Отзывы на книги автора «Яльмар Сёдерберг»

Судьбу не выбирают. Равно как не выбирают жену или любовницу, или детей. Они даются человеку, они у него есть, и, случается, он теряет их. Но их не выбирают!

Швеция. Конец 19-го века. И невинная романтичная красавица Лидия Стилле восемнадцати лет, не оставляющая равнодушными представителей противоположного пола. Отец ее - художник и каждое лето он снимает Красную дачу далеко в шхерах. Прекрасные виды, вода, отдаленность от города - одним словом, красота! Трое мужчин бывают у них в гостях, добираются по воде в парусной лодке, чтобы спеть квартетом с братом Лидии Филипом. Это в их кругу стало традицией. Двое из приезжих мужчин, барон и нотариус, влюбленные в очаровательную дочь Стилле, имеют на нее серьезные виды. Третьему же, Арвиду Шернблуму, девушка, конечно, нравится и, что немаловажно, она отвечает ему взаимностью, да вот сам он жениться не горит желанием и предложить ему ей пока нечего: денег нет, жилья своего тоже и с выбором карьеры всё непросто.

И можно было бы не писать автору дальше книгу, если б всё тут было предельно ясно и предсказуемо. Но, образно говоря, поезд понесло совсем не туда, и он, в итоге, сошел с рельс. Кого б пожалеть? Увы, некого. Ни один из героев симпатии не вызвал. Все, будто в грязи выпачканные. И у каждого своя странная философия жизни.

Годы шли. Ожидание затянулось. Многое изменилось. Лидия с богатым мужем, имя которому Маркус Рослин, Арвид - с хитрой женой Дагмар Рандель. И дети, у всех дочери... И вот - новые письма, новые встречи, а люди всё те же, только теперь еще и отягощенные жизненными трудностями, а также отсутствием чего-то важного. Может ли стать всё так, как было прежде? Возможно ли войти в одну реку дважды? Многое теперь недоступно, а иному - все двери настежь. Доступные удовольствия наравне с глубокими, но мёртвыми чувствами. И как сказал классик: "Всё смешалось в доме Облонских..." Попрыгунье стрекозе стало мало того, что имеет. Не добрала в своё время. Но ей стало мало и того, что находит. От былого не осталось и следа. "Где эта улица? Где этот дом? Где эта девушка..." Всё на месте, кроме, разве что, девушки...

* В романе много политики, журналистики и диалогов, в которых люди беспрестанно обсуждают вопросы, связанные с правлением короля, а также с событиями, происходящими в других странах. Это было нудновато и скучновато.

* Неожиданным для меня стало восприятие этого романа с точки зрения времени его написания и рассказа о событиях, которые сейчас не вызвали бы недоумения.

* Ну и что присуще многим скандинавским авторам - так это умение с легкостью вместить в одно-два предложения яркие и многообразные описания красот природы. Снова наслаждалась этим с удовольствием!

Произведения классика шведской литературы Яльмара Сёдерберга переводили и печатали у нас ещё до революции 1917 года. Переиздание его известнейшего романа в переводе Валентины Мамоновой (кстати, мать Петра Мамонова) вместе с полным сборником коротких новелл (их он написал раньше романа, но здесь они помещены после) стало для меня хорошим поводом познакомиться с писателем, книги которого известны во всём мире, а параллели с русской литературой так прозрачны и узнаваемы.

Роман «Доктор Глас» представляет собой дневник городского медика по фамилии Глас ("стекло" со шведского). Тридцатилетний холостой мужчина записывает свои мысли и впечатления, вспоминает своё детство и юность, описывает приём пациентов, гуляет по Стокгольму (горожанин-фланёр), пьёт с друзьями в ресторанчике на набережной Стрёммена... Человек невероятно тонкой душевной организации, ценитель музыки и литературы, обладающий отличным эстетическим вкусом, Тюко Габриэль Глас размышляет о "проклятых вопросах" человеческого бытия.

«Нам хочется, чтобы нас любили, хотя бы боялись, хотя бы поносили и презирали. Нам хочется внушать людям хоть какое-нибудь чувство. Душа содрогается пустоты и жаждет общения любою ценою»

Дневник начинается в жаркие июньские дни накануне праздника Ивана Купалы (шведского праздника Мидсоммара). Герой вспоминает свою первую настоящую любовь, вспыхнувшую ровно в эти дни в его юности. Но он так и остался одиноким. К нему тайно приходят просительницы, несчастные забеременевшие молодые дамы, но он вынужден каждый раз отказывать им в аборте. Через несколько лет его зовут к больному ребёнку, который оказался уродлив от рождения, и он узнаёт в матери одну из своих просительниц. И вопросы о допустимости эвтаназии и прерывания беременности встают перед ним, предвосхищая этические дилеммы, встающие перед современной медициной.

«Не спрашивай! Не старайся докопаться до сути, до дна, иначе сам пойдёшь ко дну. Не старайся отыскать истину: ты её не отыщешь и потеряешь самого себя»

В один из летних дней к нему обращается жена священника, которой противен её муж. Он стал чисто физически ей неприятен, так что исполнение супружеских обязанностей превращается в изнасилование. Врач пытается помочь, внушает супругу, что у него больное сердцем и что ему надо лечиться и спать отдельно от жены... Красавица жена, как оказалось, влюблена и встречается с другим мужчиной, к ней и сам врач благоволит... И в итоге он задумывается, а не подстроить ли сердечный приступ священнику и освободить бедную жену от такого мужа. В романе есть отсылки к Раскольникову Достоевского, сам Глас однажды восклицает, мол, не рубить же топором. Правда, герой шведского романа действует более спонтанно, нежели его русский прототип, подведший под убийство целую философскую концепцию.

«Жизнь, я не понимаю тебя. Но я не хочу сказать, что ты в этом повинна. Скорее уж я дурной сын, нежели ты недостойная мать»

Роман наделал много шума в обществе и привёл к бурным обсуждениям поднятых в нём тем и вопросов. Сёдерберг психологически тонко соединил описания природы и городских локаций с метаниями и размышлениями героя, отразил поворотный период истории на сломе и смене эпох — из XIX-го века в век XX-ый, когда религиозные скрепы уже не властны над моралью и пониманием бескрайнего и равнодушного к человеку мира, в котором уже нет места Богу.

«Новеллетки» — это 19 небольших историй-миниатюр, где встречаются как философские притчи, так и зарисовки из жизни разных героев, есть даже одна сказка. Все тексты связывает тема маленького человека — со своими надеждами и несчастьями, со своей мечтой и мелодрамой жизни. Например, рассказ «Шуба» явно отсылает к «Шинели» Гоголя. Здесь события развиваются накануне сочельника, герою по счастливой случайности достаётся шуба, но она приносит не только мгновение счастья, но и глубокого разочарования, потому что жена принимает своего мужа за любовника, который эту шубу носит. Очень ироничные и полные глубокого смысла, эти зарисовки раскрывают Сёдерберга как мастера малой прозы, чем-то напоминая нашего Антона Павловича Чехова.

В целом роман и новеллы пронизаны меланхоличным и философским духом, показывают героя как ищущего истины, отражают своё время и предвосхищают разочарование и экзистенциальную боль за потерянного посреди великих потрясений человека.

Сюжет + Общее впечатление + Язык: 7+8+8=7,7

Блиц-аннотация: Роман в форме дневниковых записей врача, который размышляет над убийством пациента, ради женщины, в которую он влюблен.

Главные достоинства романа - современный язык, несмотря на то, что написан он в 1905 году, и очень интересные рассуждения главного героя.

Не сказать, что доктор Глас особо размышляет над моральной стороной планируемого убийства, но все произведение - это сложное исследование души человека, застывшей между моралью и страстью, рациональностью и иррациональностью. Искренность суждений, не скованных общественными рамками - отдельный плюс роману, который не заставляет блуждать в лабиринтах домысла, но предельно четко формулирует "я" своего героя.

Форма дневниковых записей помогает читателю увидеть многослойный и противоречивый психологический портрет главного героя, где каждая страница наполнена экзистенциальными терзаниями и сомнениями. Сам язык повествования по-скандинавски лаконичен, но в тоже время подчеркивает внутреннюю боль и противоречивость человеческого бытия.

Благодаря тому, что читатель наблюдает не только за внутренним монологом героя, но и видит его глазами Стокгольм, его сумрачных закоулков и знойных летних дней, все это придает роману особый, почти кинематографичный колорит. Читатель сопереживает герою, а заодно глубоко погружается в атмосферу эпохи, где личная драма тесно переплетается с социальными контекстами.

Роман заставляет задуматься о том, как обстоятельства и внутренние переживания могут привести человека к моральному выбору, который, возможно, нарушает все общепринятые нормы. Именно эта сложность, противоречивость и эмоциональная насыщенность дарят читателю незабываемый литературный опыт, оказывая сильное воздействие на его сознание.

Кстати, внезапная концовка, заставила меня несколько раз ее прослушать, чтобы убедиться, что записи доктора прерываются, оставляя меня с моим сопереживанием наедине.

Помните парадокс о китайском мандарине? Главный герой - практикующий врач - ведет дневник. В первой же записи мы читаем: «Если бы ты мог убить китайского мандарина, нажав кнопку в стене либо просто усилием мысли, и завладеть его сокровищами - сделал бы ты это?» (Читатель при желании может поразмыслить над этим вопросом, а я возвращаюсь к книге.) Врач сам себе отвечает, что убил бы нажатием кнопки одного конкретного человека. Это заявление настораживает читателя, тем более в аннотации сказано, «Доктор Глас» самый скандальный роман Сёдерберга. Я ожидала чего-то вопиющего, но история мне понравилась, писательница-феминистка Маргарет Этвуд назвала книгу «одной из волшебных, которые и по сей день остаются свежими и живыми». Врач вспоминает о тех бедных женщинах, которые приходили к нему с просьбами освободить их от тяжкого бремени, по разным причинам попадали они в щекотливое, а иногда, можно сказать, в бедственное положение. И врач никогда не брался за такую работу. И вот однажды к нему приходит красивая молодая женщина, нет, не в положении, а со странной жалобой, ей противно выполнять супружеский долг. И просьба ее практически невыполнима, сказать мужу, что она нездорова, и что ему следует отказаться от своих супружеских прав. Вот такой зачин.

Много ли вы встречали поэтов грусти? Воспевающих своей тончайшей стилистикой душевные страдания, заставляющих переживать трагедии жизни вместе?
Наверняка и таковых хватало.
Сёдерберг - истинный скандинав. Если у Гамсуна все зачастую плохо, то у Яльмара еще хуже. Если у Гамсуна душевные страдания, то у Сёдерберга их еще больше. Но одно остается неизменным - тончайший психологизм. Если кто и добрался до глубин его, то скандинавы, вместе с достопочтимым Федором Михайловичем.
Размышляя на досуге, я признаюсь в любви к скандинавской литературе. Ни к какой другой, только к литературе этих суровых холодных земель. Где города часто серы и в кульминационные моменты тихо и мягко падает снег, или идет холодный дождь, погружая и без того немногословные ландшафты в непроницаемую тишину, нарушаемую лишь тихой рябью ветра.
А еще, скандинавы идеально определяют один из путей к счастью - опускаться в глубины страданий, чтобы потом вынырнуть в обычную жизнь, наслаждаясь даже серыми пейзажами. Да, я так обожаю неразбавленную, темную грусть, что Сёдерберг мой друг навек. И я немного доктор Глас, и я немного Арвид Шернблум. Рефлексия, душевные метания, любовь и ощущение вязко текущего времени - все близко, очень близко.
Я вспоминаю зимний день. У нее были горящие глаза, тонкие руки, и немного утомленный вид. Мы знали друг друга чуть больше 20 минут. Она читала в серой электричке Анну Каренину, а я смотрел на нее как в последний раз в жизни. С десяток минут позже она спросила, что бы я мог посоветовать ей прочитать. Ей казалось, что многие годы жизни потеряны без такого сокровища, как книги, и хотелось восполнить пробел. Я назвал Юхана Боргена. Больше ее никогда не видел. Теперь бы я посоветовал ей Сёдерберга...

Я, лиценциат медицины Тюко Габриель Глас, помогающий время от времени другим, но никогда не умеющий помочь самому себе и в свои тридцать три года не познавший женщины.

Габриель Глас одинокий, меланхоличный человек, который смотрит на мир с недоверием ученого. Всё бы ничего, но его не удовлетворяли современники и общество в целом, отчего постоянно хотелось приговаривать – горе от ума. Доктор казался каким-то лишним в том мире, потому что видел события иначе, чем другие. В его глазах действительно начинает казаться, что наш мир как возню на крохотной планете в необъятной вселенной.

Роман сразу в аннотации сравнивают с «Преступлением и наказанием». В отличие от героя Достоевского, доктор совершает свое дело более деликатно, без аффекта. И самое главное отличие, он не мучается и не сожалеет. Шведское холодное сердце героя делает сюжет более легким благодаря отсутствию «мечущейся русской души».

Читатель с полным осознанием своей правоты принимает сторону Гласа – то что нравится Гласу нам кажется чудесным, а что не нравится – не подвергается сомнениям. Так происходит с пастором Грегориусом, который искренне неприятен доктору. Отчего и почему при чтении как-то не задаешься вопросом, просто принимаешь это. А далее, на эту сдобренную почву ложится странная просьба пациентки и по совместительству молодой жены пастора. Собственно так и запускается сюжет.

Называть происходящее сюжетом немного преувеличено. Повествование представляет собой страницы дневника доктора, одно лето из его жизни, один поступок. Герой предается размышлениям о прошлых событиях, своих предпочтениях и морально-этических понятиях. Писатель дневника признается, что пишет просто так, без цели издать или перечитывать, то есть он сам себе дает полную свободу думать и говорить без оглядки на критику, будь даже критиком он сам через десяток лет. Так получается некоторый полет мысли. Вещь, используемая не по назначению, как часы без стрелок. Что свойственно литературе в стиле модернизма. Но с большим количеством скрытых смыслов, отсылок и цитат.