Глава 10

— Значит вы хотите сказать, что вас ожидали?

— Я уверен, что это было запланировано. Они знали мой маршрут.

— Насколько вы были близки с мисс Брайкерс?

— Довольно близко, но мы не были парой.

Полицейский встал со своего стула и взял распечатанный доклад в руки смотря на меня.

— Тогда на сегодня закончим, позвольте я сопровожу вас до выхода.

Я легонько закрыл дверь кабинета и следом пошёл за офицером. Несколько компьютеров наполняли центральный зал, а за входной дверью меня уже ждала Ирина.

— Ну что?

— Без понятия, если честно.

— Ладно, садись в машину, там всё обсудим.

Я поведал ей подробную историю допроса, рассказал о своих печальных впечатлениях и мыслях. В это же время снова пошёл снег, кажется, что в этот раз он уже точно не растает. Снежные хлопья были большими, ко всему этому начался сильный ветер, что разносил их с мощной силой.

Мы приехали домой к Ирине. Она не жила в квартале многоэтажных домов, её дом был обычным канадских домиком на своём участке. Крыльцо, над ним навес откуда и открывался вид на сам город.

Я сидел за столом в ожидании каких – то слов от Ирины, но она в этом время настраивала кофеварку. Уж не знаю, на что она там тыкала, но чувствовал я себя крайне неловко. Даже не знаю как описать мысль в том плане, что вчера ты жил один, в этот же день ты прикован к оковам и на мушке пистолета, завтра ты уже живёшь с дамой, что видел – то один раз в жизни, а она ещё и спасла твою жизнь. В этот момент из череды моих размышлений меня выбросил стук стакана о стол.

На кухне у Ирины

— Я сделала лате, с молоком. — Произнесла Ирина садясь напротив меня.

— Благодарю. — Отвечал я, пробую напиток на вкус.

— Мы с тобой вчера так и не смогли нормально поговорить, даже не знаю с чего и начать.

— Ну, давай начнём с чего – то хорошего.

Она посмотрела на меня и улыбнулась.

— В хоккей играть точно продолжишь.

— А мог быть вариант, что я могу перестать в него играть?

— Обычно в Канаде, либо Америке будь ты хоть жертвой или убийцей могут поставить крест на твоей карьере.

— Ладно, а что дальше? — Cпросил я, допив напиток.

— Я разговаривала с Конкингом, тебе придется остаться у меня. Не знаю насколько.

— Безопасность?

— Я теперь своего рода твой телохранитель, если так можно выразиться. — Отвечала девушка, пронзая взглядом.

Ирина отправилась показать мне свой дом, я уже был тут вчера, но лишь пару минут. Мы заехали забрать документы и отправились в участок, где я провёл ночь на допросе, фактах, отпечатках и всём прочем.

— Вот и твоя комната. — Произнесла Ирина открывая дверь.

Ничего необычного. Комната около 6 квадратов, односпальная кровать, столик, стул, и даже шкафчик.

— Спасибо тебе ещё раз, Ира. Наверное принять человека, с которым ты едва знаком.

— Все в порядке, не переживай.

Она села на кровать и мы продолжили диалог

— Где кухня, зал, моя комната ты уже знаешь, вещи твои уже привезли.

— Что? Как?

— Этого я не знаю, мистер Конкинг, вероятно, договорился. А во-вторых, если пороешься в карманах, то ключей от квартиры там не найдёшь.

Я действительно решил обшарить карманы и не нашёл там ничего, кроме пачки жвачки и телефона, что находились в кармане с замком.

— Ты права. — Ответил я, слегка покачивая головой снизу – вверх.

— Ну, раз уж буду нужна, то ты знаешь где я.

Она встала с кровати, и покинула комнату, слегка хлопнув ею. Скорее обыденная случайность, но Ирина говорит практически на чистом русском языке, что уже как – то вызывает необычность. Я живу в Канаде уже несколько месяцев и в большей степени от русских в моей команде, я слышу больше английского, чем своего родного языка. Случай с Ириной приятный, но крайне необычный.

Прошло около недели нашей совместной жизни с Ирой, даже сложно представить, что я фиксирую какую – то дату своей жизни с совершенно незнакомым мне человеком. Хотя, на данный момент я не могу её так назвать. Первые дня три было сложно, но теперь мы взаимно изучили друг друга и научились жить нормально в бытовом плане.

Вместе с Ирой мы ожидали приглашения к заместителю генерального менеджера. Возможно, это могло быть какой – то важной точкой моей карьеры, ведь не играю я уже с того дня, только тренируюсь.

Когда мы вошли, напряжение в воздухе было ощутимо. В комнате собрались ключевые фигуры клуба:

Заместитель генерального менеджера – Лето Коллахан, Президент клуба – Джереми Смитли, и их люди, а также главный тренер Алекс Конкинг и конечно сам Алекс Конкинг. Я не ожидал увидеть всех их в сборе.

— Артур — Произнёс с максимальной уверенностью генеральный менеджер. — Мы знакомы с твоей ситуацией и детально её изучили. Мы собрались исключительно по твоему случаю.

В разговор вступил Лето Коллахан, и перебил Алекса Конкинга.

— Мы не можем позволить хоккеисту, находящемуся под подозрением в преступлении, оставаться в нашей команде. Это может навредить репутации клуба.

Меня охватила паника, и лёгкий испуг. Я посмотрел на Ирину, по её лицу было ясно, что она готова тут разнести всех, но максимально сдерживала себя.

Майк Келлер же, неожиданно вступился в диалог:

— Артур – это наш игрок, и мы не судим его, не имея достаточных доказательств. Мы будем поддерживать его вне зависимости от того, что происходит вне льда.

Я почувствовал, что на меня направлены взгляды всех представительств, а мне и сказать было нечего. Я неоднократно играл под самым высоким давлением, но тут я просто провалился в яму с отсутствием понимания происходящего.

Тишину в комнате распустился ещё один новый голос в данной дискуссии:

— Джентльмены. — Уверенно произнесла Ирина. — Давайте не будем делать ранних выводов. Суд ещё не вынес конкретных выводов, Артур в это время не признан виновным. И признан он им быть не может.

Летто Коллахан съёжился, его лицо явно покраснело, а жеманная физиономия перестала быть привлекательной, она стала агрессивной, а цвет кожи стал как у свиньи.

— Ваша дамочка не в меру лезет в дела этого клуба. — Произнёс он смотря на Конкинга.

Ирина неожиданно для меня замолкла, словно поняв, что она тут никто. Мне стало крайне обидно, за слова Коллахана в отношении Ирины.

— Послушайте! — Произнёс я, собрав на себе взгляды всех руководителей. — Ирину нельзя называть просто «дамочкой», она работает на ваш клуб, трудится над безопасностью игроков, и если бы не она, то в моем лбу была бы пуля. — Я сделал небольшую паузу в своих высказываниях и набравшись воздуха продолжил. — Почему вы меня обвиняете, полагаясь на слухи?!

В этот момент все бросили на меня взгляд. Коллахан сжал руки в кулак и смотрел на меня пронзающим взглядом, словно хотел убить меня, выбросить из клуба.

— Ладно, это пора заканчивать. — Произнёс Алекс Конкинг, смотря на нас с Ирой. — Пока решения суда нет, ты будешь играть, думаю, что мистер Келлер со мной полностью согласен.

Тот лишь кивнул, посмотрев на генерального менеджера.

— А с вами мистер Коллахан мы ещё побеседуем. Всем спасибо.

Сердце слегка стучало. Но радует то, что дверь этого кабинета захлопнута, а мы идём к автомобилю. Остаётся лишь одна мысль: почему меня так пытается топить Лео... Пешка отца Оливии в нашей организации? Или это личная неприязнь? Как же всё сложно.

С Ириной мы всё это время шли молча, казалось, что на ней совсем нет лица, она словно пропала и потеряла все мысли.

— У тебя что – то случилось? — Спросил я, смотря на Иру.

— У меня нет, всё хорошо, просто чуточку неприятно. — Выдыхая произнесла Ирина. — Я просто не понимаю, почему такие неприятности свалились сюда, если раньше все люди из клуба топили за своих, то теперь ситуация изменилась очень сильно.

На следующее утро нас ждала очередная игра. Давненько я не выходил на лёд, снова почувствовал этот шикарный запах залитого льда с максимальным функционалом воздуходува.

Заходя в раздевалку я был очень рад видеть всех ребят. Я улыбался всем, кого видел, кому жал руку. Честно говоря ко мне вернулось хорошее настроение. Оставалась пара часов до очередной игры, Майк Келлер был слегка недоволен моей формой, но он был уверен, что я справлюсь и поэтому оставил сочетания без изменений.

— Ну что парни, наслышаны уже обо всём? — Спросил я, обращаясь к Алексею и Фёдору.

— О том, что ты изнасиловал Оливию? — Отвечал Фёдор, смотря на меня осуждающим взглядом.

— Чего? — Спрашивал я, оставаясь в недоумении.

— Я разговаривал с мистером Коллаханом, он сказал мне, что в тот период, пока тебя не было, ты решал судебные вопросы с Оливией, якобы в изнасиловании... — Он хотел что – то договорить, но в разговор вступил Алексей.

— Изнасиловании? — Удивленно спросил Алексей. — Конкинг и Келлер говорили мне совершенно другую причину.

Я прервал эту волну споров, решив рассказать то, как всё было на самом деле.

— Это неправда, Фёдор. В тот день, когда мы с тобой выходили с арены, я пошёл домой, но идя по темноте меня подловила пару упырей, связали руки, и там была отец Оливии. Он пытался со мной разговаривать. Позже он достал пистолет, но тут приехала полиция, в момент потасовки меня освободила Ирина и я покинул точку.

— Вот оно как... — Тихонько произнёс Федя. — Ты же знаешь, кто её отец?Когда я говорил эти слова, в раздевалке было крайне тихо, некоторые ребята подняли на меня глаза и слушали мой рассказ. Надеюсь эти слова изменили мнение обо мне.

— Поверьте, я догадываюсь. Пистолета у простого человека не будет. — Отвечал я, смотря на удивлённые лица парней.

— Уж такая она, Канадская мафия, или те, кто от них остался.

— Так, давайте закончим. У нас скоро игра, о чем – то кроме игры думать сейчас далеко не вариант.

Я поддеражал мысли Алексея, после чего каждый пошел готовиться к матчу.

Сегодня мы принимали команду «Alabais Hamilton». Очень молодая команда, с высокими скоростями, но слабым индивидуальным мастерством, Майк Келлер был уверен, что мы с ними справимся.

После того как мы вышли на лёд и прослушали гимны наша линия была особенно активной в атаке, и мы старались использовать каждую возможность для создания голевых моментов.

В середине первого периода, когда счёт был всё ещё ничейным, наша команда получила большое преимущество в численном составе из-за удаления одного из игроков «Alabais Hamilton». Мы решили воспользоваться этим моментом и атаковать с полной силой. Когда оставалось всего несколько секунд до конца большинства, я заметил открытое пространство перед воротами соперника и быстро передал шайбу Алексею Коробченко на пятак, который без колебаний отправил её в ворота. Это был момент настоящей эйфории для нашей команды, и я был рад, что смог создать такую возможность.

Однако, моя работа на этом матче ещё не закончилась. Во втором периоде, когда мы вели уже со счётом 2:0, и вот, шайба оказалась у меня на клюшке, я решил не терять время и бросить в пустой угол ворот , который не закрыл вратарь. Моя точная наводка привела к третьему голу в нашу пользу, и я почувствовал, что сделал важный вклад в успех команды.

Оставшиеся минуты матча были наполнены интенсивной игрой и множеством возможностей для обеих команд. Мы справлялись с напором соперников благодаря нашей твёрдой обороне и хорошей работе вратаря.

Когда финальный свисток рефери прозвучал, мы праздновали заслуженную победу со счётом 3:0. Я был очень горд своим выступлением в этом матче, особенно заброшенной шайбой. Мы отправились в раздевалку, отбивали победные кулачки и тренер сказал нам следующие слова:

— Мужики, хорошая игра. — Произнёс тренер наворачивая круги по раздевалке. — Идём все выше по турнирной таблице, скоро уже и выше – то некуда будет, отстаём всего на одно очко от лидера дивизиона. Порадовало первое звено, приятные голы красавчики, что справился с таким давлением, молодчики мужички. — Тренер как и вся команда похлапала в ладоши, после чего вручали шапочку лучшего игрока. — Кёдди, давай!

— Пацаны, хорошая игра, отдам сегодня Дауну, двадцать восемь спасений! ЛУЧШИЙ! — Раздевалка взорвалась аплодисментами и свистами, все были очень рады. Атмосфера в команде была просто шикарная, но в этот момент возле двери я увидел фигуру Ирины, и это значило, что пора возвращаться. Я попрощался со всей командой и мы пошли до автомобиля.

На улице шёл снег, погода с каждым днём становилась все холоднее. Впервые ощущу на себе канадскую зиму, русскую уж как – то преодолел.

— Спасибо, что забрала меня. — Произнёс я, садясь на автомобильное сиденье.

— Чего уж тут, работа у меня теперь такая, после своей же работы забирать тебя. — Произнесла Ирина делая небольшую паузу. — Уж простите за тавтологию.

— Брось, всё нормально. Учитывая то, что твой родной язык – это английский.

Она улыбнулась и между нами повисла гробовая тишина. Только рёв мотора и местное радио разделяла нас от точки оглушения.

— А сколько тебе лет? — Решил поинтересоваться я, разбавляя тишину.

— Двадцать три, скоро двадцать четыре.,

— О как.

— Да, как – то так.

После приезда домой, однозначно, лучшей наградой было лечь спать, я так и сделала, но свет с кухни просачивался в мою дверь. Уж долга Ира была чем – то занята, а свет в моих глазах постепенно уходил в глубокий сон.