Книга или автор
4,4
86 читателей оценили
311 печ. страниц
2012 год
16+

Глава вторая. Бука

Петля зашелся, было, в восторге, увидев болтавшийся на плече незнакомца автомат. Он представил себе, как тот начнет сейчас крошить этих тварей в кроваво-серый крысиный винегрет. Но улыбка застыла на его лице: незнакомец перекинул «ствол» вперед, положив на колени. Никакой это не автомат. Старенькая двустволка. К тому же – легкомысленно переломленная пополам и… незаряженная. Черт возьми – на кой хер, спрашивается, в Зоне незаряженное оружие?!

Незнакомец продолжал рассматривать Петлю, словно какого-то зверька в клетке. Вид его невольно внушал робость, словно перла от него какая-то необъяснимая темная энергия. Был он молод, высок, худ, лицо имел смуглое, со впалыми щеками и столько же глубоко посаженными глазами. Длинные, черные, как у индейца волосы частично скрывали лицо, что не часто здесь встретишь: сталкеры, как и бандиты, предпочитали короткие стрижки или наголо бритый череп. Дело тут не в моде, а в том, что волосы здорово собирают радиоактивную пыль и прочую дрянь, которой, как известно, в Зоне полно. Бесформенная, грубая, холщевая то ли куртка, то ли рубаха больше подошла бы опустившемуся хиппи, чем сталкеру. Хотя, по правде говоря, встретить здесь можно вообще, кого угодно. Хоть свихнувшегося хиппи в поисках упрятанной в Зоне Нирваны, хоть зомби в обличье Папы Римского.

– Ну, как, нравится тебе у нас? – глухим, низким голосом спросил, наконец, незнакомец.

– Н-не очень, – пробормотал Петля.

Этот вопрос поставил его в тупик. Что значит – «у нас»? Петля все еще не понимал, что происходит. Тело его продолжало трястись под мощным адреналиновым прессингом.

– Цапнули? – поинтересовался парень и, не ожидаясь ответа, швырнул Петле компактную аптечку – прямо на пузо, так тот все еще валялся в пыли, упершись локтями в землю.

– Коли антидот и все, что найдешь от радиации, – посоветовал парень. – От тебя фонит, как от слепой собаки.

Петля с кряхтением уселся на пятую точку и, поджав под себя ноги, принялся вскрывать аптечку. Покосившись на незнакомца, на крыс, что продолжали шнырять там и сям, правда, без былой агрессивности, не удержался от вопроса:

– А чего у тебя дробовик не заряжен? Мало ли кто со спины подкрадется…

– Это ты у меня спрашиваешь? – парень чуть вздернул брови, и Петля понял, что со стороны его, неприкаянного безоружного отморозка, такой вопрос прозвучал то ли с вызовом, то ли просто по-идиотски.

– Патронов полно, – равнодушно сказал незнакомец, похлопав по мешковатой брезентовой сумке, болтавшейся у бедра.

– Чего же не зарядишь?

– Зачем?

Петля неопределенно дернул плечом: сейчас, вроде, как бы действительно, острой необходимости в оружии нет – крысы теперь не обращали внимания на людей. Они обнюхивали все еще дергающееся тело вожака и начинали уже деликатно откусывать от него – по кусочку. Через минуту деликатность закончилась, и крысы принялись активно жрать.

– Пойдем отсюда, – сказал незнакомец. – Зона берет свое.

Снова говорит то загадками, то ли поговорками. Петля уже успел накачать себя антидотом, антирадом и какой-то антистрессовой дрянью, а потому настроение у него выровнялось, сил заметно прибавилось. И он поднялся – легко и бодро.

– Ну, что, спаситель, давай знакомиться, – протягивая руку, сказал Петля.

Спаситель проигнорировал руку. Он посмотрел в глаза Петле и чуть кивнул.

– Петля, – нерешительно отводя ладонь, сказал спасенный. Он вдруг подумал, что так нахально набиваться в друзья тому, кто голыми руками отрывает мутантам головы, по меньшей мере, невежливо. Не по ранжиру. – Прозвище у меня такое. Бандиты дали. За то, что петли ловко вяжу: у них забава – силки на слепых собак ставить. А потом туристов водить – пострелять, смеху ради. А тебя как звать-то?

Незнакомец чуть склонил голову на бок, с сомнением разглядывая спасенного. И спокойно, с расстановочкой, эдак, проговорил:

– Бука.

Петлю словно сковородкой по башке огрели. Даже наркотический стимулятор не помог.

Бука.

Тут ведь вот, какое дело… Повстречать в Зоне Буку – это все равно, что встретиться с самим Черным Сталкером. Не то, чтобы Бука был таким же всемогущим призраком Зоны, но… В общем, если и начинали сталкеры травить друг другу всякие небылицы про Зону, то уж и Буку не забывали. Сам он был вполне реален – вот, сидит на корточках, ковыряет в земле палочкой. Только, вот, не вписывался он в сталкерское братство никаким боком. И тому были более, чем веские причины.

Во-первых, никто не знал, откуда он взялся, этот Бука. Одно про него ясно – он экзо, наподобие темных сталкеров, потерявших возможность существовать вне Зоны. Только, вот, даже для экзо он был особенным. Знающие люди поговаривали, что сам он плоть от плоти – порождение Зоны. Что его, будто какого-нибудь Маугли, вырастили какие-то монстры из самого сердца Зоны. Чуть ли не бюреры или даже контролеры. Ни в то, ни в другое особо не верилось. Бюреры – типичные мутанты и живут в такой жесткой патогенной среде, что пацан и сам вырос бы бюрером – если бы выжил, конечно. Что до контролера… Ну да, есть у этих тварей тяга к развлечениям, вроде подчинения людей своей воле и все такое… Говорят, они даже целые секты держали под своей властью. Но одно дело секты, и другое – малолетний ребенок, на которого у контролера не хватит ни концентрации внимания, ни терпения. Сожрал бы его контролер, и без всякого сожаления. Еще бы сказали, мол, парня вырастили снорки! Но кто бы ни выкормил этого «человеческого детеныша», более-менее достоверно известно, что в нормальный вид его привел уже сам Болотный Доктор. По крайней мере, научил с людьми общаться по-людски, а не как с привычными ему порождениями Зоны. Но похоже, что и Доктору не удалось избавить Буку от каких-то врожденных аномалий.

Почему – Бука? Говорят, Доктор, укрощая этого звереныша, настолько часто пугал того детской страшилкой про Буку, что в результате пацан решил, что так его и зовут. Забавная история с продолжением: Букой по-прежнему продолжали пугать – но теперь уже взрослых и вполне реальным, живым Букой.

Хотя, может, его и напрасно боялись. Просто люди склонны бояться странного. А Бука был странным. Совсем еще юнцом решил он податься в сталкеры. Просто потому, что ничего, кроме Зоны не знал, и за Периметром никогда не бывал. А если и бывал, то ничего для себя занимательного там не обнаружил. Бывалые сталкеры, конечно, смотрели на него свысока, эдак сурово поплевывая. Взяли его в какую-то группировку только лишь по рекомендации Доктора. Отмычкой взяли, разумеется.

Тут-то все и пошло враскоряку. Отмычка-то оказался покруче любого бывалого сталкера. Не то, чтобы он ловко вынюхивал опасности и круто стрелял по монстрам. Начать с того, что он вообще не стрелял. Никогда. Сказывалась, видать, докторская школа. И на аномалии он чихать хотел – обходил их запросто, словно не замечая. Найденные артефакты считал безделушками и легко делился с руководством группировки. В общем, вел себя так, что остальные сталкеры, взрослые и солидные дяди, на счету у которых было немало подстреленных монстров, да и – чего греха таить – себе подобных, стали чувствовать себя рядом с Букой сопливыми молокососами, решившими поиграть в «войнушку». Мало какому сталкеру такое понравится. Оттого Буки стали сторониться, отторгая его из любой компании.

Бандиты пытались использовать Буку в собственных жлобских целях – тягать хабар из самых опасных и непроходимых мест, куда никто из этой братии и носа сунуть бы не посмел. Но, видать, было у Буки какое-то особое чутье, эдакий внутренний «дерьмометр»: заставить работать Буку на себя было все равно, что заставить Зону упаковывать хабар в красивые коробки и отправлять прямиком на склад в Киеве. В конце-концов, поняв бесполезность Буки для извлечения прибыли, его решили убить – как это принято у бандитов: на всякий случай.

И вот тут-то начиналось самое интересное.

Все, кто открыто возжелал Буке зла – сдохли. Все до единого. Причем самыми отстраненными и нелепыми смертями: кто шаурмой на базаре отравился, кто фен в ванну уронил, кто с мотоцикла в фонарный столб влетел. Но это было бы полбеды. Стали случаться неприятности со всеми, кто хоть раз воспользовался помощью Буки. На момент встречи Петли с этой темной легендой Зоны, все сталкеры, ходившие на дело с Букой, давно уже лежали в сырой, фонящей землице Зоны.

Это старая история – про Дьявола-хранителя. Мол, тот, которому покровительствует Дьявол-хранитель, как вампир высасывает удачу ближнего. Многие считают, что начало этой истории дал именно Бука. А потому быть спасенным Букой – это все равно, что быть тюленем, спасенным из воды белой акулой: вот тебя, несчастного утопающего, выдернули из воды, даже в воздух подкинули. И ты летишь, довольный и счастливый, не замечая, как разверзлась под тобой огромная зубастая пасть.

Так что спасения никакого не было.

Это была лишь отсрочка.

Вот и сейчас Бука внимательно вглядывался в его расширившиеся от страха глаза, словно вампир, высасывающий жизненную силу.

– Наверное, про меня люди всякое рассказывают? – произнес он, наконец. – Там, за Периметром?

– Что рассказывают? – фальшиво поинтересовался Петля.

– Да знаешь, ты… – с какой-то тоской сказал его жутковатый спаситель. – И вот какое дело: я сам не знаю, чему верить, а чему нет…

Бука рассмеялся сухим трескучим смехом. Жутко стало от этого смеха. У этого парня явно были проблемы с чувством юмора. Да и не только с ним. Петля заставил себя улыбнуться. Вышло хреново.

– А почему вы… ты сказал, что я – «первый»? – осторожно спросил Петля.

– Пойдем отсюда, – неожиданно сказал Бука, подымаясь. Он огляделся, словно мог что-то видеть в этой кромешной тьме. – Здесь нельзя оставаться.

Они шли куда-то в непроглядный мрак. Петля таки не добился от странного спасителя, куда тот его тащит, и теперь тоскливо брел за этой нескладной долговязой фигурой, погруженный в туманные, путаные мысли. Анестезирующий наркотик продолжал рисовать нелепые и страшные картины, не давая сосредоточиться и четко представить себе новое положение вещей.

Во-первых, та самая проза жизни. Если Бука действительно спас его, а все истории про него – лишь бред болтливых завистников, значит, есть шанс, что за Периметр он выберется. И что дальше? Мало того, что засветились на входе, мало того полегла вся группа во главе с бугром, так в довесок ко всему он потерял контейнер с драгоценным хабаром, который обещал хоть какую то надежду вырваться из проклятого круга! И вот тут-то возникают старые, как мир, вопросы: кто виноват, и что теперь, мать его, делать?! Кто окажется крайним во всей этой истории и так ясно, и к гадалке не ходи. Поскольку бугор двинул кони, и навара с дела не вышло – в банде начнется зверство и дележка власти. И по всем понятиям для начала прирежут его. А будь у него в руках этот проклятый контейнер…

Тут в неясных мыслях Петли возникло некоторое просветление.

– Слушай, – возбужденно заговорил он, тряся Буку за рукав его странной холщевой рубахи. – Мы же к Периметру идем, да? Давай вернемся, а? У меня там контейнер с хабаром зарыт – братки за него обещали с меня долг списать! Ты понимаешь?! А, может, еще и нала отвалят! Что скажешь, а?!

Бука искоса посмотрел на несвязно бормочущего спутника и сказал, нехотя:

– Мы идем не к Периметру. Слушай, как тебя там… Ты должен понять одну простую вещь…

Бука замолчал, продолжая спокойно идти в полнейшей темноте, словно не боялся ни аномалий, ни злобных монстров. Но, судя по длине паузы, вещь, которую он собирался сказать, была вовсе не так проста.

– Не к Периметру? – Петля первым нарушил молчание. – А куда?

– Хотел бы я знать… – неопределенно сказал Бука.

Так они прошли еще минут десять. Или час – Петля совершенно перестал ориентироваться во времени.

– И все-таки… – проговорил Петля. Действие лекарства заканчивалось, и он снова ощутил страх. Страх перед Зоной, а вместе с ним – страх перед этим странным Букой. Голос сорвался на крик. – Я хочу выбраться отсюда! Хочу расплатиться с чертовым долгом – и убраться подальше от Этой Гребаной Зоны!!!

…Он пришел в себя, уже лежа на спине, в ужасе пялясь в страшные провалы глаз Буки. Тот нависал над ним, как один из тех зомби, что готовы вырвать и сожрать твое сердце. Его длинные, слипшиеся волосы были похожи на щупальца кровососа, и Петле даже показалось на миг, что над ним – притаившийся под личиной человека мутант.

– Не смей обижать Зону! – прошипел Бука, водя перед его лицом ладонью, словно сдерживал себя от порыва схватить это лицо и с силой вдавить в землю. – Ты В НЕЙ!