торговом центре на первом этаже и была пекарня «Венский вальс». Валерик пригласил Настю туда на первое свидание, и с тех пор пекарня стала «их» местом.

Парень встал в очередь за пирожными и какао, а Настя заняла любимый столик у окна. За стеклянной витриной в пол она видела галерею торгового центра. В это время все возвращались с работы и учебы, и в галерее было полно народу. Возле эскалатора, ведущего на второй этаж, топтался угрюмый парень и совал каждому, кто спускался, флаер зоомагазина. Неподалеку девушка, одетая в ростовую куклу-енота, рекламировала недавно открывшийся детский парк с батутами. Возле нее вились девочки-подростки. Они кривлялись и делали смешные селфи. Здорово, когда есть с кем подурачиться… Настя отвернулась от витрины.

Валерик принес поднос с какао, эклерами и выпечкой. Расположившись на диванчике возле Насти, он приобнял девушку и заглянул в глаза:

— Ты обещала рассказать про свой день.

— В принципе все прошло неплохо! — Настя в красках описала практикум по зоологии и одногруппников. — У нас есть один Егор Верещагин, везде таскается с двумя подружками, одна блондинка здоровая с челкой аж до бровей, вторая с помадой и зеркалом не расстается. Ужасные выскочки и все время смеются надо мной! С ними точно куча проблем будет… Все сдружились между собой, а я снова одна, и на физкультуре одна бегала, — пожаловалась она. — На зоологии, правда, познакомилась с Изольдой, но хочется найти компанию друзей, а не единственную подружку, с которой только и останется, что сплетничать в перерывах!

— Зачем? — искренне удивился Валерик, надкусывая пирожок с мясом. — У меня вот один приятель с дачи, Андрюха, ты его знаешь, брат Мишка и ты. А больше мне и не надо.

— Как зачем? — недоуменно переспросила Настя. — Чтобы тусоваться! Гулять, веселиться, устраивать вечеринки. Друзья всегда поддержат, помогут и… что там еще друзья делают?

— Настен, ты и вечеринки — это что-то новенькое! А друзья… Все равно каждый сам за себя. Чем старше становишься, тем важнее семья, а не приятели из двора.

Заверещал мобильник. Валерик щелкнул замком допотопной кобуры на поясе и вынул телефон. По напряженному выражению его лица Настя догадалась: звонит мама. Сейчас потребует от сына чего-нибудь невообразимого! И почему он так легко соглашается выполнять ее дикие поручения?!

— Алло, мам, — ответил в трубку Валерик. — Нет, я погулять вышел… с другом. Ну с Эриком из первого подъезда… Мишка у Карена Акоповича. Да, договорились. И я тебя! Целую! — Он потянул за рукав, открывая старомодные часы на запястье. — Настен, я пойду, мама попросила встретить Мишку от репетитора по истории.

— Валерик, твой брат в девятом классе! Он сам до дома не дойдет?! На улице светло!

— Мама попросила встретить. Ты не обижайся, — парень дотронулся до Настиной руки. — Вечером наберу!

Он поцеловал Настю и выбежал из пекарни. Настя смотрела парню вслед и чувствовала возмущение вперемешку с разочарованием. Опять Валерик бросает ее и бегает, как собачка, за своей мамашкой! Опять она остается одна…

4

На следующий день, 3 сентября 2019 года

Лекции по математическому анализу на биофаке читались для всего потока, а потому проходили в самой большой факультетской аудитории. Настя приходила сюда на день открытых дверей, и еще тогда ее поразил этот громадный зал с украшенным лепниной потолком. На потолке висели молочно-белые плафоны люстр, похожие на НЛО. Рыже-коричневые ряды парт с откидными сиденьями полукруглым амфитеатром спускались вниз, к двери. Перед первым рядом стояла кафедра, а за ней, на стене — высокая, до потолка, доска.

За кафедрой топтался плотный бородатый мужчина в красной вязаной безрукавке, натянутой поверх рубашки. Из-под безрукавки виднелся аккуратный узел галстука. Настоящий университетский «профессор»! «Профессор» смотрел в тонкую книжицу, которую держал в руках, и, отчаянно скрипя мелом, переписывал оттуда на доску знаки, цифры и латинские буквы.

Настя пошла вдоль ряда парт, выискивая свободное место поближе к доске. На первом ряду, практически перед носом у лектора, сидел Егор Верещагин с подружками. Троица хохотала над картинкой, нарисованной у Верещагина в тетради. Судя по всему, Егор изобразил лектора. Настя закатила глаза и ускорила шаг: здороваться с одногруппниками не хотелось.

— Настя, Настя! — послышался голос сверху: с пятого ряда ей махала Изольда.

— Привет! — Настя вскарабкалась по крутой лестнице между рядами к приятельнице.

— Привет! — ответила Изольда. Сегодня на ней была черная футболка с нарисованным вручную драконом и порванные на коленях джинсы, заколотые английскими булавками. — Что, через пять минут пожалеем, что сюда поступили?

— Как это? — удивилась Настя, аккуратно раскладывая на парте пенал, линейку и общую тетрадь на пружинке.

— Матан, — Изольда тряхнула собранными в хвост дредами. — Друзья со старших курсов рассказывали — это трудный и непонятный предмет. Из-за него в первую сессию полкурса вылетает! Гусь валит только так!

— Что за гусь?

— Этот, — Изольда ткнула ручкой в сторону «профессора»: он закончил делать записи на доске и, сцепив руки за спиной, мрачно оглядывал студентов.

Сразу после звонка Гусь без вступлений приступил к теме лекции. Он рассказывал о пределах и бесконечно малых, рисовал на доске значки и многоэтажные формулы. Полотно доски ехало вверх, унося с собой новые и новые записи. Поначалу Настя пыталась понять, о чем идет речь, но вскоре махнула рукой и механически записывала в тетрадь формулы и комментарии Гуся — бессмысленный набор слов. Ничего, дома не спеша перечитает конспект и разберется. Она же не полная дура, все-таки с золотым аттестатом школу окончила!

Гусь говорил полтора часа без перерыва. К концу лекции Настя вымоталась, словно бежала вчерашний кросс по физкультуре. Изольда, напротив, выглядела бодрой.

— Фигня, — сказала она. — Я думала, будет сложно, а мы эту тему в школе изучали. Сейчас большой перерыв, пойдем в Квадрат обедать?

— Пойдем! — согласилась Настя.

Она не ела с тех пор, как позавтракала бабушкиными сырниками в семь утра, да и перспектива провести перерыв между парами в одиночестве абсолютно не радовала. Настя ни за что не осмелилась бы позвать одногруппницу с собой, а тут — удача! — Изольда сама приглашает!

— «Квадрат» — название кафе? — уточнила Настя, шагая за Изольдой по переполненному коридору.

— Намного круче! Там — вся культурная жизнь биофака. И, конечно, еда.

Квадратом, как выяснилось, называлась рекреация на втором этаже. Один ее угол занимала витрина, усеянная вытертыми наклейками от бананов и яблок. За поцарапанным стеклом лежали шоколадные батончики, чипсы, бутерброды и чебуреки в прозрачных упаковках. К витрине лепился прилавок, его протирала женщина-продавец в голубом фартуке. От прилавка тянулась очередь из студентов и, к удивлению Насти, преподавателей: только что продавец вручила Максиму Сергеевичу пластиковую тарелку с чебуреком.

— Некоторые обедают в столовке Башни, но туда идти неохота, — говорила Изольда, доставая кошелек. — Да и ребята здесь тусуются. Ты будешь пиццу с колбасой и кофе?

— Буду, — сказала Настя, предвкушая жгучую «пепперони», и протянула Изольде деньги.

Изольда сунула ей в руки стаканчик с пакетиком кофе «3 в 1» и картонную подложку с круглой лепешкой, густо посыпанной сыром. Сквозь сыр проглядывали куски докторской колбасы. «Пицца» была обернута прозрачным целлофаном. Изольда протиснулась сквозь толпу студентов в середину рекреации, к черным столам на высоких ножках.

— Что это? — брезгливо спросила Настя, разглядывая «пиццу».

— Надо разогреть, — объяснила Изольда, указывая вправо: у стены стояли грязно-белые стойки с микроволновками. — Не ресторан, но вполне съедобно.

Пока целлофан пузырился в микроволновке, Настя глазела по сторонам. За столом четверо молодых людей, все как на подбор с длинными волосами, уплетали жирные чебуреки. Поодаль от них девушка в плиссированной юбке и цветастой кофте с рукавами-раструбами читала конспект. Прямо на полу, облокотившись на стену, сидел крупный блондин с копной волос до пояса. Он что-то рассказывал парню в черной шляпе и рубашке с воланами.

— Сурок, Видар! — позвала Изольда, перекрикивая шум. — Идите к нам!

К столу подошла пухлая девушка в бежевой рубашке и льняной юбке в пол. Ее темные волосы были коротко стрижены, а справа над ухом висела длинная прядь, заплетенная в косичку. Нижнюю губу девушки пронзала сережка в виде кольца, на вздернутом носу сидели очки в золотистой оправе. Под руку она держала смуглого молодого человека в черной футболке с эмблемой факультета и синих джинсах.

— Сурок и Видар, мои друзья, — представила пару Изольда, распиливая пластиковым ножом «пиццу»: подогревшись, она сделалась резиновой.

Настя уставилась на парня и девушку, не решаясь спросить, кто из них Сурок, а кто Видар. Еще подумают, что она совсем бестолковая.

— Сурок — это я! — эмоционально выпалила стриженая девушка. — Вообще-то я по паспорту Олеся, но терпеть не могу это дурацкое имя! А он — Артур!

Он тоже «терпеть не может это дурацкое имя»? Настю так и подмывало задать этот ехидный вопрос, но она сдержалась и криво улыбнулась — с чужими людьми ей всегда делалось неловко. Молодой человек, привлекательный, с выпуклым носом и густыми черными бровями, наклонил голову в знак приветствия.

Настя собралась представиться, но среди этих неординарных людей называться просто Настей, обычной, скучной Настей было как-то неуместно. Ей ужасно захотелось выдумать себе новое имя и влиться в эту необыкновенную компанию.

— Я Кларисса, — представилась Настя.

Она внезапно вспомнила имя, вычитанное пару лет назад в подростковом ужастике. Имя звучало достаточно загадочно, ничуть не хуже, чем Изольда или Видар. Изольда, вгрызаясь ножом в «пиццу», приподняла бровь, но ничего не сказала.

— Будем знакомы! — Видар говорил с легким, но приятным акцентом.

Сурок подсела к Изольде, извлекла из вязаного рюкзака увесистый учебник по ботанике и завела нудную беседу о предстоящем зачислении на кафедру высших растений. Настя осталась наедине с Видаром. Она смущенно пилила ножиком «пиццу», но с таким же успехом можно было пробовать отрезать и кусок стола. Видар спросил:

— Ты первокурсница? Не видел тебя раньше на биофаке.

— Да, в этом году поступила, — Настя провела ножом по «пицце», кусок поддался и, наконец, отрезался.

— Как учеба, нравится?

— Да, здесь… необычно.

— Согласен. Ты знаешь, на какую кафедру пойдешь?

Они вообще способны разговаривать о чем-то, кроме уроков?! Вопрос поставил Настю в тупик: ни о кафедре, ни о работе после окончания биофака она не задумывалась, но подобный ответ вряд ли понравился бы ее новому знакомому.

— Я пока выбираю, — туманно ответила Настя. — А ты?

— В пятом классе выбрал, — Видар сверкнул неправдоподобно белыми зубами. — Я учусь на четвертом курсе на кафедре геоботаники, пишу курсовую по экосистеме болот…

Настя ела «пиццу» и вполуха слушала разглагольствования Видара. Наверное, это хорошо, что они на биофаке такие увлеченные. Сама она скучала до зевоты.

— …хожу походы, преподаю в летней биологической школе, увлекаюсь ролевыми играми, — перечислял Видар. — Как ты относишься к Толкиену? Я как раз ищу пару на игру.

— Ммм… — промычала Настя: ни палатки, ни фэнтези не были в сфере ее интересов. — Честно говоря, я люблю комфорт: отопление, душ, горячая вода… А Толкиен… Нет, мне по душе русская классика, Тургенев там…

— Жаль. Впрочем, классику я уважаю так же, как и фэнтэзи.

— Ой, Видарчик, время! — вклинилась в беседу Сурок. — Ритка Подосинина билеты на «Вереск» отдает! Она ждет нас возле метро!

— Везет! — с легкой завистью сказала Изольда. — У нее два всего? Я сто лет фолк вживую не слушала…

— Ага, два! — Сурок надулась от гордости. — Ритка последние где-то выцепила, ты знаешь, она и не такое может! Чао-какао, ребятки! — И Сурок поволокла Видара из Квадрата.

Видар щекотал Сурка, а она заливисто хохотала и висла у него на шее. Настя с грустью смотрела им вслед: их с Валериком роман смотрелся со стороны гораздо более сдержанным. Если уж честно, и не со стороны тоже — Валерик в принципе редко проявлял эмоции, не позволял обнимать себя, хохотать и целоваться в общественных местах.

— Забавные, — сказала Настя Изольде. — Давно они встречаются?

— Встречаются? Нет, что ты, они друзья. Сурок вообще замужем.

Настя растерялась. Как можно быть замужем и при этом обниматься с другим парнем? Мама с бабушкой всегда говорили, что брак — это ответственность. И потом, Сурку на вид больше восемнадцати не дашь.

— Замужем? — Настя округлила глаза. — Сколько ж Сурку лет?

— Девятнадцать лет. Они с парнем живут, не расписаны в ЗАГСе.

— А, — фыркнула Настя, — какой же это брак! Мои родные считают, нужно обязательно оформлять отношения, иначе получается не семья, а полная чушь! Свидетельство о браке — гарантия, что люди не разойдутся и готовы разделить друг с другом всю свою жизнь!

— Ой, не воспринимай это так серьезно, — усмехнулась Изольда. — Мы вот в летней школе даже спим в палатках вповалку: мальчики, девочки, преподы, женатые, разведенные… И никто не напрягается. Не усложняй простые вещи. Важны не бумажки, а чувства!

Настя решила не продолжать этот бессмысленный спор, но, возможно, Изольда была права? У всех современные свободные отношения, а она сама застряла в прошлом? Но разве плохо хотеть официальный брак, а не эти… полусерьезные «контакты» как у Сурка с ее «мужем»? Когда люди не расписаны в ЗАГСе, их отношения не имеют истинной ценности, так, временные договоренности. Эти «союзы» легко разрушить! Или она, Настя, излишне старомодна? Но в таком случае друзья Изольды могут счесть ее странной и не принять в свою компанию! Пожалуй, есть смысл пересмотреть свои взгляды на отношения!