ГУМ, дружок, – сказал он мне назидательно и цинично, – существует для тех людей, кто невкусно ест, плохо одевается и кого бьют в милиции
Я солидный семейный человек, мне вот-вот (неужели правда?) стукнет сорок. Пора успокоиться и остепениться. Избегать излишних волнений,
погоды и объективных условий. Скажи, виноват, запил. – Значит, пьянство прощается? – спросил Голубев. – Пьянство можно простить, – сказал Борисов. – Лишь бы все политически правильно было.