Глава 5. На болото к Лешему

В этот раз скачка верхом на волке далась Соне легче, хотя длилась она даже дольше, чем в первый раз. Волк стремительно летел мимо деревьев, не выбирая пути, перескакивал через упавшие стволы, резко поворачивал, и то и дело менял направление. Казалось, он путает следы, хотя чем это могло помочь против летающих преследовательниц девочка не понимала. Она судорожно цеплялась за мощную шею, чувствовала, как позади также сильно вцепилась в неё Маниша, и молилась, чтобы не столкнуться с какой-нибудь веткой. Пытаться что-то спросить у подруги на такой сумасшедшей скорости не представлялось возможным. Приходилось терпеть и ждать.

Вскоре Соня заметила, что лес вокруг изменился. Красавицы сосны сменились серебристыми осинами, часто попадались развесистые берёзы, завалы валежника и буреломы стали встречаться всё чаще, и Серый волей-неволей замедлил бег, рыская из стороны в сторону в поисках свободного пути. Наконец он остановился, тяжело дыша и подрагивая всем телом. Даже ему эта сумасшедшая гонка далась нелегко.

Ощутив, что Маниша спрыгнула на землю, Соня тоже отпустила шею волка и буквально свалилась с его спины, чуть не ткнувшись носом в какую-то ветку. Охнула, с трудом разгибаясь. Мышцы одеревенели и не слушались девочки. Её пошатывало из стороны в сторону и мутило, но она нашла в себе силы улыбнуться.

– Прибыли? – спросила она, обращаясь в первую очередь к Манише.

– Почти, – усмехнулась подруга. – Это всё ещё лес, а не Дальние болота. И чтобы ты не спрашивала, Дальними эти болота потому и называются, что лежат они в самой глухой дали. А обиталище Лешего спрятано в самом сердце болот. Сколько ещё осталось, Серый?

– Меньше половины, – устало ответил волк, ложась на траву. – Думаю, от погони мы оторвались, если она была, да и в этой чаще заметить нас было нелегко. Разве что феи догадаются, куда именно мы направляемся. Но мест, откуда можно добраться до обиталища Лешего, полно, поди разберись, которое мы выберем! Я специально бежал не кратчайшей дорогой по прямой, а чуть в сторону, чтобы запутать погоню. Теперь можно отдохнуть.

Против отдыха Соня не возражала, хотя надеялась, что болота уже рядом и потому ощущала небольшое разочарование. Бесконечный лес какой-то! Она присела на сломанную осинку и с наслаждением вытянула ноги. Маниша по-кошачьи запрыгнула на ствол рядом и легла, свесив лапы. Она тоже устала.

– А кто он, Леший? – задала Соня давно занимавший её вопрос. – И почему он на болоте живёт?

– А где же ему ещё жить? – весело удивилась Маниша. – Он же Леший!

– Ну, в лесу, на поляне, – протянула Соня, действительно плохо представлявшая себе образ жизни этого сказочного существа. – Он же должен за деревьями следить, грибников путать, охотников прогонять.

– Ну, у вас лешие может так и живут, – ответила Маниша, покачивая хвостом. – А у нас… Вот сама подумай, какие в наших лесах грибники, какие охотники? Здесь людей отродясь не было! Ты, наверное, первая, кто в этот лес попал! А путать зверей глупо и бесполезно, они в лесу как дома.

Соня задумалась, по всему выходило, что Маниша права. Но болото?

– Я думала, – призналась она. – Что в болотах живут водяные, ну может ещё кикиморы какие-нибудь, их ведь так и зовут – кикиморы болотные.

– Не! – отмахнулась Маниша. – Водяные в болотах не живут – грязно, мелко, трясина опять же. А им чистую воду подавай, глубокую, с омутами, чтобы было где поспать-порезвиться, перезимовать, чтобы рыбы всякой полно было. А на болоте какая рыба? Так что, хочешь увидеть водяного, иди к озеру или к реке. Там им самое место. Вот кикиморы – другое дело. Эти везде водятся, и на болотах, и в чаще лесной. Им ведь что надо до полного счастья? Чтобы вокруг бурелом был, дебри непролазные. В самой глуши они и прячутся, говорят, стесняются другим зверям показываться, облик у них слишком своеобразный! Так-то кикиморы не злые, если к ним как-нибудь забредём, познакомлю. Вот только еды нормальной у них нет, сами-то они мухоморами да тиной питаются. Зато песни поют – заслушаешься!

Соня внимательно слушала и запоминала. Всё ей было интересно, всё казалось важным. Кто знает, как дальше будет, любая информация пригодиться может. Тяжко вздохнув, девочка вспомнила слова папы: «Помни, доченька, кто владеет информацией – тот владеет миром!»

Через полчаса Серый скомандовал подъём и безумная гонка продолжилась. Соня не пыталась запомнить дорогу, даже направление воспринимала с трудом, так часто они поворачивали и мчались в другую сторону, но то, что болота приближаются, поняла сразу. Всё чаще под лапами волка стала чавкать жижа, всё выше летели брызги от его лап. Очень скоро и Соня, и Маниша оказались с ног до головы покрыты грязными разводами, но девочки не жаловались – чистота тьфу!, главное до места добраться целыми и невредимыми.

Наконец Серый остановился, и Соня увидела край болота. Высокие деревья резко сменились чахлым кустарником и редким сухостоем, ровная почва – кочками, между которыми блестели лужицы грязной, покрытой тиной воды. В воздухе над болотом висело и гудело комариное облако.

– Вот они, болота! – удовлетворённо сказала Маниша, пожирая уродливую картину глазами, сама она здесь ещё ни разу не бывала. – Сюда феи точно не сунутся!

– Почему? – не поняла Соня. – Они же летают, что им кочки?

– Почему, почему! Из-за комаров! – пояснила Маниша. – Видишь, их тут сколько! Самой страшно! А представь фею? Во что она одета? Правильно, в платьице коротеньком, ножки-то голые! Налетят комарики, вмиг закусают. А много ли фее надо? Пару раз куснут, вот и кровь вся кончится! Нет, не полетят феи к болоту, побоятся!

Соня сама боязливо передёрнула плечами и прихлопнула первого комара, успевшего сесть на её локоть.

– Вообще-то, я и сама одета легко, – заметила она, демонстративно оглядывая свои шорты и майку без рукавов. – Тебе хорошо, вон какая шкура, а меня не хуже фей сейчас пожирать будут!

Маниша весело рассмеялась и хлопнула девочку по спине мягкой лапкой, но Соня не успела обидеться.

– А на этот случай есть одно милое заклинание. Сейчас я его прочитаю, и никакие кровососы тебя не побеспокоят! – объяснила довольная принцесса. – Оно как раз на этот случай придумано!

– Так ты что, правда магией владеешь? – удивилась Соня, уже не раз слышавшая от Маниши про волшебство, но не особо верившая рассказам подруги. Где настоящие волшебники – седобородые и согбенные старцы, а где она – ловкая и стройная молодая кошка!

– Конечно! – хвастливо задрала голову Маниша. – Вот смотри!

Принцесса встала в горделивую позу, вытянула вперёд мохнатую лапку и быстро-быстро что-то промурлыкала. Слов Соня не разобрала, но это было и не нужно, главное, что заклинание сработало. Атаковавшие девочку комары вдруг застыли в воздухе, резво развернулись и бросились врассыпную. Соня довольно засмеялась.

– Спасибо, Манишечка, ты настоящий друг! А эти феи, что, такого заклинания не знают? Они же тоже умеют колдовать вроде бы.

– Знают, конечно, – хитро прищурилась Маниша. – Только не будут его использовать. Ни за что не будут!

– Почему? – вынуждена была спросить Соня, видя, что подруга выдерживает интригующую паузу.

– А потому что они сейчас сами кровососы! – с торжеством победителя объявила Маниша. – Если фея попытается произнести это заклинание, то либо погибнет на месте, либо проклянёт сама себя. И что тогда будет, даже я не представляю! Но ничего хорошего для феи – точно! Потому здесь, на болоте, фей можно не опасаться. Но осторожность всё равно соблюдать надо, мало ли у Зловредиэль других помощников.

– Поговорили и хватит, – недовольно буркнул Серый, которому все эти подробности были до одного места. – Заклинание ваше хорошо, не спорю, хотя для меня бесполезно, а вот чтобы по трясине пройти, надо накидки Лешего искать.

– А это что такое, накидки Лешего? – не уставала удивляться сыпавшемуся на неё изобилию чудес Соня.

– Отличная штука, – влезала с пояснениями неугомонная Маниша. – Специальная волшебная накидка с капюшоном, которую если наденешь, то любое болото ровной дорогой окажется, ни кочек, ни трясины не заметишь. Эти накидки Леший лично зачаровывает, и стоят они огромных денег. Да только не даёт свои накидки Леший кому попало! Потому за пределами болот этих накидок и нет считай ни у кого. У нас во дворце и то, всего две такие накидки были – подарок. А украсть их невозможно.

– И где нам взять эти накидки? – обеспокоилась Соня. – Может покричать Лешему?

– Не надо кричать, – вмешался Серый. – И вообще шуметь на болоте не надо, Леший этого страсть как не любит, обидеться может. А накидки… Чего их искать? Вон, шалашик стоит на бережку, в нём Леший свои накидки хранит. Вот только…

Серый не договорил и с сомнением взглянул на Соню. Девочка поежилась под пристальным взглядом волчьих глаз и почувствовала себя неуютно. Ей что, не доверяют? Думают, она может предать? Переметнуться к этой, как там её, к Зловреде? Да что этот волк себе позволяет! Она честная девочка и друзей не предаёт!

– Договаривай, Серый, – хмуро посоветовала Маниша, тоже покосившись на Соню. – Что не так с этим шалашом?

– С шалашом всё так. И с накидками, думаю, тоже, – вздохнул Серый. – Вот только как бы не вышло чего. Понимаете, накидки эти не для всех предназначены. Та же фея, к примеру, не сможет её не то что взять, даже увидеть. Для неё шалаш так и останется пустым. Лешего это магия, а на болоте сильнее её нету. Мне эта накидка подойдёт, надевал я её не раз. Принцессе – тоже без проблем, всё-таки правящий род, Леший точно против не будет. А вот девочка… Человек. Ну не бывало тут человеков, отродясь не бывало! Оттого эти накидки могут и не подойди Соне. Не потому что ты плохая или мы тебе не доверяем, просто ты первая из людей, кто до этого болота добрался.

– И что же мне делать? – потерянно спросила девочка, одновременно успокоенная и обеспокоенная объяснениями волка. – Вы же меня тут не бросите, если накидка мне не подойдёт?

– Ясень пень, не бросим, – махнул огромной лапой волк. – Что-нибудь придумаем! В крайнем случае на меня сядешь, а я накидку надену на нас обоих.

– Может просто проверим, подходит накидка Соне или нет? – ехидно осведомилась Маниша. – А то развели тут тесто на пустой опаре.

Принцесса решительно направилась к шалашу, сунулась внутрь и почти тут же вылезла обратно, держа в лапках три очаровательно чёрных, очень тонких накидки, сотканных, казалось, из шёлка или подобной ему блестящей ткани.

– Ну-ка, примерь! – бросила Маниша одну накидку подруге, накидывая вторую себе на плечи.

Соня машинально схватила накидку и вздрогнула – её словно ударило током, не сильным, так чуть-чуть пощекотало, но это было так неожиданно, что девочка чуть не уронила драгоценную накидку в болотную грязь.

– Она щекочется! – объявила Соня свои ощущения.

– Вот и отлично! – обрадовалась Маниша. – Накидка тебя признала. Если бы нет, ты бы не щекотку почувствовала, а такой удар, что летела бы сейчас…

Соня с обидой покосилась на принцессу, тоже мне подруга! А вдруг накидка бы её не признала? И что тогда? Её бы ударило током или чем там она бьётся? И было бы больно. Но подумав, девочка поняла, что Маниша не желала ей зла, просто другого способа проверить действие накидки не было. Так или иначе, ей всё равно пришлось бы к ней прикоснуться, так лучше пусть это случилось внезапно, чем она дрожала бы и демонстрировала новым друзьям свою нерешительность. Казаться трусихой Соне не хотелось. Девочка осторожно расправила накидку, полюбовалась переливами ткани, и набросила на плечи. И в тот же миг болото преобразилось!

Вместо кочек и бочагов перед Соней открылась ровная и прямая тропка, слегка сверкающая под солнечными лучами, уходящая куда-то вдаль. Тропка была шириной в полметра, как раз, чтобы свободно идти по ней друг за дружкой, не боясь оступиться и упасть в лужу.

– Действует! – радостно закричала Соня, и осторожный волк тут же на неё шикнул. – Ой! Простите! Просто это так волшебно!

– Действует и прекрасно, – буркнул Серый. – Тогда пошли!

И они пошли по тропинке, которая слегка пружинила под ногами, но держала крепко.

– Смотри, как увидим Лешего, – принялась обучать Маниша подружку правилам болотного этикета. – Не пугайся, не охай и не ахай! А поклонись и обязательно скажи: «Мир тебе, достопочтимый хозяин болот и лесов!» Обидчивый он Леший, не даром в болоте живёт, подальше от других зверей. Но друг верный, надёжный, никого понапрасну не обидит, а зла к себе на островок не пустит. Большая у меня на него надежда. Многое Леший может, много знает. Должен помочь, подсказать правильный путь.

А Соня во все глаза глядела на вырастающий перед ней островок, да какой там островок – остров! Прямо посреди болота притаился кусок настоящего леса: высокого, чистого, светлого, стеной стоявшего на высоком берегу. От леса к болоту тянулась зелёная лужайка, на которой удивлённая Соня увидела настоящую избу, сложенную из огромных цельных стволов, с двускатной крышей, покрытой дранкой, и большими окнами, затянутыми какой-то полупрозрачной плёнкой. Рядом стоял сарай, не сарай даже, а домик поменьше, с большой дырой в крыше. «Зачем там дыра?» – успела подумать Соня, а потом ей резко стало не до этого, она увидела Лешего и поразилась, что не заметила это величественное существо раньше.

Леший стоял на берегу напротив дома и прищурясь смотрел в сторону приближающихся гостей. Выглядел он как леший – три метра ростом, телом напоминая ствол могучего дуба, с руками-ветками и почти без ног, крохотные пенёчки внизу за ноги можно было не считать. Но самым замечательным у Лешего оказалось лицо – заросшее мхом и цветами, из лепестков которых выглядывали белесые глаза, чуть ниже торчал сучком острый нос, а под ним тянулся узкой щелью рот, совершенно лишённый губ. Так выглядел Лещий – повелитель болот и лесов и могучий маг-чародей.

– А не юная ли принцесса Маниша путь свой держит к моему терему? – раздавшийся голос Лешего напоминал стук дятла, такой же отрывистый и звонкий. – Вот уж гости нежданные!

– Мир тебе, достопочтимый хозяин болот и лесов! – проговорила Маниша, отбрасывая с лица капюшон и кланяясь. Соня торопливо повторила слова подруги. Серый просто скинул накидку, махнул хвостом и степенно улёгся на берегу, но на него Леший и внимания не обратил. Он во все глаза смотрел на Соню.

– Что за чудо дивное, чудо неслыханное! Кто эта дева лесная? Откуда в местах моих заповедных? Представь же, Маниша, мне свою спутницу!

Маниша удивлённо посмотрела на Лешего, недовольно фыркнула, обижаясь, что ей местный хозяин уделил внимания совсем ничего, но спорить не стала.

– Это Соня, моя подруга и.. сестра! – на всякий случай добавила она, подчёркивая тем самым, что берёт девочку под свою защиту. – Она из другого мира, помогает мне найти маму.

Леший сделал лишь шаг, но как-то сразу оказался рядом с Соней, протянул свои руки-ветки, и не обращая внимания на попытку девочки отстраниться, положил узкие ладони ей на плечи.

– Из другого мира, значится, – пробормотал он. – Не врали значит сны мои странные. Добро пожаловать, Соня, я ждал тебя, хоть и не думал, что ожидания мои сбудутся!

Замешательство Лешего продлилось недолго. Почти тут же он спохватился, отпустил ошеломлённую и ничего непонимающую Соню, и развернулся к Манише.

– Прошу простить меня, Ваше Высочество, – усмехнулся Леший. – Удивлению дал я взыграть над собой верх, забыв о долге гостеприимства! Позже поведаю вам, отчего случилась со мной эта оказия. А сейчас надо бы в баньку! И даже спорить со мной не думайте! Знаю я нынешнюю молодёжь, хоть вся грязью зарастёт, а умыться и не подумает. Совсем забыли заветы отцов. А ведь негоже в чистый терем в болотной грязи и тине являться!

Леший кивнул на меньший сруб, из дыры в крыше которого тут же поднялся густой столб дыма, впрочем тут же посветлевший и истончившийся. Приятно запахло горящей хвоей. Маниша взяла Соню за руку и шепнула:

– Не знаю, что там увидел в тебе Леший, но, кажется, всё хорошо. Он нас принял и даже баньку предложил. Не люблю я, правда, эту баню, горячо и мокро, но деваться некуда. Как у нас говорят, в чужой монастырь со своей шайкой не ходят. Опять я что-то не то вспомнила! Ну да ладно, суть ты поняла. Ты сама-то как к бане относишься?

– Нормально отношусь, – также тихо ответила всё ещё пребывавшая в раздрае девочка. – Дома мы каждую субботу в спа-центр ходили, там каких только бань не было – финская, турецкая, китайская, русская.

– Вот и прекрасно, – тонко улыбнулась Маниша. – А теперь с болотной банькой познакомишься!

Болотная баня, как оказалось, топилась по чёрному (вот зачем была та дыра в крыше, смутившая девочку), но Соне она неожиданно понравилась – не слишком жарко, не слишком светло, зато душисто и ароматно. Она с удовольствием смыла грязь с тела, потом немного понежилась на полке под потолком, и даже нашла минутку, чтобы слегка состирнуть одежду. Маниша отнеслась к бане, как и следовало кошке – мылась нехотя, с недовольной мордочкой, всё время чихая и фыркая, но терпеливо снося устроенную себе экзекуцию. И облегчённо вздохнула, когда мытьё подошло к концу.

Через полчаса закутанные в белоснежные полотенца девочки уже сидели в тереме Лешего за дубовым столом на сосновой лавке и пили настоянный на болотных травах обжигающий чай, закусывая засахаренной болотной же ягодой. Соня ощущала после бани привычное блаженство смытой усталости, Маниша блаженствовала от того, что баня кончилась.

– Ну вот теперь и поговорим, – улыбнулся в зелёные усы Леший, терпеливо дожидавшийся, пока его гости приведут себя в порядок и перекусят. – Имеется мне что вам доложить, да и вы, чую, в долгу не останетесь.