Похоже, временные названия непринципиальны.
Обычно (хотя очень редко) путаю переход и, не замечая этого, еду не в нужном мне направлении. Замечаю уже после кольцевой станции.
Бубен Шамана – не просто барабан. Бубен – живая карта-модель местности. Если что-то происходит на местности, Бубен может сообщить об этом. На этот раз Бубен сообщил, что из-под земли могут показаться неизвестные животные.
В самые морозы печку приходится протапливать каждые пять-шесть часов даже в хорошо оборудованной землянке Шамана. В моем домике – каждые три-четыре часа. А в постройках краболовов возле Магадана, наверное, каждые час-два[63]
В моменты, когда ты впадал в прострацию, он проводил тебя по своему туннелю к началу круга.
– Я мог это заметить?
– Это – вряд ли. Его темп гораздо быстрее твоего.
Людей миллиарды, они могут сделать что-то случайно и запомнить. Кроме того, из миллиардов должно быть много неординарных: видящих, понимающих, чувствующих.
– Общение с ними не опасно?
– Как ребенку с топором. Сами они не враждебны, но человек может их разозлить по незнанию.
Что мешает наблюдать их?
– Разное количество чувств, разный темп, плотность, разные туннели, разные спектры или и то, и другое вместе.
– Хоть какие-нибудь примеры?
– Их полно в фольклоре: лешие, домовые, русалки, кикиморы, полтергейсты, инопланетяне…
Скоро наука должна будет взяться за эти туннели.
– Почему я попадаю именно в эти человеческие туннели, а не в другие?
– Японские рыбаки говорили: «Карма».
– А ты?
– Ритм, скорость, узоры, энергия.
А люди все ходят по одним и тем же туннелям?
– Нет.
– Но ведь все люди могут встретиться.
– Нет. С людьми из твоих туннелей ты будешь встречаться постоянно, хотя кажется, что вероятность встречи мала. С другими не встретишься никогда.
– Да, часто встречаю в метро магаданцев, хотя в Москве почти невероятно оказаться случайно в одном вагоне.
– Чаще, чем простая вероятность?
– Намного.